Страница 28 из 39
Из традиции цистерцианцев впоследствии также развился один из самых строгих орденов, орден траппистов. Эти монахи не общаются словами с теми, которых встречают на своем пути, а только традиционно улыбаются.
Итак, по названию местности получил свое наименование орден картезианцев, который в XIV столетии охватывал уже 168 мужских и 12 женских монастырей. Несмотря на все испытания времени, этот орден сохранил подлинную чистоту и строгость монашеской жизни, вплоть до новейшего времени. Известно выражение, что орден картезианцев не имеет нужды в реформировании, потому что он никогда не деформировался. Это одна из самых стойких духовных традиций католического мира. Монахи вели очень замкнутый образ жизни. Они также соблюдали обет молчания, который нарушался только три раза в неделю богослужением. Питание их состояло в основном из молока и хлеба. Совместная трапеза и общение разрешались только по воскресениям и праздникам.
Мы не можем не отметить, что все-таки частичное влияние греческой традиции еще ощущается в пределах западной церкви, прежде всего в южной Италии. В начале XI в. результатом греческого влияния, как считают многие историки, стало появление обителей .............................. и Валламброза. .......................... ветвь западного монашества известна, прежде всего, тем, что именно ........................... ................................ ..............................реформы в Англии стало Кентерберийское аббатство. Также развитие монашеской традиции коснулось и женского монашества. Почти все ордена, о которых мы говорили, и будем говорить, имели женскую ветвь. Кроме этого, я хотел бы упомянуть о достаточно любопытном явлении двойных монастырей, т. е. параллельно мужских и женских. Отчасти оживление этой традиции связано с именем священника Роберта из ......................... Он посвятил свое служение тем, кого мы можем назвать люмпенами, т. е. опустившимся отбросам человеческого общества, как мужчинам, так и женщинам. В этом служении он сумел заронить семя покаяния в сердца многих людей. В свое время он стяжал известность по всей Европе устраиваемыми им покаянными шествиями, в которых принимало участие сотни, если не тысячи, бывших люмпенов, как мужчин, так и женщин. Именно Роберт возродил традицию двойных монастырей. Конечно, долго она не продержалась.
Растет число монахов-священников. Если до этого преобладающим явлением был монах, не имеющий священного сана, то теперь все больше монахов принимает священный сан. Все большее распространение приобретает институт конверзи, или трудников — братьев-мирян, которые жили и трудились при монастыре, но не приносили монашеских обетов. Этот институт существовал еще при Ромуальде, затем мы видим его проявление в монастыре Гирсау и у цистерцианцев. Конверзи получили интересное название servi servorum Dei — слуги слуг Господних. Само название является производным от титула римского первосвященника (“раб рабов Божиих”). Это был особый род духовного делания, потому что эти люди всегда занимались самым черным трудом и при этом пребывали как бы в тени монахов, не имея никаких привилегий.
Нужно сказать, что распространение монашеских устремлений среди мирян уже явно свидетельствует о степени христианизации всей Европы. Также в XII столетии мы видим еще одно любопытное явление: появляются братства мирян, которые объединяют людей, остающихся в миру, но желающих послужить Богу и ближнему. Этот род служения был самым разнообразным. С одной стороны, возникают больничные братства, например госпитальеры Святого Антония (не путать с крестоносцами). Члены этого братства, основанного в 1095 г., занимались обслуживанием больных. В начале XII в. также появляется братство Св. Витта в Госларе.
Самое интересное явление представляют собой так называемые мостовые братства, которые распространились в XI-XII вв. Члены этих братств брали на себя заботу о содержании мостов и дорог. Мосты были сложным строительным сооружением, и от их содержания во многом зависела связь между различными частями Европы.
Более подробно следует остановиться на фигуре Бернарда Клервоского, который был бесспорным духовным лидером всего XII столетия. Он родился в конце XI в. в семье знатного бургундского дворянина, получил хорошее домашнее и монастырское воспитание. В 1113 г. вместе с братьями и единомышленниками Бернард вступает в Сито, принимает монашеские обеты. Всю жизнь он путешествовал по Европе, только в Италии он бывал трижды. Он проповедовал второй крестовый поход во Франции, во Фландрии, в прирейнских землях. В то же время он участвовал во всех самых значительных церковно-политических событиях и богословских спорах своего времени. Он принимал участие в устроении дел римского престола, в частности в борьбе против одного из антипап. Его перу принадлежат различные богословские трактаты. Известна его богословская полемика с Клюни и с Абеляром. Умер он в 1153 г. в Клерво.
В чем для нас заключается интерес к личности этого человека? Во многом его представления уже отчетливо выражают, с одной стороны, типично католические богословские воззрения, которые приобретут развитие и получат догматическое достоинство в последующие столетия. С другой стороны, именно в богословских воззрениях Бернарда Клервоского отчасти усматривается сходство с воззрениями реформаторов. В частности, Лютер из всех мужей западной церкви по благочестию выделял именно Бернарда Клервоского, хотя очевидно, что симпатию Лютера вызывало не столько благочестие Бернарда, сколько некоторые его богословские взгляды.
С личностью Бернарда Клервоского, с его проповедью связано особое почитание Девы Марии, которая иногда приобретает у него значение посредницы между Христом и Церковью. Соответственно столь развитое почитание Девы Марии не могло не сказаться на богословских воззрениях Бернарда на образ рождения Пресвятой Девы. Поскольку Дева Мария пребывает как бы вне обыденного грешного человечества, является неким родом посредствующего звена между Церковью и Самим Богом, то Она не может быть причастна первородному греху. В высказываниях Бернарда Клервоского можно видеть предпосылки учения о непорочном зачатии Богородицы.
С другой стороны, нельзя не отметить, что церковно-политические взгляды Бернарда представляют собой образец, которому было бы уместно следовать римским первосвященникам. Как и Петр Дамиани, в XI в. он предупреждал римских пап о той опасности, которая подстерегает их на путях светской власти, неоднократно обличая их стремление к обладанию властью светской. В последние годы его жизни папой был ученик Бернарда, цистерцианец Евгений III. Именно для этого папы Бернард написал книгу “Медитации”, в которой призывал его не пренебрегать духовным деланием, сакраментальным пастырским служением ради обладания светской властью.
На II Ватиканском соборе получило окончательное утверждение иерархическое достоинство римского епископата, всех епископов римо-католической церкви. Если вы помните, существовало богословское воззрение, известное под именем петринизма, которое подлинным епископом считало только епископа Рима; все остальные епископы римо-католической церкви мыслились как некие иерархические производные, викарии епископа Рима. Интересно, что в XII в. Бернард Клервоский самым решительным образом выступает против такого воззрения, защищая достоинство местных епархиальных епископов, которые, по его мнению, должны быть полноценными пастырями вверенного им стада и никоим образом не могут считаться иерархическими производными от епископа Рима.
Также взгляды Бернарда Клервоского отличает жесткая критика чрезмерного усилившейся тенденции к централизации церковной жизни. К числу таких вполне здравых богословских воззрений Бернарда Клервоского можно отнести ту критику, которой он подверг институт экземпции, т. е. изъятия из местной юрисдикции той или иной общины или монастыря и прямого переподчинения его римскому епископу (то, что у нас называется ставропигиальным монастырем). Идеалом для Бернарда Клервоского было местное иерархическое устроение, местный епископ является полноценным мистическим и административным главой Церкви для той паствы, которая ему вверена.