Страница 3 из 76
Таким образом, вера раскрывает человеческий разум для разума божественного: она, так сказать, прививает этот божественный разум нашему человеческому - и этим объясняется сила, с которой вера открывает нам божественные дали. Взору верующего открывается новый мир, мир потусторонний, божественный, потому что он начинает смотреть с точки зрения Бога. Наука видит только с человеческой точки зрения, поэтому, сколь бы ни была она проницательна, она не может открыть нашему взору тот мир, исследование которого ей вообще недоступно.
II. Основанием знания служит или научное наблюдение, или опытное исследование предмета. Так, чтобы получить знание о каком-либо видимом предмете, необходимо исследовать его составные части, рассмотреть, какую он имеет форму, изучить его свойства и т.п. Напротив, основанием веры служит доверие к тому, кто свидетельствует о предмете невидимом; например, чтобы верить учению, изложенному в священных книгах, необходимо иметь доверие к тем святым мужам, пророкам и апостолам, которыми они написаны по внушению Духа Божия.
Я верю потому, что открыл мне это Сам Бог через своих посредников. Церковь имеет знания от апостолов, подлинных свидетелей Христа, отдавших свою жизнь в подтверждение истинности своих утверждений. Я знаю что Бог говорил людям; что Слово Божие, чтобы быть лучше понятым, воплотилось, - что Оно стало человеком во Христе Сыне Божием, - что Слово Божие обитало среди нас. В конечном итоге, я доверяю Богу и знаю, что Он не может меня обмануть.
III. Знания приобретаются умственными способностями души, а вера принимается преимущественно сердцем или чувством.
Сердце имеет великое значение в деле религии (не смешивать чувство с ощущением).
Чистотою сердца, по учению Св.Писания, обуславливается самая высшая степень общения человека с Богом - возвышение духа до лицезрения Бога. Сердце отличается наибольшею доверчивостью к религиозной истине. При участии сердца мы живее воспринимаем истину и убеждаемся в ней не в силу одного ея отвлеченного достоинства, но и потому, что ощущаем ея благотворное действие в себе самих, что она вполне удовлетворяет нашим коренным требованиям, что она есть именно то, в чем мы имеем нужду, без чего для нас не могло бы быть истинного счастья и душевного мира. Принятая сердцем религиозная истина делается нераздельною частью нашего собственного существа. Сердце сообщает жизнь всем другим душевным силам.
Нередко сердце и побуждает разум изучать основания для веры, искать истины. Без искренности, без любви - а любить это значит отдать себя другому лицу, или идеалу, или высокому делу - всегда можно найти множество оснований для неверия.
Самое важное для ищущего человека - это согласовать свою жизнь с тем, во что он хотел бы верить и действовать соответственно этому идеалу. Есть немало такого, что познается только, когда претворяется в жизнь. Если я не стремлюсь всей душой к Добру, если я не делаю добра, я остаюсь непроницаемым для Веры. Живущий в истине находит свет, - говорит Евангелие. Значит, Вера, которая и есть этот свет, зависит от того, как мы ведем себя в жизни. Это сравнимо с фонарем велосипеда: он начинает светить только тогда, когда велосипедом пользуются и приводят его в движение. И чем больше ускоряют движение, тем ярче светит фонарь, тем лучше видно и тем безопаснее ехать.
Только те, чье сердце знает внутреннюю тревогу, т.е. кого преследует жажда подчинить свою жизнь высшему идеалу, кто ищет, кто способен на жертвы, кто неудовлетворен и отказывается сделать центром своей жизни себя самого, кто решился всю жизнь жить опасно, - только они находятся на пути к Богу.
Необходимость веры в учении христианской религии
В учении благочестия требуются не только знания, но и вера, потому что главный предмет этого учения есть Бог, Невидимый и Непостижимый, и Премудрость Божия, в тайне сокровенная. Поэтому многие части этого учения не могут быть объяты знанием разума, но могут быть приняты верой. Вера, - говорит св. Кирилл Иерусалимский, - есть око, озаряющее всякую совесть; она сообщает человеку ведение.5
Бог есть существо неограниченное и притом невидимое для нас в настоящем нашем состоянии, следовательно, Он выше нашего ограниченного разумения.
