Страница 56 из 79
Куда бы ты не пришел, признавай себя странником, и избавишься вольности в обращении.
У людей почтенно богатство, а у Бога досточестна душа смиренная.
Содержи всегда в уме тех, которые тягчайшия терпят скорби и озлобления, и будешь свои, ничего незначущия, малыя скорби переносить со благодарением и с радостию.
256. Когда у духовного чада на сердце спокойно — тогда и старцу радостно
Благодушествуй и радуйся о Господе!
Во-первых приношу Вам всеусерднейшую благодарность мою, за искреннюю любовь Вашу ко мне недостойному, которую да помянет Господь! Благодарю Вас и за писания Ваши и за чистосердечную откровенность! На все оныя письма Ваши, на все вопрошения и недоумения должно бы мне пространно ответствовать Вам, но оскуде во мне сила моя, и несть исцеления во плоти моей, а посему редко к кому и пишу; почему смиренно испрашиваю милостиваго прощения Вашего за безмолвие мое пред Вами; впрочем, святое и мне любезное имячко Ваше всегда воспоминаю я в недостойных молитвах моих пред Богом, испрашивая на Вас благословение Его! И когда Вы покойны и веселы о Господе, тогда и у меня бывает праздник на душе; а когда Вы нахмуритесь и пригорюнитесь, тогда и в красный день бывает у меня на душе ненастье-ненастьем! . . . Особенно поболело сердце мое о бывшем искушении с Вами на первой неделе поста; я удивлялся тому, откуда возродилось в Вас столь высокое разсуждение, или прямее сказать - жалкое неразсуждение, т. е. утвердиться на самосмышлении, и отлучить себя от приобщения Св. Таин; где бы должно со смирением утвердиться на слове матушки, как на слове Божием, а Вы необдуманно сказали ей: Вы не можете утешить меня и помочь! Кто же Вас утешит и поможет, если не матушка, к которой Вы Самим Богом приведены и поручены? Как болело сердце мое о сем!
Впрочем, успокоен я теперешним спокойствием Вашим, а за прежнее безпокойство от всей души моей прощаю Вас и разрешаю! При личном свидании с Вами передам Вам то, что нужно приобресть для всегдашняго спокойствия Вашего и радостнаго ощущения в сердце своем. Не огорчитесь же на меня Господа ради, что воспомянул о бывшем; тогда было горе, а ныне приближается к нам всемирная радость, т. е. Светлое Христово Воскресение, которое даруй Боже во здравии достигнуть, и в радости о Воскресшем Господе проводить; чего вседушевно желает Вам всегдашний богомолец ваш недостойный Игумеи Антоний.
23 Марта 1849 г.
257. Нужно всегда начинать с собственных прегрешений
Вы от недостатка в смирении страдаете духом, а я от невоздержания часто болю брюхом; но думаю, легче болеть брюхом, нежели духом! На мое недугование врачевство - диета, т. е. воздержание; а на Ваше - смирение Христово, и обрящете покой непокойной душе своей. Если бы Вы, друг мой сердечный, напитанным имели сердце свое, как некую губу, смирением Христовым, тогда не было бы Вам ни болезни, ни печали, ни воздыхания, но всегдашнее успокоение и утешение; ибо смиренных сердцем не точию Сам Бог и Ангели Его любят, но и люди благоговеют; а беси со искушением и носу показать пред смиренными не смеют. Притом смиренные и сами под ряд всех любят, а не укоряют; Вы же, друг мой сердечный, во искушении своем и меня многогрешнаго и матушку зазрили, и сказали: «Видно они за меня перестали Богу молиться!» Правильнее бы было сказать: несть мира в костех моих, от лица грех моих! Впрочем, простите Бога ради меня многогрешнаго, что горько опечалил Вас; и Вас во всем Бог да простит, и по множеству бывших скорбей и болезней сердечных да возвеселит Вас радостию спасения, чего от всей души богомольчески желаю Вам. Недостойный Игумен Антоний.
28 июня 1850 г.
258. О горькой редьке и липовом меде
Писания Ваши первыя, за изображенную в них ропотливость Вашу на все, показались мне вместо горькой редьки; а потому и не благодарил Вас за такой неприятный сердцу моему гостинец. Но за то вторыя Ваши писания были мне похожи, по вкусу и обонянию, на лучший липовый мед, которым усладили Вы мою душу и утешили, за что спасет Вас Господь Бог! Из сего Вы можете заключить, сколь велико есть благо-смирение иметь в духе и самоукорение, которыя успокоивают как свою, так и ближняго душу, и возраждают внутренний мир, и любовное и почтительное чувствование. А посему всеусерднейше желаю, чтобы Бог мира и любви пребывал с Вами во вся дни! Прошу помолиться и о мне, чтоб чувствование любви не оскудевало во мне, всегдашнем богомольце Вашем и слуге. Многогрешный Игумен Антоний.
