Страница 51 из 77
Из прежних вскоре скончалась Ксения Павловна; таким образом, с Еленой Мантуровой насчитывалось 12 сестер - по числу апостолов. отец Серафим с самого же начала определил им особый молитвенный устав. он считал устав Саровского монастыря тяжелым для своей обители, способным навести дух уныния. Поэтому он назначил легкое правило, известное под именем Серафимова.
Для трудящихся разрешалось читать его даже на ходу, но зато весь день за послушаниями сестры должны были стараться творить молитву Иисусову с добавлением после обеда «за молитвы Богородицы». он не стал обязывать послушниц чтением долгих акафистов, чтобы этим не наложить лишней тяжести на немощных. При этом о. Се ра фим заповедал причащаться во все четыре поста и двунадесятые праздники, не смущаясь своим недостоинством.
В отношении пищи он повелел вкушать, не стесняясь; даже позволял брать кусочек хлеба и под подушку, чтобы только не унывать. Время шло. В новую общину все прибывали новые сестры. Теперь уже явилась потребность в собственном храме. Но прошло три года, пока начала осуществляться эта заветная Свято-Троицкий женский монастырь мысль. В пост 1829 года пришло наконец распоряжение о вводе во владение пожертвованной Постниковой землею.
Батюшка приказал передать следующее: чтобы все сестры обошли подаренную землю по линии колышков, поставленных землемером. А по пути бросали бы в снег камешки: весною камешки эти обозначат дарственный участок. Сестры все сделали беспрекословно. Весною же приказал опахать ее три раза по одной же борозде, по линии камешков. А когда земля просохла, то по благословению о.
Серафима по той же линии вырыли знаменитую канавку в три аршина глубиной, и на вал посадили крыжовник. одновременно с рытьем канавки шла и постройка храма во имя Рождества Христова. Этим делом заведовал М. В. Мантуров: он продал все свое имущество и на эти деньги выстроил храм. Дальнейший план постройки в обители о. Серафим начертал собственною рукою. он хранился в келье игуменьи.
При этом он предсказывал, что его обитель разрастется в великий монастырь: «Еще не было и нет примеров, чтобы были женские лавры, а у меня, убогого Серафима, будет в Дивееве лавра». К 1829 году был готов храм Рождества, а на Преображение и освящен. После этого батюшка благословил под ним устроить нижнюю церковь в честь Рождества Божией Матери.
Постройка нижнего храма Рождества Богородицы закончилась летом 1830 года, и в самый день Ее праздника, 8 сентября, он был освящен. После этого о. Серафим начал заботиться о создании будущего великого собора. Для этого он приобрел при посредстве Елены Васильевны Мантуровой часть земли за 300 рублей у помещика Жданова, недалеко от Казанской церкви.
Купчая была оформлена уже после смерти Елены Васильевны и передана брату, Михаилу Васильевичу Мантурову. Преподобный Се ра фим чрезмерно обрадовался этому приобретению, сказав одной из дивеевских сестер: «Какая великая радость-то будет! Среди лета запоют Пасху, радость моя! Приедет к нам царь и вся фамилия!» М. В. Мантуров в это время, после постройки храма, был приглашен генералом Куприяновым управлять его симбирским име нием. Преподобный отпустил своего служку.
Божия Матерь вместо него прислала другого верного помощника - Николая Александровича Мотовилова, также обратившегося к преподобному за исцелением. Между тем, за эти годы отошли ко Господу ближайшие послушницы преподобного -схимонахиня Марфа, и Елена Васильевна. Приходило время и к концу самого преподобного Серафима. К исходу жития о. Серафима в его девичьей киновии было уже 73 сестры.
Во главе их стояла Прасковья Степановна Шаблыгина, а в Казанской общине продолжала управлять всем Ксения Михайловна Кочеулова. Преподобный, предупреждая о своем конце сирот дивеевских, неоднократно говорил им: «Искал я вам матери, искал и не мог найти. После меня никто вам не заменит меня. Оставляю вас Господу и Пречистой Его Матери!» Духовное окормление преподобный завещал о. Василию Садовскому.