Высший духовный мир или ангельская душа и видимый мир в отношении к его сущности и назначению, превышают наше естественное разумение. Еще менее известны нам пути Божественного Провидения и все дела Божии. В учении нашей религии многие части сего учения выходят из пределов постижимости и вообще не подлежат нашему опытному наблюдению, что они не могут быть предметом нашего знания, которое, как мы видели, имеет дело с вещами видимыми и постижимыми, подлежащими непосредственному наблюдению нашему; но должны и могут быть приняты только верою, т.е. первым источником наших познаний.
Но не только вера необходима в познании предметов духовных, она безусловно необходима и в опытных науках и в обыкновенной человеческой жизни.
Я вообще не могу задаться целью проверить самому все, что мне говорят. Я сам не побывал во всех странах мира, и я верю исследователям, сообщившим мне о том, что есть в тысячах километров от меня. Я принимал на веру факты, о которых рассказано в учебниках истории. Я принимаю научные формулы, не имея возможности их проверить и самому произвести все расчеты установивших их ученых. При своем профессиональном образовании я верю умению и опыту старших. Я верю в целесообразность средств, указанных в рецепте моим врачом, хотя сам я не могу знать, насколько хорошо то лекарство, которое я по этому рецепту получаю в аптеке.
Моя вера обоснованна, потому что я мог убедиться в профессиональной компетентности всех этих людей; и вот я позволяю даже хирургу делать мне серьезную операцию, при которой могу умереть, как доверяю умению и хладнокровию шофера или пилота, когда сажусь в автомашину или самолет.
Большое и принципиальное значение придается в религии вере - ею свидетельствует человек о том, к чему он стремится, и, следовательно, кто он есть и кем может стать.
Вера - не мировоззрение. Есть мировоззрение, которое соответствует вере, но самое существо веры это не система понятий. Слово вера значит разные вещи: первичное значение слова вера - доверие; вторичное - верность; через доверие Богу и верность Ему мы познали Его.
Если мы верим в Бога, то причина этого не в том, что нас принуждает к вере какое-либо умозрительное суждение, и не в том, что какое-то конкретное учреждение даст нам неоспоримые гарантии существования Божества. Мы верим в Него потому, что Его Личность, Его личностное существование вызывает в нас чувство доверия. Деяния Бога, Его "проявления" в человеческой истории заставляют нас стремиться к общению с Ним.
Вера начинается с простого доверия к свидетельству познавших Бога, живших в единении с Ним и удостоившихся видения Его лица людей - с доверия к свидетельствам праотцов, святых, пророков, апостолов. Затем вера возрастает, открывая для себя Божественную любовь, проявляющуюся в Его творении, Его действии в человеческой истории, Его слова, вводящие нас в Царство Истины. Постепенно мы чувствуем, что связь между нашей личностью и Богом становится все теснее.
Бог в своем Откровении первым выходит на встречу с человеком. Со стороны человека при этом предполагается свободный отклик веры и любви. "Вера, - пишет профессор Вл.Лосский, - не психологическое состояние, не простая верность: она - онтологическая связь (т.е. связь по бытию) между человеком и Богом, связь внутренне объективная. Это дар, который восстанавливает и оживляет глубинную природу человека".6
Вера - это путь, по которому Бог и человек идут навстречу друг другу. Первый шаг делает Бог, всегда и безусловно верящий в человека. Он дает человеку некий знак, некое предощущение Своего присутствия. Человек слышит как бы таинственный зов Бога, и его шаг навстречу Богу является ответом на этот зов. Бог призывает человека явно или тайно, ощутимо или почти незаметно. Но трудно человеку поверить в Бога, если он прежде не ощутит призвания.
Вера - это тайна и таинство. Чтобы уверовать необходимо, с одной стороны, искать Истину, а с другой стороны, необходимо Божие воздействие, таинственная сила Его благодати, вызывающая и поддерживающая человеческое искание.
Слово о вере никогда не было легким для восприятия. В наше время люди бывают настолько поглощены проблемами земного существования, что многим просто некогда услышать это слово и задуматься о Боге. И все же, как это ни парадоксально, среди шума и круговорота дел, событий, впечатлений люди слышат в своем сердце таинственный Божий зов. Этот зов, может быть, не всегда отождествляется с идеей о Божестве и субъективно нередко воспринимается просто как некая неудовлетворенность, внутреннее беспокойство, поиск. И только спустя годы человек осознает, что вся его прежняя жизнь была такой неполноценной и ущербной из-за того, что в ней не было Бога, без которого нет и не может быть полноты бытия.