Страница 26 из 62
Одоление смуты, сс. 226-227
Межконфессиональные отношения
Проблема межрелигиозных конфликтов в России надуманна. Она возникает всякий раз, стоит Православию возвысить голос, напоминая русскому народу о его высоком религиозном призвании. В действительности такая проблема может появиться лишь в том случае, если силы, управляющие страной, или совершенно некомпетентны в этом вопросе, или сознательно заинтересованы в нагнетании межрелигиозной напряженности в своих корыстных политических целях. Судите сами: крупнейшими религиозными конфессиями в России являются Православие и ислам. Долгие столетия существуют они бок о бок, но несмотря на многочисленные политические и военные столкновения мусульманских государств с Россией, их межрелигиозные отношения всегда сохранялись ровными и корректными. Русское государство вообще (в отличие от «цивилизованной» Европы) никогда не знало внутренних религиозных войн.
Одоление смуты, сс. 48-49
Что касается межконфессиональных, межрелигиозных отношений, то здесь картина тоже недвусмысленна и ясна. Никогда никому русский человек не мешал веровать по-своему. Но он так же никогда не допускал, чтобы чужие вмешивались в его религиозную жизнь. А что творится в этой области сегодня? Как саранча, налетели на Русь разномастные проповедники, пророки, вероучители, «контактеры», экстрасенсы, парапсихологи и прочая публика того же сорта. В стране богатейшей христианской культуры, где весть о Христе прозвучала более тысячи лет назад, они бубнят что-то о «просвещении» и «миссионерстве», как будто попали к первобытным дикарям!
Одоление смуты, с. 190
Межнациональные отношения
Обвинения в «антисемитизме», «мракобесии» и «черносотенстве» стали почему-то уделом каждого, кто пытается с христианских позиций разобраться в сложных и болезненных вопросах межнациональных и межконфессиальных отношений. На них не стоило бы обращать никакого внимания, если бы таким образом не блокировалось широкое, свободное и гласное обсуждение проблем, имеющих для русской жизни принципиальное, судьбоносное значение.
Одоление смуты, с. 147
Нынешнее плачевное состояние межнациональных отношений неестественно. Оно - плод бессовестной политической игры, где насущные нужды народов - лишь повод для разжигания ненависти, а крики «радетелей о национальных интересах» скрывают непомерное властолюбие и ничтожность продажной души. Православная Церковь всегда учила безоговорочному и всеобщему приоритету нравственных критериев оценки над любыми иными, в том числе и национальными. Россия имеет громадный опыт мирного сосуществования многих народов. В основе этого опыта - уникальное качество русской души, ее «всечеловечность», о которой хорошо сказал еще Достоевский. Любая национально мыслящая русская власть, раскрепостив народную стихию от бесчисленных пут «реформаторов» и «перестройщиков», сможет, опираясь на это врожденное уважение русских людей к чужой самобытности, подобрать взаимоприемлемые формы сожительства разных народов в рамках единой и неделимой России.
Одоление смуты, сс. 38-39
Для урегулирования межнациональных отношений в стране необходимо вернуться к здоровой имперской практике, предполагающей полную (действительную, а не показную!) свободу местного национального самоуправления в сочетании с решительным изъятием в пользу Москвы всех вопросов общегосударственного значения...
Одоление смуты, с. 101
«Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела, и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:6,10,16). И разве не этому свидетельству обязан русский народ тем, что, создав величайшее в мире государство, простирающееся от Атлантики до Тихого океана, он не унизил ни один из встретившихся на его пути народов, пусть самых малых, но всех принял как братьев, покоряя прежде сердца, а не крепости. Евангельское учение Церковь вложила в душу народа как совершеннейший образец, по которому каждый в меру сил должен строить жизнь личную, а все вместе - общественную и государственную.
Одоление смуты, с. 9
Смешение понятий религиозных и национальных частично имеет свое оправдание в том, что именно религия определяет национальный характер народа в целом, однако ставить здесь знак равенства было бы опрометчиво. Это, кстати, хорошо понимали в дореволюционной России. Следствием подобного понимания и явился тот факт, что Император Всероссийский не разделял своих подданных по национальной принадлежности. У него не было подданных татар, якутов или лезгинов - нет! Были подданные православного, мусульманского или иудейского вероисповедания. Если бы из этого понимания были сделаны своевременные и правильные выводы, мы, возможно, избежали бы многих скорбей и тягот...
