Страница 18 из 52
Господи, помоги всем, у кого я принял исповедь, прости нам наши согрешения.
* * *
Исповедь я провожу индивидуальную, она очень много дает не только исповедующемуся, но и мне самому.
Исповедоваться часто не умеют и стесняются, отделываются общими словами, когда же расшевелишь, плачут.
Одна девушка, видимо, в первый раз, расплакалась и, стесняясь своих слез, так стремительно убежала, что не успела поцеловать крест и Евангелие, её вернули, она поцеловала и, отойдя, долго смотрела, где исповедуются...
* * *
Интересно исповедовать детей. Девочка лет двенадцати, спрашиваю:
— Веруешь?
— Нет.
— А почему пришла?
— Бабушка привела.
— Не веришь, что есть Бог?
— Нет.
— А кто сотворил все, что мы видим?
— Рабочие.
— Землю, небо, планеты?
Она растерялась.
— Вот все это создал Бог, веруешь в Бога?
— Верую.
* * *
Девочка лет десяти-одиннадцати с мальчиком лет пяти.
— Его можно без исповеди, — указываю я на мальчика.
— Батюшка, вы его хотя благословите, — говорит она серьезно.
Я благословил, и он кротко отошел в сторону.
— Ну, какие у тебя грехи? — спрашиваю я у девочки.
— Батюшка, нас в школе заставляют надевать пионерский галстук, это ж грех? — спрашивает она у меня.
Я молчу, она, не дождавшись ответа, продолжает:
— Ну, мы сначала с мамой освятили галстук, потом я его надела.
— А мама где работает?
— Лежит парализованной.
Эта девочка рассуждала совершенно по-взрослому. Я стоял и думал: "Огромное государство вооружилось на детей и больных, они не в силах противостать, но вот что они могут: освятить..."
Святи их, Боже, во имя Твое!
* * *
Мальчик лет восьми.
— Веруешь?
— Верую.
— А как крестишься? — Крестится широким крестом, видимо, научила мать.
— Молишься?
— Молюсь.
— За маму молишься?
— Молюсь.
— А за папу?
— Нет.
— Почему?
— Он неверующий.
— Теперь молись и за папу. Молись так. Наставь на верный путь моего папу, Господи. Будешь?
— Буду.
* * *
Женщина больная. Видимо, рак, страшно исхудалая, рвоты. Пятнадцать лет не исповедовалась, верит во все.
Рассказала, что она не могла в храме бывать более пятнадцати минут. Как будто её что-то прогоняло, и она уходила.
Вторая, тут же находившаяся, не больная, старуха просила поисповедовать и её. Она партийная, в храм ей нельзя, но хочет исповедоваться.
* * *
Некоторые раскаиваются в том, что они при регистрации: верующий или неверующий? — расписывались ради страха — неверующий. Это для них тяжелый грех сейчас.
Раскаиваются и в том, что были партийными, сейчас уже из партии вышли. Но бывает, что и до сих пор состоят. Не знают, что им делать, чувствуют, что пребывание в партии — грех.
* * *
При беседе перед исповедью человек средних лет, интеллигентный, расплакался, и чем ближе подходил к аналою, тем более усиливался у него плач. Оказалось, блудил, и еще есть один грех, который не хотел называть. При настоянии сказал: тот, что он состоит в партии.
* * *
Человек преклонных лет с язвительной улыбкой подходит к исповеди.
— Батюшка, а вот я все исповедуюсь и думаю, есть ли толк?
— Конечно, если вы с сомнением исповедуетесь, толку нет. Вот идите, сначала подумайте, а потом приходите на исповедь.
Он, наверно, меня не понял и деньги за исповедь положил на тарелку, меж тем, как я ему не дал разрешительной молитвы. Я остановил его и сказал, что он сегодня причащаться не должен.
— Выходит, я напрасно приходил?
Я отставил его в сторону и сказал, что поисповедовав всех, я с ним еще поговорю. Он стоял нерешительно, оглядывался по сторонам.
Когда я кончил исповедь всех, он сам подошел ко мне и взволнованно сказал:
— Батюшка, да я во все верую, — видимо, страшно стало без Причастия.
* * *
Некоторых на исповеди я не разрешаю: непримирившихся, блудников, не желающих отстать от греха, без явной подготовки. Например:
— В чем грешна?
— Во всем, батюшка, — голос развязанный, запах водки.
— Любишь пить?
— Люблю, батюшка.
— И сегодня пила?
— Грешна, батюшка.
— Сначала идите воздержитесь, а потом приходите, — послушалась.
