Страница 62 из 62
Других сил, заинтересованных в продолжении нынешнего экономического беспредела, в России нет!
Одоление смуты, сс. 94-95
Экстремизм
Против чего я безусловно выступаю самым решительным образом, так это против насилия и политического экстремизма, подталкивающих общество к новой революции, новой смуте. Хватит! Одну гражданскую войну мы уже пережили...
Одоление смуты, с. 194
Слишком глубокий кровоточащий след оставил в русской истории еврейский экстремизм. Сейчас в русском национальном самосознании происходит осмысление этого факта. Поэтому эмиграцию той части еврейской общины в России, которая считает для себя неприемлемыми новые реальности, надо признать вполне естественным процессом.
Одоление смуты, с. 210
Я убежден, что подавляющее большинство политиков, где бы они ни находились – в структурах исполнительной, законодательной или судебной власти, - смогут договориться, если сумеют изолировать себя от пагубного влияния экстремизма.
Одоление смуты, с. 213
К сожалению, некоторые нынешние реформаторы-экстремисты, унаследовавшие худшие черты террористического «большевистского» самосознания, уже стоившего России невероятных жертв, ведут дело к созданию в нашей стремительно нищающей стране чудовищной по своему цинизму системы власти – коррумпированной и бесконтрольной, скрывающей за псевдодемократической риторикой полное презрение к закону и целенаправленное стремление к диктатуре.
Одоление смуты, с. 213
Экуменизм
Что касается экуменизма, то сегодня многие верные чада Православной Церкви озабочены его бесконтрольным развитием. Более того, Священным Синодом определено: вынести вопрос о допустимых рамках нашего участия в экуменическом движении на архиерейский собор...
Одоление смуты, с. 137
Самим словом «экуменизм» пользуются достаточно давно, однако, раньше, до революции, скажем, в него вкладывали совершенно иной смысл. Православие при том понимании не уходило сквозь решето пустой говорильни и не растворялось в «общих» мнениях, а только свидетельствовало перед инославными чистоту своей жизни, церковного вероучения и как бы говорило: «Если вы хотите приобщиться этой духовности - вот вам истоки жизни, к ним припадайте и утоляйте жажду. Но иного пути быть не может». Вне Православия истины нет! Это неоднократно подтверждало соборное самосознание Церкви Христовой на вселенских соборах. Там недвусмысленно осуждены все те лжеучения, которые сегодня, через тысячу лет, пытаются подать как «новое слово» в религиозной мысли...
Одоление смуты, сс. 168-169
Я отличаю ложный, пагубный экуменизм от экуменизма дозволенного, благословленного Церковью. Дозволен же только тот, который понимается как свидетельствование об истине Православия, с желанием всех приобщить к его животворным святыням. Вот на Всемирном Совете Церквей, на всех этих бесчисленных конференциях и собраниях католики, баптисты и другие говорят: «Давайте будем в любви жить, соединения искать. Пусть хоть и разница у нас во взглядах - догматических и прочих, но все-таки основное - любовь. Знай заповедь!». Лукавят - заповедь заповедью, но какой ценой? Еще полторы тысячи лет назад величайший святой, «уста Христовы» - Иоанн Златоуст говорил, что благочестивая жизнь сама по себе не принесет нам пользы и спасения, если при этом нарушаются догматы Православия.
Одоление смуты, с. 169
Элита
Многовековая история российской элиты, издавна сознававшей главной целью своего социального служения создание и сохранение мощного независимого государства, которое могло бы обеспечить народу наилучшие условия для «тихого и немятежного жития во всяком благочестии и чистоте», - изобилует суровыми испытаниями и драматическими поворотами. Не раз и не два неумолимая логика исторического развития приводила к тому, что исчерпавшие свой «конструктивный ресурс» элитарные сословные группировки покидали российскую политическую сцену, уступая место более энергичным, деятельным и благонамеренным преемникам.
Русская симфония, с. 444
Юрисдикции
Допустим ли переход из одной юрисдикции в другую? ...Тот, кто уходит из Русской Православной Церкви (какими бы благовидными предлогами он ни пытался оправдаться), бросает свою мать, вскормившую его млеком церковной благодати, сообщившую ему дары Святаго Духа, сберегшую для него сокровища живого, опытного благочестия, несмотря на гонения и расстрелы, пытки, тюрьмы и лагеря. Теперь же, когда святой Матери-Церкви особенно тяжело, когда на нее (зная ее решающую роль в сохранении жизнеспособности нашего народа) ополчились все силы ада, вся земная мерзость и мразь, весь огромный, веками отработанный аппарат мировых закулисных центров, - вы, вместо того, чтобы помочь ей в смертельной борьбе, бросаете ее да еще норовите побольнее запустить камень осуждения, клеветы и злословия.
Одоление смуты, с. 312
Язычество
Плоды язычества с его безнравственностью и жестокостью не оставляют сомнений в разрушительной богоборческой сущности того начала, которое стремится к воплощению через многочисленные языческие культы. И славянское язычество не было исключением. Основание языческого мировоззрения покоится на утверждении, что добро и зло есть два самостоятельных, равнозначных, совечных начала бытия мира. Эта поистине дьявольская выдумка отрицает всемогущество Божие, Его благость и милосердие, лишает человека нравственных опор. Ведь если добро и зло равноправны и равно естественны для человека, то чего же стесняться, что зло действует в нас? Мерилом дел и поступков человеческих в таком случае не может быть нравственный идеал, воплощенный в заповедях Божиих и церковном предании. Человек сам по себе есть мера всего, и «естественные» человеческие порывы и склонности не подлежат «лицемерному» осуждению. В этом случае грехи и страсти обретают «законные» права на существование, а зло становится достойным почитания не менее добра. И религиозные формы этого почитания - неотъемлемая часть любого языческого культа. Проще сказать, в основании язычества лежит более или менее откровенный сатанизм, неизбежно проявляющий себя жестокостью и безнравственностью.
Русская симфония, с. 12
ред.golden-ship, 2008