Страница 23 из 29
Утекло немало времени, и вот — по попущению Божию — Антиохия оказалась во власти арабов. Благочестивые византийские цари много раз пытались вызволить руку Иоанна Предтечи из плена, но это им никак не удавалось. И все же в 959 году, в правление императора Константина Порфирородного, эта святыня, более ценная, чем все сокровища земные, была спасена. Произошло это так.
В Антиохии жил один диакон, которого звали Иов. По внушению свыше он стал служить в том храме, где находилась десная рука Иоанна Крестителя. Будучи человеком общительным, Иов подружился с сосудохранителем, в ведении которого была святыня.
Однажды диакон устроил большой пир; среди приглашенных был, конечно, и его новый друг. Тосты следовали один за другим, вино лилось рекой, и через некоторое время сосудохранитель, отяжелев от обильной трапезы, уснул. Иов немедленно отправился в церковь и, открыв ковчег, взял честную руку Иоанна Крестителя. Под покровом ночи он незаметно покинул город. Хранимый молитвами святого Иоанна, диакон скоро прибыл в город Халкидон.
Весть о прибытии драгоценной святыни с быстротой молнии распространилась по городу; достигла она и Константинополя. Император отправил в Халкидон собственный корабль. На нем находились Святейший Патриарх, архиереи и царские сановники. Приняв святыню на борт, корабль отправился обратно. Весь Константинополь — от мала до велика — высыпал на берег. Император, его приближенные и весь верующий народ встречали как бы самого Иоанна Крестителя, невидимо сшедшего с Неба. С фимиамом, возжженными свечами, с пением псалмов десную руку перенесли в дворцовую церковь. Это случилось в навечерие Богоявления Господня, перед самым освящением воды, необыкновенно усилив радость христиан.
Канули в Лету еще пять веков, и Константинополь пал под натиском турок. Султан Магомет II приказал положить руку Иоанна Крестителя (вместе с другими христианскими святынями) в свою сокровищницу и неусыпно охранять. И вот тут-то на сцену появляется орден иоаннитов, о котором мы должны сказать несколько слов.
Орден рыцарей-монахов возник в 1047 году. Его основал богатый купец Мавр из Амальфи. Какие цели ставил перед собой орден? Во-первых, давать приют паломникам, которые прибывали в Святую Землю, чтобы поклониться Гробу Господню и другим святыням, а во-вторых, врачевать раны воинам, которые защищали как сами святыни, так и паломников. Поэтому Мавр добился разрешения у египетского халифа построить в Иерусалиме гостиницу и госпиталь. Ядром комплекса была, конечно, церковь, и носила она имя Предтечи и Крестителя Господня.
В 1118 году магистром (главой ордена) стал энергичный француз Раймунд Дю Пюи, который расширил рамки деятельности иоаннитов: теперь они, кроме исполнения своих прежних обязанностей, должны были с оружием в руках защищать паломников во время их длительного пути в Иерусалим. Этот шаг нашел живой отклик во всей Европе: рыцари разных государств спешили вступить в популярный орден. В награду за свои воинские подвиги иоанниты (они, кроме всего прочего, принимали участие в битвах с войсками египетских и багдадских халифов) получили две величайшие святыни: частицу Животворящего Креста Господня и чудотворную икону Филермской Божией Матери, написанную святым апостолом и евангелистом Лукой.
Когда закончились крестовые походы, иоанниты оставили город Птолемаиду, где они жили, и переселились на остров Родос. Орден находился в зените славы и могущества, смело отражая вылазки разных врагов, в том числе и турок. Султан Баязет Второй (преемник Магомета Второго) счел за лучшее жить с иоаннитами в дружбе. Чтобы приобрести их расположение, он сделал весьма искусный дипломатический ход: подарил магистру ордена Петру д’Обюссону десную руку Иоанна Крестителя.
Минуло еще три столетия. Местом обитания рыцарей-монахов стал к этому времени остров Мальта. Дивный остров, что и говорить, однако у него был один существенный «недостаток»: он находился слишком близко от мятежной Франции и Наполеона Бонапарта, чьи захватнические аппетиты росли не по дням, а по часам. В 1798 году Наполеон оккупировал остров (силы у иоаннитов были уже не те, и они не оказали французам никакого сопротивления).