* * *
Женщина средних лет живет с мужчиной, у которого есть жена.
— Отстать.
— Как, я ведь молодая.
— Я вас не разрешу.
Обещания порвать не дает, разрешительной молитвы не дал.
Ушла разочарованной и немного задумавшись.
Вторая, такого же возраста, тот же грех.
Дает обещание порвать и раскаивалась более сокрушенно.
* * *
В первом часу дня пришла женщина в храм и просит причастить больного. Пошел. По дороге разговорились. Она просто знакомая больному, он лежит парализованный. Жена его глухая, тоже больная. Она сама, придя к ним, только наплачется. У женщины была неподдельная жалость.
Больной лежал на кровати посреди комнаты, не разговаривает. Вытягивает нижнюю челюсть и плачет.
Женщина, которая привела меня, все время плакала.
Причастил мужа и жену. У мужа была немая исповедь, жена никаких грехов за собой не знает. На вопрос: осуждала ли кого, брала ли чужое? ответила:
— Избави Бог.
Образ матери Божией у них был какой-то старинный, необыкновенно выразительный и скорбный. В комнате чистенько.
* * *
Очень часто женщины берут сороковую молитву, мало таких, которые в сороковой день, обычно это уже год или два спустя, а иногда и больше, некоторые даже, когда уже их дети вырастут.
Большое количество абортов, в основном все плачут и раскаиваются, как в преступлении.
Многие из них не знают даже, как крестятся, а некоторые даже не представляют, что значит брать молитву. Думают, что это продают бумажку с молитвой. Некоторые после того, как помолимся, говорят: — А молитву мне дадите?
* * *
Сегодня один глубоко верующий и образованный человек сказал, что он суеверен, верит в сны, приметы, потому что они в самом деле исполняются.
Вспоминаю о себе, что в начале моего религиозного пути у меня были суеверия, вера в сны и приметы, и, действительно, надо признаться, что они исполнялись — бесспорный факт. Когда я узнал учение Церкви, что не нужно в это верить, я перестал верить, победил свои суеверия, хотя отголоски того и до сих пор легкой дрожью иногда пробегут. Но я никогда не останавливаюсь и не стараюсь суеверно бояться, и что же, приметы, сны действительно не исполняются — бесспорный факт. В чем дело? По-моему, победа истинной веры. По вере вашей да будет вам, сказано. По суеверной вере было суеверие, по истинной — истинное.
* * *
Окончилась исповедь, идет молодая девушка и плачет, хочет исповедоваться. В чем дело? Не может избавиться от грехов, особых не называет, чувствует только, что грешна. Не напоминает ни фанатичку, ни больную.
* * *
Исповедовал посреди храма, подходит женщина лет сорока.
— А мне можно исповедоваться? Я маловерная.
— В чем выражается маловерие?
Кто-то ей сказал, чтобы выбросила иконы, она послушалась. Потом стала её упрекать совесть, внесла иконы снова.
— Готовились к исповеди?
— Готовилась, ничего не кушала сегодня.
— Враждуете с кем-либо?
— Нет.
Поисповедовал. Должно быть, причастилась.
* * *
Исповедовались две девочки четвертого и седьмого классов. Искренне рассказали все, что с ними было: не слушаются мамы, грубят...
Исповедовалась женщина, которую заставили выбросить иконы — приходил милиционер.
* * *
Учительница, у нее дочь семнадцати лет. Мать и отец этой учительницы верующие, но её ругают, почему так часто ходит в храм. Она бывает там каждый праздничный и воскресный день, глубоко верующая, кроткая.
* * *
Познакомили с одной больной женщиной, нервной, чтоб я за нее помолился. Отслужил молебен, поминал за литургией, она у меня исповедовалась. Сказали, что стала спать лучше.
Все время улыбается кротко и спокойно, кается в грехах и постоянно молится.
* * *
После того, как закончилась литургия, и когда я давал молитву женщине, в стороне со свечой в руке стоял мужчина средних лет, по лицу интеллигентный, какой-то одухотворенный, или лучше сказать, одержимый какой-то идеей. Он подошел ко кресту и сказал: — Нельзя ли поисповедоваться? — у него сегодня день Ангела, а он об этом не знал.
Я спросил: верует ли он, признает ли загробную жизнь, и почему пришел так поздно?
Поисповедовал. Считает себя грешником, но особых грехов нет. Раскаивается в том, что он в партии, но от Бога не отказывался и всегда заявлял, что он верующий. Причастился. После еще стоял на панихиде.