Русская симфония, с. 255
Что касается исторической российской практики, то она поражает упорным стремлением к межнациональной гармонии и удивительной терпимостью русского народа. Чего стоит хотя бы участие татарских отрядов в освобождении Москвы от польской оккупации во время смуты начала XVII века, всего лишь через каких-то шесть десятилетий после штурма Казани и присоединения Казанского ханства к России! Неужели недавние ордынцы стали бы помогать своим «завоевателям» и «поработителям», если бы не чувствовали общность судьбы, несмотря на все культурные, национальные и вероисповедные различия?! И пример этот далеко не одинок. Так, в активной соборной деятельности, развернувшейся на Руси после одоления Смуты и на века предопределившей облик российского государства, участвовали без исключения все, считавшие себя на тот момент россиянами. Вот почему в числе соборян мы встречаем рядом с городовыми дворянами казаков и их атаманов, рядом с казанскими стрельцами татарских мурз и купцов, слобожан и «гостей», бояр и представителей черных сотен... На протяжении долгих столетий вокруг русского национального ядра творила Россия тот уникальный по своему многообразию и самобытности полиэтнический, поликонфессиональный сплав культур, народов и племен, который как нельзя лучше свидетельствует о ее просветительской, объединительной и миротворческой миссии.
Русская симфония, сс. 424-425
Милосердие
Что же такое - милосердие? Это - живой источник, исходящий от Вечности, которую мы называем Бог - Бог милосердия, Бог, Который есть любовь. Ради любви возникает милосердие.
Одоление смуты, с. 327
Понятие «милосердие» происходит от двух слов: «милость» и «сердце». Это - милующее сердце, милостивое сердце... Это - дар воистину Божий. Сердце, способное печалиться даже над падшим ангелом, может быть только у человека, любящего Господа всей душой. Оно не может не сострадать такому прекрасному Божиему творению, которое было создано первым пред Богом и которое, возгордившись, лишив себя возможности покаяния, гибнет безвозвратно. Милующее сердце не видит в человеке зла, грех оно воспринимает не как неотъемлемую часть души, а как внедряемое в нее извне зло, и потому милующий человек старается всеми силами души помочь и лицам нравственным, и грешникам. За всех он молится.
Одоление смуты, с. 328
И если бы не милосердие Господне, то что сталось бы с нами, обольщенными кознями диавола?! Даже в грехе Господь не оставляет человека Своею милостью. Он в Своем Промысле имеет множество способов вернуть нас на путь истинный. Подчас это очень горькие лекарства: и трудные обстоятельства жизни, и болезни, и нужда... Но посылая всевозможные скорби, Господь пробуждает человека, стучится к нему: проснись, восстань, человек, ты находишься в опасности.
Голос вечности, с. 168
Милостыня
Нередко случается и так, что, к примеру, мы творим милостыню, но в то же время в общении с ближними своими допускаем гнев. Согрешаем мы этим или нет? Согрешаем. А если согрешаем, то неужели вы думаете, что мы не будем отвечать за этот грех, или что Господу будет приятна наша милостыня? Нет, не будет милостыня приятна.
Голос вечности, с. 253
Необходимо употребить свои члены-руки на то, чтобы подавать милостыню ближним, помогать им в их немощах, в их необходимых нуждах.
Голос вечности, с. 253
Милостыня, подаваемая своим родным, которые нуждаются в помощи, считается добрым делом.
Дай мне твое сердце, с. 242
Недоразумение с премиальными и зарплатой выясни обязательно. И если после этого они не пойдут на уступки, тогда останови свое искательство правды. Господь примет как милостыню.
Время приобретения, с. 133
Милость
Достойна ли ты той милости, которую посылает тебе Господь? Конечно, нет. И мы никогда не будем достойны. Поэтому мы должны благодарить Господа за Его любовь к нам, грешным.