Второе лицо, коему доверил заботы о Дивееве, был Николай Александрович Мотовилов. Ему была поручена другая задача - материальная и юридическая помощь обители. А третьим лицом был преданный служка о. Серафима Михаил Васильевич Мантуров. он был по преимуществу практическим исполнителем заветов батюшки по постройке монастыря. Вот этим трем людям и поручил свое детище о. Серафим. Вскоре после кончины о.
Серафима начались нестроения в Дивеевской обители в связи с саровским послушником Иваном Тихоновичем Толстошеевым (в монашестве Иоасафом), который возомнил себя заместителем батюшки и стал вторгаться в жизнь Дивеева. В 1842 году обе обители были соединены. Завет о. Серафима был забыт. от этого произошло потом много скорбей и великая смута, которая не только втянула в себя сестер, но и архиереев, а потом и Синод, и даже царский дом.
В 1848 году, 5 июня, после большой борьбы между защитниками воли батюшки и о. Иоасафом с почитателями его, совершилась все же закладка собора, предреченного о. Серафимом, и именно на указанном им месте. А в 1851 году начальницей была назначена Екатерина Васильевна Лодыженская, девица из дворян Пензенской губернии. около же этого времени, 27 декабря 1844 года, в Дивеевский монастырь поступила молодая 25-летняя помещица Тульской губернии Елизавета Алексеевна Ушакова.
При поступлении в должность настоятельницы матушки Екатерины в обители было уже 390 сестер. При ней на место казначеи и была назначена Ушакова. В 1859 году настоятельница Лодыженская, измученная внутренними неурядицами, решила покинуть Дивеево и уехать обратно в Пензу. Елизавета Алексеевна Ушакова оказалась преемницею ее. При ней разразился самый грозный момент бури в Дивееве, дошедший даже до того, что епископа Нектария Нижегородского ударили по лицу.
Но епископ Нектарий продолжал делать по-своему. Ушакова была отстранена от начальствования; на ее место по жребию была поставлена архиереем послушница Гликерия Занятова, сторонница о. Иоасафа. Попечитель монастыря Н. А. Мотовилов не успокоился: исполняя завет преподобного Серафима, он отправился в Москву к митрополиту филарету, коему все и изложил в Сергиевой Лавре через наместника архимандрита Антония.
Благодаря вмешательству митрополита филарета была назначена строгая ревизия. В результате ее о. Иоасаф (Толстошеев) был совершенно отстранен от участия в обите Свято-Троицкий женский монастырь ли; возвращена была начальницею Елизавета Алексеевна Ушакова, постриженная с именем Марии. А Дивеево было изъято из ведения Нижегородского архиерея и передано в управление Тамбовского епископа, каковым тогда был великий подвижник - епископ феофан, впоследствии затворник Вышенский. Жизнь Дивеева стала расцветать. Было окончено строительство собора.
По благословению преосвященного Иеремии, собор был освящен в честь Пресвятой Троицы. Впоследствии, в 1880 году, был освящен правый придел храма в честь Умиления Божией Матери, а левый был оставлен до открытия мощей преподобного Серафима. В храме потом сами сестры монастыря расписали иконостас и стены. К 90-м годам XIX века в обители собралось около 900 сестер.
В Дивееве было более 30 корпусов для сестер и потребностей обители: трапезный, свечной, портновский, богадельня, больница, училище, живописный, стекольный, погребной, огородный, садовый, малярный и пр. За оградой - две гостиницы, конный двор, пять домов для священников. Игуменья Мария (Ушакова) управляла обителью 42 года. Скончалась она 6/19 августа 1904 года.
По ее завещанию и по единодушному выбору сестер ее преемницей стала казначея, монахиня Александра (Траковская). Игуменья Александра была строгая и требовала от сестер точного исполнения монастырского устава. При ней был построен Преображенский собор. В то время в Дивеево и в Саров приезжало множество паломников. После революции земля и имущество монастыря были конфискованы.
В 1919 году монастырь был преобразован в артель. В этом состоянии обитель просуществовала до 1927 года. 7/20 сентября 1927 года игуменья Александра и проживавшие в обители на покое епископ Серафим (Звездинский) и архиепископ Зиновий (Дроздов) были арестованы и отправлены в Нижний Новгород. Монастырь был закрыт. После освобождения игуменья с сестрами, спасшими монастырские святыни, поселилась в Муроме, где они и проживали до конца своих дней.