Преподобный

К кому мне говорить и кого увещевать, чтобы слушали? Вот, ухо у них необрезанное, и они не могут слушать; вот, слово Господне у них в посмеянии; оно неприятно им.... Ибо от малого до большого, каждый из них предан корысти, и от пророка до священника - все действуют лживо".

Давайте будем слушать те речи, которые приносят пользу душе, и да не будем исследовать, кто их говорит - мудрый или немудрый, именитый или смиренный. Ибо какую пользу нам принесет то, что такой-то и такой-то – это важный и великий человек? Или какой ущерб у нас будет от того, если данный человек незначительный и незаметный? Мы не собираемся покупать ни одного, ни другого. Для нашей пользы нам требуются только слова Писания, а кто их говорит - мудрый или немудрый - нас не касается. Поэтому то, что нам говорят, мы должны сравнивать с написанным в Священном Писании, и если это согласно с Писанием, да принимаем, а если несогласно - нам это не нужно ни от одного, ни от другого. Ведь тот, кто идет на базар, чтобы купить пшеницу или что другое, не задумывается о том, кто ее продает, -хороший он человек или плохой, а смотрит только, хороший ли товар.

Так мы должны смотреть тщательно и на слова и не преступать то, что нам передали божественные отцы, если только мы хотим не потерять прямого пути.

Если бы современные сектанты по-настоящему изучали Божественные Писания, они не последовали бы за теми первыми еретиками, чтобы вместе с ними погибнуть. И тогда среди тех коварный диавол сеял различные ереси, лишив их, кроме всего прочего, и святого Крещения. А нас, православных, он старается погубить, удаляя нас от непрерывности Божественного Причащения. Поскольку наше отношение ко святому Крещению ему не удалось поколебать, он изыскивает, каким бы другим способом нас умертвить.

И не думайте, что одно от другого имеет какое-либо отличие, ибо решение нашего Господа было равным в отношении их обоих, как мы прежде сказали. Ведь совершенно не родиться и, родившись, умереть от голода - эти два случая не имеют никакого отличия.

Так и мы, конечно, возрождаемся святым Крещением. Однако если не питаемся затем частым Приобщением, чтобы жить духовной жизнью, тогда вновь умираем от голода -недостатка благодати - и еще хуже впадаем в страсти, чем некрещеные.

Поэтому прошу вас, да убоимся слов нашего Господа теперь, пока мы еще живем, чтобы обрести спасение и чтобы не вострепетать тогда, на предстоящем Суде, не получив никакого утешения. Да не уподобимся тем, к кому говорил Господь: "Вы, оставив заповедь Божию, держитесь предания человеческого

Да не обманываемся мы суевериями и предрассудками, которые распространились, но да будем внимать написанному. Ибо говорит Василий Великий: "Точно, что злейший обычай нас обманул; точно, что причиной великих зол стало искаженное человеческое предание". И также: "Если кто-либо из пообещавших Богу во святом Крещении нисколько не жить для себя, но жить для Умершего и Воскресшего ради него будет искать праведности от [исполнения ] Закона, то за это он должен быть осужден, как за прелюбодеяние. [Итак, если христианин так осуждается за подобное отношение к Закону], то что можно тогда сказать о преданиях человеческих?

Что касается преданий человеческих, то следование им повлечет за собою наказание, как это видно из слов Господа. А что касается наших собственных помыслов, изыскиваемых человеческой премудростью, то их нас научил подвижнически отвергать Апостол: "Оружия воинствования нашего не плотские, но сильные Богом на разрушение твердынь: ими ниспровергаем замыслы и всякое превозношение, восстающее против познания Божия". [Это Апостол сказал как о человеческих помыслах],

так и о всякой видимой [человеческой ] праведности, даже если и ради Бога стараются ее достичь. Из всего этого становится очевидным, какое осуждение последует тем, которые своими мудрованиями искажают заповеди Божий. Ибо написано: "Горе тем, которые мудры в своих глазах и разумны пред самими собою!". Поэтому необходимо отвергнуть все это вместе: и диавольские похоти, и мирские попечения, и человеческие предания, и собственные желания, даже если они кажутся благонамеренными.