4 Марта 1852 г.
259. Причина уныния — в желании собственными силами бороть скорби
Из письмеца Вашего увидя, что Господь Бог избавил Вас от малодушия и от обуревания многих неприязненных искушений и внушений, разстроивших Вас почти до отчаяния, из глубины души благодарил я Господа Бога и Пречистую Его Матерь, избавивших Вас от великих бед и зол, и водворивших в душе Вашей сладчайший мир свой! Я прежде, не постигая настоящей причины Вашего безпокойства, думал что Вы, подобно мне, голодны, и ничем не довольны, а потому и сердитесь на всех и на все; но, наконец, усмотрел причину ту, что напал на Вас дух уныния и малодушия, а сразиться с ними собственными силами Вы не могли, а посему разкисли Вы и полегли. Но, слава Богу, хотя и поздно, но возстали и исправились, и успокоились в своем духе. А для переду, советую Вам прочитывать наставление у св. Отец: Нила Сорскаго, и в Добротолюбии у Кассияна Римл., и у Евагрия статьи об осьми помыслах, в коих увидите, как должно поступать во время уныния и печали. Ибо для сего св. Отцы и написали нам все, чтобы, во время душевной нужды нашей пользовались мы святым наставлением их.
После сего скажу Вам и о себе, что и я подобно Вам, то и дело охаю; но никто не облегчает меня от обдержащаго меня страдания, а посему и говорю себе: по делом тебе вору мука, ибо живешь ты доселе как мирянин, без смирения и благоговения! В обитель свою из Вашей возвратился я хотя и благополучно, но после продолжительнаго вояжа, до сих пор не могу поправиться в силах - весь как избитый. Но в Д... у сестрицы не мог быть, поелику просрочили мы в пути, и старец отец Макарий поспешал возвратиться восвояси, чем может быть и сестрицу Вашу опечалили мы; да делать нечего, ибо я ныне по своей воле не живу, а что скажут старшие - то и делаю.
1 Ноября 1855 г.
260. «Без Бога, своими силами, и с мухами не сладим»
Усерднейше благодарю Вас за письмецо Ваше, в коем Вы описываете о своих болезнях, огорчениях,.... что предает Вас весьма мрачным помыслам; хотя бы и вон из монастыря бежать. Таковыя мысли хотя и мнятся быти правыми; но оне от противнаго духа насеваются. Св. Макарий великий говорит, что иной и большия скорби претерпевает, но в молчании, и к таковым страдальцам благоволит Господь, а кто и от малой болезни или усталости охает, и смущается, и вопит, тех уподобляет Детям, которых, если прибаюкивают и помажут чем по губкам, то успокоиваются и улыбаются. Так и Вы, в духовном возрасте не более, как дитя. Конечно, в некоторых отношениях приятно быть дитятею; но в некоторых св. апостол Павел не одобряет сего, говоря: не дети бывайте умом!
В последнем письме своем описываете Вы о горьком и гордом помысле, о муке вечной, и противник представил, что Вы премудрее и справедливее Бога в своих суждениях! Видите, куда Он Вас поднял - выше облак! Таких помыслов со смиренными не бывает; а Вы страждете за превозношение свое и за многомыслие; ибо Вы привыкли разговаривать сами с собою, и думаете переспорить помыслы, но они отражаются молитвою Иисусовою, и молчанием в мысли своей. Что делать, всякому человеку дан свой крест, который и должен он безропотно несть; ибо и сии негодные помыслы должны служить уроком к нашему смирению, а не кичению; ибо мы без Бога, своими силами, и с мухами не сладим. Недостойный И. Антоний.
20 Марта 1856 г.
261. И муки вечные самим своим существованием благодетельны для человека
Спаси Вас Господи за любовь Вашу ко мне, убогому калеке! Вы пишете, что были утешены тем, что ожидал я прибытия Вашего, это действительно и было так; ибо сообщено было мне, что Вы после Пасхи отправитесь в обитель нашу; потому и ожидал я Вас целый месяц. А ныне нагрезилось мне, что Вы отправитесь к нам после дождичка в четверг, и посему снова Вас жду, и приготовил, для написания книжки, бумажки хорошенькой, и чернил красных сам сделаю для Вас, и буду Вас просить написать для меня молитвенную книжечку. Причем скажу Вам, что этим делом приличнее бы было самому мне заняться, но весьма многонемощен стал я, притом посетители почти безпрерывно бывают у меня и отвлекают от полезных занятий; есть в обители нашей писцы, которые лучше бы написали, но мне нежелательно, чтоб знали они о моем келейном упражнении, а от Вас не таю я себя, а посему и прошу; если вовсе Вы откажетесь, тогда, делать нечего, попрошу других.