Страница 169 из 211
Общее правило таково: то, что мы делаем против любой своей страсти, полезно для нашей души, а если мы каким-нибудь образом служим своей страсти, то это для нашей души вредно. Есть и правило святых отцов: из двух добродетелей надо выбирать большую, а из двух зол — меньшее. Вот, например, что лучше: в храм пойти или больного посетить? Как здесь правильно поступить? Как раз в таких вопросах, которые нам жизнь задает, и проявляется, насколько мы преуспели в христианстве, потому что здесь важна рассудительность: нельзя ли отложить посещение больного на завтра? насколько он тяжело болен? зачем идти в храм именно сегодня? и так далее. Только оценив весь комплекс этой проблемы, помолясь Богу, чтоб Господь нас вразумил, мы можем выбрать правильное решение и тогда уже ничтоже сумняшеся поступим так, как Бог вразумил. На каждый вопрос готового ответа нет, поэтому нам нужно постоянно упражняться, постоянно молиться, постоянно книги читать духовные, святых отцов, апостола Павла, который был мудрейший человек.
Вот, например, подходит ко мне человек и просит милостыню. Но одно дело, если у него нет рук или ног или он больной, не в состоянии работать; ему помочь — это моя святая обязанность. Другое дело, когда у человека здоровые руки и ноги и он может работать, но не хочет и пользуется слабостью и неразумием людей. Тогда, давая ему деньги, я не пользу ему приношу, а развращаю его. Так же и не всякое удовлетворение просьбы ребенка есть добро, чаще всего это бывает зло. Мама должна трезво рассуждать: зачем это ему надо? не прихоть ли это? нужно ли это? Мало ли что захочется! Ни в коем случае нельзя потакать всем желаниям.
Или ближайший пример: батюшка стоит, исповедует. Люди подходят, каждый думает только о себе, у каждого свои проблемы, свои желания: вот я решил проблему свою — мне хорошо, и я совершенно не думаю ни о ком, ни о чем. И человеку совершенно неважно, что за ним стоит две сотни человек. Батюшка поэтому поневоле торопится, а у человека возникает чувство, что священник нерадивый, недостаточно выполняет свой долг, хотя, наоборот, он-то как раз и старается каждому внимание уделить, постоянно взвешивает, у кого какая нужда, сколько в данный момент можно каждому времени дать, — то есть ему приходится постоянно учитывать весь комплекс нюансов.
Или как раз сегодня мы у апостола Павла читали, что жена должна слушаться мужа. Но вот муж говорит: дай мне денег, я пойду водку себе куплю. Как же должна поступить жена: давать или не давать? Это неизвестно. В каждом конкретном случае надо решать эту проблему целиком: каков муж? как на нем отразится, если я ему дам и если я ему не дам денег? присутствует ли в этот момент у нас дома кто-то еще? И так далее. Дать деньги на водку — это зло, но иногда не дать — зло еще большее. Поэтому надо поступать не по страсти: хочу давать, не хочу, — а рассуждать, все время думать, все время молиться, все время трезво оценивать ситуацию.
Духовная жизнь есть весьма сложная постоянная работа, а мы из-за своей лени привыкли действовать бездумно и во всем ищем готовые рецепты. Мы привыкли все делать автоматически. В воскресенье работать грех? Да, грех. Но если человек в яму провалился, что же, его не вытащить оттуда? А ведь это работа: надо спуститься, придется перепачкаться. А потом ведь грязный не будешь ходить, надо же и постирать. А стирать грех! И что теперь делать? Пускай он в этой яме протухнет? Подождем до понедельника?
Нам в руководство даны правила — заповеди Божии. Но вот в Писании говорится: «Просящему у тебя дай», а есть такой памятник христианской письменности «Дидахи» — учение двенадцати апостолов, в древности его читали в церкви как Священное Писание, — и там сказано, что прежде, чем ты подашь милостыню, пусть она вспотеет в твоей руке. Ты должен думать, ты должен решать каждый раз задачу. Если не можешь решить, тогда блаженней, конечно, давать. Если не знаешь, давать или нет, лучше дай, потому что ты этим для своей души пользу, конечно, приобретешь. Но когда ты видишь, что твое даяние явно приносит вред, тогда лучше откажи. Пусть ты будешь не добреньким, пусть о тебе скажут нехорошо — это лучше, чем ты своими руками повредишь душу человека. Надо думать не о себе, не о том, что он про тебя скажет, не о том, как он на тебя посмотрит, не о том, обидится он на тебя или не обидится, потому что наша цель не человекоугодие, а Богоугодие.
