Страница 4 из 18
О Господе всегда в любви и кротости собираясь, да священников благоугодных, честных, православных, непьющих, как вам будет угодно, могли бы себе избирать: учителей же школьных детям своим и пришельцам убогим по чину школ своих принимать, больницу и госпиталь для убогих своих строить, церковное благолепие по силе своей честно украшать, сборы свои, данное имущество каким-либо боголюбцем, в сокровищнице своей и больничными братскими праведно использовать и советоваться должны для украшения и нужды церковной; в напастях, бедах и недугах братиям своим помогать и по смерти честно хоронить, и также нищих по преставлении братий своих, о сиротах и вдовах, по возможности пещись, между же братиями своими в кротости и попечении нелицемерно праведно судить и разбирать. Если же в некоторой вине подозреваются, по всякому вопросу такому да просят об этом истиннейшего суда соборного епископского, и по увещанию всем в любви с решением тем смиряться.
Если же кто из братий не будет жить с братством в единой мысли, но противно мысля, будет соблазн между братиями творить, и не перестанет, когда мы, епископ, отлучим такового от общих дел для достижения целомудрия, тогда мы, а в отсутствие наше — собор наш, капитул с их священником, да извергнут такового от Церкви. И если кто будет искать себе иного бесчинного братства в унижение сему благословенному братству, таковые да не имеют власти в этом строении церковного братства, ибо Господь наш Иисус Христос говорит: «Иже не есть со Мною — на Мя есть, и иже не собирает со Мною — расточает».
Сего ради нашим смирением завещается и Духом Святым повелевается быть братству сему неразрушимо и неизменно во веки, и ни от одного же во времена будущие должных прийти епископов, ни от князей, панов или священников, или мирских под страхом запрещения и непрощения, отлучения окончательного от святой кафолической Божией Церкви святого Православия нашего христианского. И если кто явится разоряя сие, как соблазнитель, и разоритель, и злотворитель, и диаволу друг, и враг Христу, да будет отлучён от Отца и Сына и Святаго Духа, и проклят и по смерти неразрешён, и да подпадет под клятву трёхсот восьмидесяти отцов Никейских и прочих святых Вселенских соборов. Бог же всякой благодатью да совершит вас, да утвердит и укрепит, сохраняя от всякого вреда противного. Тем же радуйтесь о Господе, совершенствуйтесь, утешайтесь, одинаково с этим мудрствуйте, мир имейте, и Бог любви и мира да будет с вами.
Этого ради писано сие нашим смирением и дается панам мещанам берестейским с печатью нашей навесной епископской и с подписью руки моей в лето от создания мира семитысяч девятьсот восьмое, а от Воплощения Господа нашего Иисуса Христа — тысяча пятьсот девяносто первого, месяца октября, двадцать шестого дня.
Мелетий Хребтович, Божией милостью епископ Владимирский и Берестейский, архимандрит киевский, собственною рукою.»
По смерти же блаженного Мелетия Богуринского, Потей, епископом ставший, утверждает все фундуши и клятвы против отступников от них такими словами:
«Милостью Божией Ипатий, епископ Володимирский и Берестейский. Для ведома всех ныне и в будушем живущих, кому это знать надлежит, что созданное пред нами о Христе братство, попечители храма святого иерарха Христова Николы соборной церкви, придела Святого Богоявления, граждане берестейские ознакомили нас с фундушами церковного братства от святейших патриархов: кир Иоакима, патриарха Великой Антиохии, переписанный устав и утверждение привилегий кир Иеремии, архиепископа Константинопольского, Нового Рима, и Вселенского патриарха верховного пастыря нашего, а также и здешнего архиепископа, митрополита Киевского и Галицкого и всея России со всеми епископами соборное утверждение и постановление о сем братстве, и листы от почившего предстоятеля нашего Мелетия Хребтовича, владыки Володимерского и Берестейского и прочее, что фундуш этот в себе содержит.
Иных фундушей не утверждаю, только из Королевских единственный привилей, утверждающий фундуш и клятвы на отступников от него, выписываю в таких словах:
«Во имя Божие быть к вечной памяти и утверждению повеления ниже писанному.