Да не будем преступать заповеди Божий, чтобы не оказаться нам в этом еще хуже бессловесных животных и более неразумными, чем рыбы, которые не противоречат закону Божию, как говорит тот же Василий: "Рыба не спорит с законом Божиим, а мы, люди, спасительное учение принимать отказываемся".

Давайте оставим тех, которые желают жить нерадиво, или лучше попросим Бога, чтобы дал им ревность. Давайте проснемся все от сна лености и примем тепло и любовь в сердце, чтобы послушаться духовного призыва священника, и да приступаем с сокрушенным сердцем к Таинству. Великим пренебрежением к Богу является то, что такое множество христиан приходит на Литургию, в конце которой Господь чрез священника приглашает нас подойти причаститься, и не находится никто из такого множества званых, чтобы исполнить Божественный призыв - не из-за иного какого греха или предлога, а только по дурному обычаю.

Ах, братья мои, боюсь, не о нас ли это Господь сказал: "Никто из тех званых не вкусит моего ужина"? А кроме этого - не накажет ли Он нас строжайшим образом, если не покаемся и не исправим себя?

Я хочу вас спросить вот о чем: если бы во время Тайной Вечери кто-нибудь из апостолов сказал: "Я сегодня не причащаюсь", интересно, что бы тогда сказал Господь? Безусловно, кажется мне, Он сказал бы то, что сказал и Петру во время священного умовения ног: "Если не умою тебя, не имеешь части со Мною". Непременно, Он и на Тайной Вечери сказал бы непричащающемуся: "Если не будешь есть Мое Тело и пить Моей Крови, не имеешь части со Мною".

То же самое Господь и теперь говорит нам, возлюбленные, на каждой Литургии: "Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни", если только кто-то лишает себя такой небесной благодати не потому, что имеет препятствие по своим грехам и отлучен от Причащения своим духовником, а по одному лишь дурному обычаю.

О лукавый обычай! Этот злейший обычай так укоренился, что мы не только не причащаемся сами, но и если каких-нибудь других людей увидим, что они часто приступают к Божественному Приобщению, то мы их порицаем, осуждая их как якобы неблагоговейных и не уважающих Божественные Тайны, тогда как нам следовало бы брать с них пример.

Итак, справедливо на нас исполнилось пророчество Исайи: "Слухом услышите - и не уразумеете, и очами смотреть будете - и не увидите. Ибо огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули". Ибо воистину все мы сделались как будто бесчувственными и не понимаем ни того, что говорим, ни того, что слышим, ни того, что видим.

И я знаю, что по причине такого жалкого нашего состояния, сколько бы я ни говорил об этом предмете, прислушаются немногие. Ибо у многих отяжелел слух, так что не могут они слышать, как сказал Исайя. А для этих немногих я хочу привести один пример и закончу. Представим себе, что некий царь сидит на высоком троне, пребывая вне дворца, на некоей равнине, а перед ним стоят все князья, и офицеры, и все воинские отряды с великим страхом и трепетом. И вот если бы тот царь повелел одному из них выйти вперед и подойти к себе, чтобы дать ему некое поручение, а какие-нибудь другие, позавидовав его близости к царю, попытались бы его отговорить от выполнения царского приказа, то, скажите мне, послушал ли бы он их, выразил ли бы он пренебрежение по отношению к царю? Я думаю, что он не обратил бы на этих людей ни малейшего внимания и с великой готовностью побежал бы к царю, считая для себя великой честью и славой исполнить его приказ.

Итак, если в отношении смертного царя мы хотим показать, что мы столь послушны, почему не делаемся мы еще более послушными в отношении Царя Небесного и нашего Владыки? Земной царь способен, может быть, лишить нас чести, славы и имущества - всего того, что сегодня или завтра уничтожит смерть. А Бога, способного осудить нас на вечную смерть, кто тогда сможет умолить?

Что мы тогда, несчастные, будем делать - те из нас, которые преступают Владычние заповеди, - когда начнется Великий Суд? Разве мы сможем тогда найти оправдание перед Богом, по отношению к Которому мы сейчас выказываем пренебрежение, оправдываясь тем, что, дескать, "такой-то человек нам воспрепятствовал, и мы поэтому не исполнили Твое повеление"? Наверное, многие из нас это скажут тогда, но никакой пользы это нам не принесет.