Вот как это все трудно, как это сложно, но тем не менее эту проблему с нас Господь никак не снимает. Очень легко набрать себе правил: это можно, это нельзя. И в церкви только и слышишь: батюшка, а это можно? Как будто духовная жизнь — это сплошное «можно» или «нельзя». Нет, духовная жизнь совершенно иное. Духовная жизнь — это постоянная работа души, когда человек определяет, с помощью Божией, ища волю Божию, что ему можно, а что нельзя. Поэтому одному можно есть мясо перед причастием, а другому нельзя; одному можно каждый день причащаться, а другому нельзя. Люди-то разные, и что позволено Юпитеру, то не позволено быку, как говорит латинская пословица.
А как же? А вот он? Да, ему можно, а тебе нет. И это надо очень трезво себе представлять. Но у нас нету работы души, нам лень, мы не хотим соображать, мы не хотим молиться, мы думаем только о себе, мы погружены в себя, и мы отыскиваем себе правила, чтобы нам было легче. А жизнь духовная — она очень трудна. И если мы хотим ее иметь, нужно, чтобы совесть наша обнажилась, чтобы она стала чувствительной, чтобы она кровоточила.
Ведь каждая заповедь Божия — это не просто предписание: выполнил инструкцию, и все в порядке. Нет, все эти инструкции фарисеи выполняли в совершенстве, а когда пришел Бог, они Его распяли. Поэтому если мы все наденем платочки, все будем в среду и пятницу мясо не кушать, а в воскресенье в церковь ходить — это очень хорошо, но для Царствия Небесного этого недостаточно. Для Царствия Небесного нужна еще духовная жизнь. Поэтому мы должны постоянно отвергаться себя и, что бы ни делали, должны думать и рассуждать о том, угодно ли это Богу и не вредит ли ближнему, не огорчает ли это его. И если мы последовательно будем думать не только о себе, а учитывать всю сумму наших человеческих общений, то постепенно наша душа будет приучаться к истинному, правильному устроению, и мы тогда познаем, что такое любовь. Потому что любовь познается в постоянном отвержении себя.
Мы сегодня читали: «Ибо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его». Каковы будут дела — так каждому Господь и воздаст. И если мы душу спасем от страстей и достигнем добродетелей христианских, то Господь нам воздаст по этим добродетелям. А если мы останемся в страстях, то нас никакие предписания не спасут. Аминь.
Крестовоздвиженский храм,
30 июля 1987 года
Память святителя Амвросия Медиоланского
Те евангельские заповеди блаженства, которые мы сегодня слышали в храме, читаются ради памяти святого епископа Амвросия Медиоланского. Господь произнес эти слова впервые, сидя на горе, а народ толпился внизу, поэтому они называются Нагорной проповедью. Они являются центральными в Священном Писании, и на каждой литургии мы их поем — святая Церковь избрала их для пения третьего антифона, чтобы каждый христианин знал их наизусть. Но не только умом.
Почти все знают наизусть «Отче наш», но многие, повторяя эту молитву, не воспринимают, что там сказано, и не потому, что это какие-то уж очень мудреные слова. Нет, таково свойство падшего человеческого ума: он воспринимает только то, что ему близко и понятно, а мимо остального просто скользит. То, что человек не понимает, становится ему чуждым. Поэтому хотя слова мы и знаем, в душу нашу они часто не проникают. И нам нужно обязательно потрудиться умом своим, своей душой над ними, чтобы они вошли в нас.
Все люди стремятся к блаженству, просто все по-разному его понимают. А христианин блаженство должен понимать в смысле духовном. Каждый день во всех церквах поется о том, что «блажени нищии духом... блажени плачущии... блажени алчущии и жаждущии правды», блажени те, которых возненавидели за имя Христово, блажени те, которых гонят за имя Христово; и что им надо радоваться, потому что велика их награда на небесах. Но как достичь этого блаженства, каков путь к нему? Почему Господь говорит: «Блажени нищии духом»? Нищий — это человек, который просит. Нищий духом — значит тот, кто не честолюбив, кто приобрел смирение, считает себя хуже всех, не превозносится, не тщеславится, понимает, что он человек не духовный, и просит Духа у Бога. Поэтому если мы стяжаем нищету духовную, то приобретем и Небесное Царство, познаем, что есть истинно духовное блаженство, блаженство пребывания с Богом.