В этой трудной ситуации членов ордена больше всего беспокоила судьба святынь. Как поступить, чтобы святыни не попали в руки супостатов, чтобы враги не надругались над священными реликвиями? Взоры иоаннитов обратились на север, к православной России: они предложили Императору Павлу I стать магистром их ордена. Русский Государь дал на это свое согласие. В благодарность рыцари и решили подарить России свои великие святыни: десную руку Иоанна Крестителя, частицу Животворящего Креста Господня и чудотворную икону Филермской Божией Матери.
12 октября 1799 года в десять часов утра из Гатчины по направлению к Ингебургу, куда должны были прибыть святыни, выехали Государь Император со своей семьей, духовенство и многочисленная свита. Встреча произошла у так называемых Спасских ворот. Отсюда торжественная процессия направилась в Гатчинский дворец.
Небо, до тех пор закрытое низкими серыми тучами, прояснилось, и под солнечными лучами засияли митры архиереев, рипиды в руках иподиаконов, стекла в окнах карет. Процессия растянулась на большое расстояние: впереди крестным ходом шло духовенство; за ним ехала празднично украшенная дворцовая карета, в которой на пунцовой бархатной подушечке, заключенной в ковчег, покоилась десная рука Иоанна Крестителя. За каретой шел Государь Император Павел I. За ним следовали кареты с остальными святынями, далее — дворцовая знать, кавалерийские офицеры, солдаты, простолюдины.
Когда торжественный кортеж приблизился ко дворцу, Государь сам взял ковчег с десницей Иоанна Крестителя и с пением тропаря внес его в придворную церковь. Частица Животворящего Креста Господня и образ Божией Матери заняли свои места рядом с десницей. Для частицы Животворящего Креста Господня и для десной руки Иоанна Предтечи были изготовлены чудесной работы золотые ковчеги, украшенные бриллиантами и другими драгоценными камнями, а для чудотворной иконы — изумительной красоты дорогая риза.
Наступил 1917 год — переломный год в судьбе России. Что сталось с великими святынями, не исчезли ли они в хаосе революции, не оставив следа, не превратились ли в пепел в пожаре лихой смуты? Нет, Промысл Божий хранил их по-прежнему!
Государыня Мария Феодоровна, мать Императора Николая II, покидая Россию, увезла на свою бывшую родину — в Данию — все три святыни. После ее кончины (1928 год) ее дочери — Великие княгини Ксения и Ольга — передали их митрополиту Антонию (Храповицкому), который, эмигрировав из большевистской России, жил в Сербии. Он в свою очередь передал их Сербскому королю Александру, сестра которого была замужем за племянником Царя Николая II и чудом избежала расстрела вместе с Царской Семьей. Этим актом митрополит Антоний выразил искреннюю благодарность всех без исключения русских эмигрантов за найденный ими в дружественной Сербии приют.
В начале Второй мировой войны Сербский король Петр II Карагеоргиевич и Патриарх Гавриил перенесли святыни в Острожский монастырь в Черногории.
— Эти три святыни я никогда не буду вывозить из Югославии, — сказал король, выражая чувства всех верующих сербов.
В 1951 году в монастырь нагрянули местные чекисты. Они взяли священные реликвии и отвезли их в Титоград (ныне Подгорица). Через некоторое время коммунисты отдали святыни в Государственный музей города Цетинье; отсюда десная рука Иоанна Предтечи и частичка Животворящего Креста Господня поступили в музей монастыря святого Петра Цетинского.
В 1993 году в праздник Рождества Крестителя Господня Иоанна святыни наконец обрели свободу: их перенесли в монастырский храм для всеобщего поклонения.
Итак, десница Иоанна Предтечи более века пробыла в России и примерно три четверти века — в Сербии и Черногории. О чем это говорит? Это говорит о том, что наши народы находятся под особым покровительством Предтечи и он соединил нас еще более тесными духовными узами.
Господь наш Иисус Христос, в Своей беседе с народом, сказал об Иоанне Предтече: Сей есть, о котором написано: вот, Я посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Твой пред Тобою (Лк. 7, 27) (разрядка моя. — Н. К.). Вот задача, которая стояла перед великим Пророком тогда, в новозаветные времена, и эта же задача стоит перед ним и сейчас, в конце XX века, в последние, апокалиптические времена! Россия (так же, как и Сербия) далеко отошла от Бога, живет во тьме и тени смертной (Пс. 106, 10) и снова нуждается, как и десять веков назад, в духовном обновлении.