Страница 34 из 44
Однажды Христос воскликнул: "Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам" (Матф. 11:25).
Мудрые горды своею мудростью: они думают, что знают все. Разумные ослеплены своею собственною интеллигентностью: они считают, что все можно понять и все объяснить при свете собственного разума. В откровении с неба, в мудрости Христовой они не чувствуют нужды. Если бы она была им дана, они отнеслись бы к ней с пренебрежением. И потому мудрость Христова открывается младенцам и состоит из чистоты, смирения и милосердия. Но с возрастом человек теряет чистоту, становится гордым, делается эгоистом, научается любить только себя. С каждым днем он уходит все дальше и дальше от Царствия Божия, которое было так близко к нему в дни его юности. Чтобы возвратить нашей душе потерянный рай, мы должны стать, как дети - чисты и целомудренны, смиренны и милосердны.
Христу дорог каждый человек - и ребенок, и старец, и юноша, и отец семейства, и праведник, и грешница! Он не гнушается Симоном прокаженным, Он принимает угощение у Закхея-мытаря, Он любит бывать у Марфы и Марии. Он жалел всех и в душе каждого старался пробудить жажду спасения. Этим полны страницы Евангелия, Но во всем Евангелии всего лишь один раз сказано, что Он протянул руки для объятий. Это - когда Христос обнял ребенка! И только один раз сказано, что Христос полюбил. Это о богатом юноше, который с детства хранил заповеди Божии (Марк. 10:21).
Вечное Евангелие
Святому апостолу и евангелисту Иоанну в таинственном видении Господь показал будущия судьбы Церкви Своей и то, чему надлежит быть вскоре; и он записал эти пророческия видения в книгу (последняя книга Н. Завета) и сказал: "Блажен читающий и слушающие слова пророчества сего и соблюдающее написанное в нем; ибо время близко" (Откр. 1:3).
В одном из видений тайнозритель "видел Ангела, летящего по средине неба, который имел вечное Евангелие, чтобы благовествовать живущим на земле и всякому племени, и колену, и языку, и народу" (14:6).
И так, ангел имел вечное Евангелие, чтобы благовествовиать его живущим на земле...
Эти слова не новы для нас. Мы знаем слова Христовы: "Идите по всему миру и проповедуйте Евиангелие всей твари, - сказал Он Своим ученикам, - кто будет веровать и креститься, спасен будет" (Мар. 16:15-16). С благою, радостною вестью о спасении и разошлись св. апостолы из Иерусалима, чтобы благовествовать даже до краев земли. Эту радостную весть они записали в книги, чтобы Слово Божие о опасении пронеслось не только до краев земли, но и сохранилось до края времен, до последняго дня мировой истории. Это, поистине, вечное Евангелие!
Но с первых же дней жизни Христовой Церкви начались гонения на св. Евангелие. Враги Христовы хотели его уничтожить, но не могли. Оно принесено для счастья всех людей. Как же можно было допустить, чтобы его слышали лишь немногие, лишь современники Христа и апостолов? Бог для людей бережет Свое Евангелие, потому что оно, поистине, есть благая весть для человека. Из него мы узнаем, что мы дети Божии, что мы созданы Богом, что ради нас и нашего спасения Сын Божий стал человеком, пострадал, умер и воскрес, чтобы показать нам путь жизни и сделать нас достойными всех благ, всего счастья будущей жизни. И чем горше, чем безотраднее становится жизнь, тем дороже нам вечное Евангелие, тем милее, тем ближе оно нашему сердцу, ищущему утешения. Евангелие - это наш идеал, наш светоч, наше утешение в земной юдоли и путеводная звезда в Царство Небесное!
Но есть и другой взгляд на Евангелие, взгляд не язычника, пытавшегося уничтожить эту св. книгу, а взгляд современного нам человека, не задающегося, впрочем, целью совершить невозможное: уничтожить Евангелие. Человек 20-го века умен, он понимает, что можно уничтожить и чего нельзя. Воздух, солнце, тепло не поддаются уничтожению, с ними ничего нельзя сделать. Также и о Евангелии никто теперь, - кроме разве безумцев-безбожников, - не думает, что его можно уничтожить. Но его не хотят знать, его считают устаревшим, мешающим человеку жить.
- "Не говори мне ни о Христе, ни о Евангелии, - бросил не так давно такую фразу русский белый офицер бывшему своему соратнику, ставшему монахом, Евангелие устарело, оно только мешает нам жить!"