Мы, Жигимонт Третий, Божией милостью Король Польский, Великий князь Литовский, Русский, Прусский, Жемойтский, Мазовецкий, Инфляндский и Королевства Шведского наиближайший наследник и приглашенный Король.
Знаменуем этим документом нашим, кому это надлежит знать нынешним и в будущем должным жить, что мы, Государь, счастливо господствуя над народами христианскими в государствах наших, не только стародавних прав. свобод и вольностей стражем и защитником являемся, но и всегда милостиво благоизволяем дарования и умножения их обывателям государств наших в ответ на принесение нам просьб от стран многих, и тем самым скорейшего умножения славы Божией и порядков должных сохранения желаем. Так, на челобитье мещан града нашего Берестейского, людей народа русского, братии церковного братства церкви во имя святого Николы, придела Богоявления, прозываемого приделом Бориса и Глеба, милостью нашей государевой позволяем им для свободного и спокойного употребления всех служб церковных и умножения славы Божией богослужения их, согласно с порядком городов наших столичных: Виленского — церкви святой Троицы, а Львовского — церкви святой Пречистой, и вольностей, нами, Государём, братству Виленскому и Львовскому данных, а также по благословению и грамоте пастыря их , в Боге славимого Мелетия Хребтовтча Литаворовича Богуринского, епископа Володимерского и Берестейского, архимандрита Киевского монастыря Печерского, который от них и пред ними положен был под датою года 1591, месяца октября, двадцать шестого дня, с подписью руки и с печатью навесною владыки Владимирского и Берестейского.
То есть, во-первых, братство церковное. которое возлюбили и для дел богоугодных, согласно установлению своему, имеют право иметь и во всем в нем управлять и распоряжаться по уставу и примеру градов наших Виленского и Львовского на вечные времена. И дом их братский, в котором дела свои братские отправлять будут, от всяких уплат и повинностей наших государевых и городских и от стояния в нем гостей всякого звания, как при бытности нашей государевой, так и в небытности, освобождаем и свободными учиняем на вечные времена. Так и алтарь, в котором поп их братский служить будет, согласно грамоте вольности от владыки берестейского на то им данный, сохраняем для них, и никто из званий духовных и светских им препятствия ни в чем в приделе Глеба и Бориса чинить и во вхождении свободном церковном препятствовать не имеет права. А для обучения детей народа христианского всякого звания к благополучию и преуспеянию Речи Посполитой позволяем им иметь школу греческого, латинского, польского и русского языка, и людей ученых в тех школах свободно содержать духовного и светского звания. Братством их и церковью, алтарем, попами, школами, и всею челядью братскою, и землями, братству и алтарю принадлежащими, не имеет права никто управлять, только они сами, братство вышеуказанное, сохраняя во всем целости верховенство пастыря владыки Володимерского и Берестейского.
А если бы кто по доброй воле своей что братству этому подарил, или по завещанию отписал, а также если и без завещания подарит или отпишет вещи как движимые так и недвижимые — то на все будущее время при этом братстве церковном навечно остаться должно, и никто от того имущества братства отнимать и отделять права не имеет.
И на то дали мы братству церковному Берестейскому сию грамоту с подписью руки нашей государевой и с нашей печатью. Писано в Варшаве на вальном сейме, лета Божиего Рождества 1592, месяца октября, одиннадцатого дня. Sigismundus Rex. Матей Война писарь.»
Такие имея права, изложенные на пергаментах, и видя всю полезность их, присовокупил я их к книгам городским, и сделав выписки, смелей волю Божию исполнять начал.. Что уния с Римом ветхим, вне согласия с уставом Церкви Восточной принатая, навеки проклята, имея доказательства достаточные, явно о том в церкви и на всяких местах оглашал. Потому в граде том Берестейском и во всем повете воеводства того в великой тревоге униаты восставать начали. Потом, когда был я на сейме, в году 1641, в сентябре месяце, выписал я суть привелеев, утверждающих фундуши и клятву на отступников из канцелярии королевской в таких словах: