Страница 41 из 88
Будем обозначать эту "завершенность и полноту" термином "трансцензус". Это - то имя бытия, в котором исполняется трансцендирование как глагол бытия. Но сразу необходимо подчеркнуть, что эти новые понятия - трансцензус, транс-телос, транс-энтелехия - только условны и проблематичны, они не решают, а только выявляют проблему, намечают ее язык. Возвращаясь с понятием трансцензуса к именному дискурсу, мы уходим от дискурса энергии, в котором, именно за счет его энергийности, глагольности, оказалось возможным продвинуться далее когитативного трансцендирования и в определенной мере тематизировать трансцендирование радикальное. Но возможно ли тематизировать это трансцендирование иначе, нежели в измерении бытия-действия, как чистую энергийность?
Cуществует ли трансцензус? Это фундаментальный "вопрос конца" энергийной онтологии, в известном смысле дополнительный, парный к "вопросу начала" любой онтологии: почему вообще есть нечто, а не скорее ничто? Без труда можно опознать в нем философское отражение древнейшей мистической и эсхатологической проблематики - но в данном тексте нам незачем углубляться в него. Приведем лишь одну, принадлежащую Мерабу Мамардашвили, отчетливую формулировку преобладающего философского отношения к проблеме: "Есть трансцендирование, но нет трансцендентного. Есть действие в человеке какой-то силы, но приписывать ей цель и направление в виде предмета, на который она направлена, мы не имеем права" [
8]. ***
Итак, горизонт необналичиваемого бытия-действия содержит события трансцендирования - меж тем как мы рассчитывали связать с этим горизонтом виртуальную реальность. Но два эти обстоятельства, разумеется, не противоречат друг другу. Мы не обнаружили и не утверждали, что событиями трансцендирования
исчерпываются все необналичиваемые события; и, как мы убедимся сейчас, необналичиваемость, действительно, допускает, наряду с трансцендированием, также другой род, который с полным основанием можно сопоставить виртуальности. Мы видели, что события трансцендирования требуют для своего осуществления таких специфических условий как рефлексивный "акт идентификации" и направленность энергии на фундаментальные предикаты наличного бытия; и очевидно, что эти условия отнюдь не являются необходимыми для всякого необналичиваемого события. Необналичиваемость как таковая связана с предельной деэссенциализированностью, предельной приближенностью к потенции, предельной "начинательностью" - и все эти свойства сами по себе заведомо не требуют названных условий, не нуждаются ни в рефлексии, ни в "направленности на фундаментальные предикаты". Скорей напротив, эти условия вносят усложняющие элементы в структуру события, а также требуют особой интенсивности и концентрации (так, цитированный уже нами архим. Софроний характеризует мистическое трансцендирование как "состояние интенсивного пребывания вне времени" [
9]). Данными свойствами события трансцендирования отчетливо удаляются и отделяются от простого начинательного импульса - и следует заключить, что, кроме них, существуют также "простые необналичиваемые события", не направляющиеся к трансформации фундаментальных предикатов наличного бытия, лежащие еще ближе к потенции и "чистой начинательности". Они осуществляют наименьшее выступление из потенции, представляя собою как бы "минимальные события", сущие на пороге событийности как таковой. Именно их мы и будем называть
виртуальными событиями. Если события трансцендирования можно рассматривать как преодоление наличествования, и в этом смысле, как своеобразные "события
сверх-наличествования", то виртуальные события суть чистое умаление наличествования, или "события
недо-наличествования". Используя традиционную для онтологии световую метафору, можно уподобить виртуальные события - мерцанию, тогда как события трансцендирования - сфокусированной сверхинтенсивной вспышке (скажем, импульсу лазерного луча - весьма неслучайная параллель с синергетикой, разъясняемая выше в статье "Исихазм в Византии и России"); наличествующему же событию будет отвечать, очевидно, ровное свечение. И каждый из этих типов событий характеризует определенный род бытия-действия.
Возникло, таким образом, некоторое описание бытийной ситуации, онтологического строения бытия-действия. Используя язык физики, можно охарактеризовать это строение как своего рода "тонкую структуру", или же "расщепление спектра" бытия. На месте единого онтологического горизонта наличного бытия в именных дискурсах, мы обнаруживаем три различных горизонта энергийной онтологии, располагающиеся в онтической упорядоченности и образующие совместно единый горизонт или измерение бытия-действия:
События трансцендирования
События наличествования
Виртуальные события.
Ахутин А.В. Понятие "природа" в античности и в Новое время. М. 1988. С. 159.
^
Между терминами "бытие-в-действии" и "бытие-действие" имеется небольшое, но уловимое различие. Первый термин подразумевает единое и единственное бытие, выступающее или рассматриваемое в определенном аспекте или самопроявлении. Второй же термин подразумевает менее конкретизируемую и ограничительную, более апофатичную идею бытия: он лишь фиксирует некоторый способ, образ бытия и не несет никаких имплицитных допущений о "самом бытии". Мы находим это более предпочтительным.
^
Ахутин А.В. Цит. соч. С. 160.
^
С другой стороны, требуемая нами "определенность" энергии означает ее некую содержательность, окачествованность. И здесь встают далеко не формальные вопросы. Если "свободная энергия" непричастна форме, телосу и любым эссенциальным началам - какою иной окачествованностью она может обладать? Надо искать некие специфически энергийные способы окачествования - или, быть может, корректнее говорить, что свободная энергия, энергия вы-ступления, причастна некой "возможной форме"? Или, напротив, следует полагать эту энергию именно никак не окачествованной, "абсолютно чистой" - что опасно смахивает на фикцию или архаичную метафизику, трактовавшую о "первичной слепой воле", "чистом порыве" und so weiter... В любом случае, набросанный нами энергийный план вечной проблематики Начала еще требует анализа, и одна из его первых тем - проблема окачествования энергии и возможности.
^
Архимандрит Софроний (Сахаров). Видеть Бога как Он есть. Эссекс 1985. С. 134.
^
Хайдеггер М. Время и бытие. // Хайдеггер М. Время и бытие. М. 1993. С. 436.
^
Ср.: "Темпорализацию времени следует мыслить не по образу сущности ... время должно выявить двойственность ... как темпорализуется время, чтобы проявилась диахрония?" Levinas E. Autrement qu'etre ou au-dela de l'essence. Ed.Martinus Nijhof. La Haye 1974. P. 11-12.
^
Мамардашвили М.К. Сознание как философская проблема // Вопросы философии 1990, вып.10. С. 12.
^
Архимандрит Софроний (Сахаров). Цит. соч. С. 15.
^
II. К философскому пониманию виртуальности
Было бы можно подумать, что мы уже достигли поставленных целей, сформулировав философское определение виртуального события и развив интерпретацию виртуальной реальности как определенного горизонта в онтологическом измерении бытия-действия. Но быстро становится понятно, что наши выводы дают лишь начальное и крайне неполное знание и об онтологической ситуации в целом, и, в частности, о статусе и свойствах виртуальной реальности. Наш онтологический анализ носил покуда характер своего рода инвентаризации: мы констатировали, что в рамках дискурса энергии возникают такие-то и такие-то классы событий, которые следует интерпретировать как онтологические горизонты, располагающиеся в измерении бытия-действия. Подобные выводы представляют энергийную онтологию как всего лишь "свободную структуру", набор внутренне не связанных элементов, о которых известен лишь факт их существования. Но есть ли в этой онтологии связь, единство, движение? Оставаясь в пределах скудной системы отвлеченных метафизических категорий, мы лишены возможности ответить на этот вопрос. Уже и раньше нам отчасти пришлось выйти за пределы этой системы: чтобы определить, что такое события трансцендирования, оказалось необходимым привлечь начала сознания и рефлексии - тем самым, предположив в картине реальности присутствие человека.