Преподобный

Тогда семьдесят из них подошли и разбили трон судьи. В ответ воины вытащили мечи и нанесли им раны, после чего правитель повелел предать мучеников смерти. Всех их при­вели в пустыню и разрубили на куски. После этого тиран Ариан принялся судить святого Пафнутия.

- О, отступник, злодей и маг. Сейчас я сделаю так, что все стоящие здесь узнают: Иисус Христос, в Которого ты веру­ешь и Которого призываешь, не избавит тебя от моих рук, - пригрозил правитель и приказал поднять исповедника на железное колесо, которое сверху было острым, как лезвие ножа, а снизу, как пила. Сдавленный этим сатанинским ко­лесом, святой был разрезан на четыре части.

- Где же твой Бог, Пафнутий, что же Он не пришел изба­вить тебя от моих рук? Узнал теперь, что нет другого бога, кроме Аполлона, Зевса, Артемиды и Афины? Все они живые боги, которые дали власть царю Диоклетиану, - громким голосом произнес нечестивец, а затем повелел снять тело мученика с колеса и положить на крыло идольского храма, чтобы его съели птицы.

Тело святого лежало на крыльце храма, но ни одна птица не тронула его, потому что Ангел Господень покрыл его. После этого сошел с Небес Сам Господь наш Иисус Христос вместе с Архистратигом Михаилом, по правую руку, и Ар­хангелом Гавриилом, по левую, и встал перед телом Пафну­тия. Ангелы собрали его рассеченные члены и соединили в одно. Спаситель же, простерев десницу, сказал:

- Рука, сотворившая первозданного человека, снова тво­рит и тебя.

С этими словами Он вдохнул в его тело дыхание жизни. И - о чудо! - святой сразу ожил и начал прославлять Бога.

- Возлюбленный и верный раб Мой Пафнутий. Ступай и обличи бесстыдного Ариана, который поносит Мое имя, - произнес Господь и вознесся на Небо.

Святой пришел на площадь, где стоял Ариан, и крикнул ему:

- Ты узнаешь меня, Ариан? Я раб Божий Пафнутий, ко­торого ты разрубил на куски, но благодатью Господа моего Иисуса Христа я снова воскрес и разговариваю с тобой. Для чего ты поносишь имя Бога моего и Творца всего сущего? Вот, Господь воскресил меня, чтобы я обличил твое нечес­тие, и чтобы все познали твое бессилие, потому что слу­жишь ты глухим и слепым идолам, сделанным из бесчувственного вещества.

Тогда, видя, что святой Пафнутий восстал из мертвых, препозит (доверенное лицо императора) Евсевий уверовал во Христа и сказал четырем­стам воинам, бывшим под его властью:

- Послушайте меня, братья, и уверуйте в Бога Неба и зем­ли, Который воскресил раба Своего Пафнутия и послал его обличать Ариана в его заблуждении и в суетной надежде на идолов, чтобы и другие поверили, что нет другого Бога, кроме Господа нашего Иисуса Христа. Подобно тому, как я положил начало, открыв вам путь веры, так и Господь наш откроет вам путь на Небо.

И тотчас же все в один голос исповедали Христа Истин­ным Богом.

- И я христианин, - воскликнул блаженный Евсевий, представ перед Арианом.

- И мы христиане, делай с нами, что хочешь, - дерзновен­но поддержали своего начальника воины.

- Я не имею власти судить тебя, но ступай к другому пра­вителю, высшему меня, чтобы он судил тебя, - застыв в изумлении, промолвил тиран.

- Тебе дана власть, Ариан, чтобы судить меня, - настаи­вал на своем Евсевий.

- Не хочу ничего слышать о христианах! - закричал судья.

- Тогда признай, что нет другого Бога, кроме Единого, Который обитает на Небесах, отвергни идолов, чтобы жить вместе с нами вечно, - убеждал его признать свою неправо­ту военачальник.

- Да не будет того никогда, чтобы я отрекся от богов, по­тому что Аполлон и Артемида - живые боги, - злобствовал в своем заблуждении Ариан.

Тогда, взяв в обе руки по пригоршне песка, Евсевий бро­сил его в лицо правителю.

- Сила твоя и твоих богов подобна песку. Совершай же дела отца твоего - сатаны, - обличил правителя защитник христианской веры.

Необычайно разгневавшись, правитель приказал бить Ев-севия, пообещав долгую и мучительную смерть, пока царь не услышит, что он поносил суд.

- Клянусь силой Господа моего Иисуса Христа, что не пройдет и одного дня, как я причащусь таинственной тра­пезы (т.е. умрет в тот же день) Господа моего, а ты не сможешь сделать того, что хо­чешь, если не подпишешь мне смертный приговор.