Чем устарело? Что в нем обветшало и нам уже не нужно? Историческая часть? Но ведь то, что было, никогда не стареет. Оно с каждым днем и годом отодвигается в прошлое, его могут забыть, но само по себе оно, имевшее когда то место, остается неветшающим. И если о многих исторических лицах и событиях мы не знаем и не помним, то Евангельская история даже в наш век есть история, наиболее знакомая всем, наиболее знаемая и в этом смысле свежая и как бы всегда юная.
Может быть устарела психологическая сторона Евангелия? Может быть в нем рассказывается о людях, душою совсем не похожих на нас? И этого нельзя сказать. Возьмите, например, евангельское чтение о 10-ти прокаженных. Только один из них возвратился, чтобы воздать хвалу своему Целителю. Остальные девять и не подумали, что нужно поблагодарить. Разве психология современного человека не такова?
А история блудного сына? Ведь это нестареющий, вечный пример отношений любящего отца к своевольному сыну, возвращающемуся в дом отчий с раскаянием.
Отчего наши дети, читая в школе Евангелие, понимают его сразу и не нуждаются в длинных и сложных обяснениях? Да потому, что оно психологически близко им. Человек остался все тот же, с теми же душевными качествами, теми же пороками и доброде-телями. Ни одно качество души, которое при жизни Христа было грехом, теперь не стало добродетелью. Психология человека за 20 веков не изменилась.
Тогда что же в Евангелии кажется устаревшим этому бедному русскому офицеру, не желающему слышать ни о Христе, ни о Евангелии? По-видимому ему кажутся устаревшими евангельския заповеди, нравственный требования Христовы.
Современный человек - эгоист, скуп сердцем, горд, тщеславен и самолюбив; современный человек любит удовольствия и желает в этой жизни иметь одне лишь утехи. О любви к Богу, о воздержании, о смирении, о целомудрии, о милосердии к ближнему, наипаче же о будущей жизни и воздаянии, - вот о чем он не любит и не хочет слышать. Это портит ему настроение, напоминание об этих заповедях мешает ему жить. Вот почему современный человек не любит Евангелия, считает его устаревшим, хотел бы, чтобы его не было. Современный человек такого настроения немногим лучше воинствующего безбожника. Один своими руками взрывает храмы, а тот, кому не нужен Спаситель, кому Евангелие мешает жить, не поскорбит, не заплачет при виде разрушаемого храма. Ведь храм - это место, где молятся Христу, как Богу; но если Христос ему не нужен, то не нужен и храм.
Но верно ли, что евангельский нравственный закон устарел, что если его не держаться, то будет лучше, веселее жить? В двух странах-соседках - сов. России и Германии - пробовали построить жизнь без Христа и Евангелия, - и мы знаем, что из этого вышло.
Но если бы даже и удалось безбожникам или неоязычникам, отказывающимся от Евангелия только потому, что оно налагает узду на наши распущенные нравы, если бы удалось кому-нибудь построить новую жизнь без Христа и Евангелия, то нам, христианам, следовало бы от нее отказаться, ибо, по слову Христову, горе тому человеку, который приобретет весь мир, а душу свою погубит.
Слышите, что Ангел, несший вечное Евангелие, возгласил громким голосом! "Убойтесь Бога и воздайте Ему славу, поклонитесь сотворившему небо и землю, ибо наступил час суда Его!" (Откр. 14:7).
Никто от будущего страшного суда не укроется: и тот, кто любил Христа, и кто боролся против Него; кто говорил, что Христос - это солнечный миф, и тот, кому Он "мешал жить"; все без исключения предстанут пред Ним, нелицеприятным Судией, и тогда воздается каждому по делам его (Откр. 20:13).
Посему-то будем держаться всем сердцем Христа, упования нашего, и евангельскую повесть о Нем будем любить больше всех слов человеческих, ибо Это - "глаголы жизни вечной" (Иоан. 6:68). Аминь. Тараскон на Арьеже, 1942 г.
"Господи, умножь в нас Веру!"
В несчасте, которое стряслось над Францией, и мы с вами будем иметь нашу долю. Когда хозяевам хорошо, то и гости благодушествуют; когда хозяева богаты, то и работники едят хлеба вдоволь. Но как сейчас Глава правительства предупредил всех, что жизнь будет трудная, то нам остается только сказать, что гораздо труднее и тяжелее она будет для нас, видевших Францию в годы ее благополучия, а теперь готовых разделить с нею ее несчастье.
Не будем и пытаться угадать, как пойдет жизнь и какия скорби нам придется претерпевать. Как воин, готовя себя к войне, не задумывается много над тем, на каком фронте ему придется воевать и кого иметь своим противником, но готовится мужественно встретить любого врага на любом фронте, так и нам нет нужды вдаваться в подробности, а следует готовить свою душу к встрече со всякими трудностями жизни.