Взойдя на колесницу, правитель отправился куда наме­ревался, но на обратном пути, когда он захотел сойти с нее, не смог этого сделать. Однако это не привело его к раская­нию: беззаконный приказал принести ему обед прямо в ко­лесницу. Когда повар, наполнив поднос разными яствами, принес их правителю, и Ариан уже простер руку к подносу, она немедленно усохла, так что он не мог ею пошевелить. Тогда его соправитель стал призывать тирана уехать из это­го города, которому "из-за чародейства Пафнутия грозит опасность гибели". Вознегодовав за те беды, что произошли с ним, Ариан приказал сжечь препозита живым вместе с во­инами в четырех печах. Так все они скончались о Господе, приняв мученический венец в этот же день.

После этого Ариан выехал из города и приказал мученику Пафнутию следовать за ним. На реке Нил правитель пове­лел привязать на шею исповеднику жернов и бросить его в реку. Сам же он сел в лодку и поплыл в другую местность, но вскоре перед его судном с жерновом на шее предстал святой Пафнутий и сказал:

- Ариан, Ариан, тебе нужна лодка и ветер, чтобы плыть, а мне - ни лодки, ни ветра не надо, потому что мой Кормчий - Господь Иисус Христос. Ты посылаешь людей, которые го­товят тебе жилище, а я уготовляю Господу моему разумные души, чтобы они могли обитать в Небесных Его дворцах.

- Не дадим этому человеку следовать за нами, потому что он всю страну погубит своим волшебством, - проговорил со­правитель Ариана, а тиран не знал, что ему и делать. Поэто­му он приказал записать все происшедшее с мучеником, а затем вместе с самим Пафнутием передал эту рукопись че­тырем воинам и отправил их вместе с преподобномучеником к царю Диоклетиану.

Прочитав записи, император удивился и решил немед­ленно предать божественного Пафнутия на распятие. Воины пригвоздили святого к сухой финиковой пальме за городом. Будучи распятым, блаженный благословлял и прославлял Бога, а та сухая пальма, по повелению Божию, тотчас же про­цвела и дала двенадцать ветвей, увешанных плодами. Тогда распинавшие исповедника воины уверовали во Христа. Ког­да Пафнутия распяли, было два часа дня, а предал он свою душу Христу, приняв от Него неувядаемый венец мучения, в девятом часу.

После того как воины с почестями погребли его 25 сен­тября/8 октября, они сами пошли к Диоклетиану и испове­дали перед ним Господа нашего Иисуса Христа, посрамив идолов царя. Разгневанный тиран тотчас приказал отру­бить им головы.

Таким образом тех, кто через блаженного Пафнутия мученически закончил жизнь, было пятьсот сорок шесть человек. Они наследовали вечное Царство Господа наше­го Иисуса Христа, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

Житие и подвиги иже во святых отца нашего Нифона, епископа Констанцианы Александрийской, просиявшего в IV веке

Во дни великого царя Константина был в Константино­поле при царском дворе один сановник по имени Савватий. Он был опытным воином и военачальником города Алмирополя, где его принимали с великими почестями. Особен­но Савватия полюбил правитель Агапит, который стал час­то навещать его вместе со своим сыном Нифоном, отроком восьми лет.

Как-то раз военачальник спросил Агапита, знаком ли его сын с грамотой, на что правитель ответил отрицательно, поскольку во всем Алмирополе не было учителей. Тогда Сав­ватий предложил отправить Нифона для изучения священ­ных наук в Константинополь и разрешил ему жить в своем доме. Агапит весьма обрадовался и, поблагодарив Савватия, отдал ему ребенка, которого тот и отослал к себе домой в Константинополь.

По прибытии туда, Нифон был ласково принят женой во­еначальника и отдан для знакомства со священными наука­ми к одному опытному и богобоязненному преподавателю. Нифон учился с большим прилежанием и охотой, посвящал урокам не только день, но и ночь. Так в короткое время он постиг многие науки, но, тем не менее, понуждал себя учить­ся еще больше.

Нифон имел великое благоговение к Богу и посещал Церковные богослужения. Здесь он знакомился с подвигами мученичества святых и удивлялся их мужеству, ревнос­ти по Богу. Отрок находил жития преподобных, святых и мучеников и внимательно их прочитывал, - так он возлю­бил безмолвие и тишину, кротость и смирение. Еще в дет­ском возрасте своими делами Нифон был подобен старцу. Отличался он и необычайным милосердием и заботой к ни­щим. Услышав же от одного духовного мужа, что ко всему прочему необходимо соблюдать и девство, он сказал себе: "Смогу ли я достигнуть сей добродетели, потому что требу­ется немалое насилие, дабы избежать разжжения плоти? Но отныне, с помощью Божией, я уже более не буду взирать на женские лица". И с той поры он стал больше внимать себе и не смотрел ни на одну женщину.