Страница 114 из 292
во время исповѣди? Положительно
можно сказать, что онъ сокрушается
о каждомъ грѣхѣ не менѣе самого кающагося.
Скорбь грѣшника есть вмѣстѣ
и скорбь пастыря, выслушивающаго
грѣхъ. А если кающійся не можетъ,
не обѣщается отстать отъ своего грѣха,
если кч тому же этотъ грѣхъ открытый,
которымъ соблазняются и другіе,
— войдите въ положеніе пастыря,
какъ онъ разрѣшитъ такого грѣшника,
какъ допуститъ до причащенія святыхъ
Тайнъ? А если это тѣмъ не менѣе дѣлаетъ,
то съ какою болью сердечною,
съ какимъ страхомъ подвергнуться отвѣтственности
за то предъ судомъ Божіимъ?
Вообще закоснѣніе въ томъ или
другомъ грѣхѣ, не православный образъ
жизни того или другого семейства
или лица, нежеланіе измѣнить его, ни-
кому такъ не вольны, какъ пастырю.
Это тѣмъ больнѣе для него, что онъ
подъ часъ не знаетъ, съ какой стороны
и какъ воздѣйствовать на нихъ:
обличеніемъ, или кроткимъ вразумленіемъ,
строгостію или ласкою; если
строгостію, то какъ бы не ожесточить,
если снисходительностію, любовію, —
какъ бы не явить поблажку. И вотъ
пастырю церкви остается одно: возносить
молитву предъ престоломъ Божіимъ,
да Самъ I осподь, какимъ знаетъ
способомъ, воздѣйствуетъ на ожесточившуюся
душу грѣшника.
г) Но вотъ пастырь церкви и молится за
своихъ пасомыхъ Онъ рано встаетъ на
молитву, часто онъ совершаетъ Божественную
литургію. Онъ молится о милости,
мирѣ, здравіи, долгоденствіи,
благопоспѣшеніи своихъ пасомыхъ, принесеніемъ
безкровной жертвы онъ испрашиваетъ
прощеніе грѣховъ ихъ. Но
и тутъ не безъ скорби для пастыря.
Чѣмъ за все это платятъ ему? Часто
неблагодарностію, непростительнымъ
невниманіемъ къ матеріальнымъ нуждамъ
его, неуваженіемъ его, простирающимся
до нежеланія получить благословеніе
отъ него, боязнію встрѣтиться
съ нимъ, при чемъ такая встрѣча
считается худымъ признакомъ. Присоедините
къ этому еще нареканія,
поношенія и въ обществѣ и въ печати,
такъ смѣло, такъ рѣзко расточаемыя
на служителей церки. Не личность, не
одно только человѣческое достоинство
здѣсь оскорбляется и страдаетъ, а санъ,
званіе,—вольно то, что дѣти возстаютъ
на Отцевъ, руководимые на руководителей,
что, унижая служителей вѣры,
хотятъ унизить самую вѣру. Какъ это
походитъ на поступокъ Хама, сына
Ноева, который, увидавши отца въ неприличномъ
видѣ, насмѣялся надъ нимъ,
пошелъ и разсказалъ братьямъ своимъ.
Тяжкій грѣхъ насвою душу принимаютъ
эти мнимые радѣтели, а на самомъ дѣлѣ
хулители служителей алтаря Господня.
III. Братіе! Трудное служеніе пастыря
старайтесь облегчать собственною
ревностію къ богоугожденію, слѣдованіемъ
добрымъ наставленіямъ пастыря,
подражаніемъ добрымъ чертамъ жизни
его. Тогда между вами и пастыремъ
установится тѣсная, неразрывная связь.
Господи! молитвами св. Никифора
дай Своей церкви пастырей правопра-
вящихъ слово Твоея истины, сотвори,
чтобы и пасомые достойны были такихъ
пастырей. (Сост. по кн. „Уроки
изъ жизни святыхъ11 св. П. Шумова).
М ѣ с я ц ъ м а р т ъ . 187
Четырнадцатый день.
Препод. Венедиктъ.
(Обз осторожномъ обращеніи съ человѣческимъ
словомъ). *
I. Жившій въ 5-мъ вѣкѣ преподобный
отецъ Венедиктъ, память коего
совершается нынѣшній день, зналъ
двухъ дѣвицъ знатнаго рода, отличавшихся
скромностію и невинностію.
Одинъ за ними былъ недостатокъ: тѣ
дѣвицы любили пересуживать и укорять
другихъ, т. е. весьма злоупотребляли
даромъ слова. Преподобный предостерегалъ
ихъ, говоря: „оставьте
дурную привычку, иначе я васъ отлучу
отъ святаго причастія11. Но дѣвицы не
исправлялись, такъ и умерли-, похоронили
ихъ съ честію, въ храмѣ. Впо-
слѣдствіи нѣкоторыя изъ предстоявшихъ
въ томъ храмѣ монахини видѣли слѣдующее:
при возглашеніи „елицы оглашеніи,
изыдите11 дѣвицы выходили изъ
гробовъ и изъ храма. И только по молитвамъ
преподобнаго Венедикта, подавшаго
за упокой ихъ просфору, дѣвицы
болѣе не являлись.
II. Этотъ разсказъ изъ жизни препод.
Венедикта даетъ намъ поводъ побесѣдовать
объ осторожномъ обращеніи съ
человѣческимъ словомъ.
Слово человѣческое очень важно и очень
стоитъ того, чтобы въ немъ требовать отчета.
а) Наше слово есть отпечатокъ слова
творческаго. Въ Богѣ слово, и въ человѣкѣ
слово. Правда, что слово въ Богѣ
не то, что наше слово; въ Богѣ оно
есть самый отпечатлѣнный образъ существа
Его, единородный Сынъ Божій;
но и въ насъ слово не праздный звукъ,
и въ насъ оно есть отпечатокъ и образъ
нашего духа, такъ что если бы
собрать всѣ слова наши, то мы увидѣли
бы въ нихъ свое собственное
изображеніе.
б) Затѣмъ, словомъ человѣкъ видимо и
преимущественно отличенъ отъ всѣхъ тварей,
его окружающихъ. Это главный признакъ
и главное средство нашего владычества
надъ міромъ, какъ то и показано
въ самомъ началѣ чрезъ нареченіе
именъ отъ прародителя нашего
всѣмъ животнымъ.
в) Словомъ—далѣе — держится въ силѣ
и союзѣ весь родъ человѣческій: это проводникъ
нашихъ взаимныхъ мыслей,
чувствъ, нуждъ, радостей и печалей,
предпріятій и усовершенствованій. Словомъ
связуется у насъ таинственно
прошедшее съ настоящимъ, настоящее
съ будущимъ; приходятъ въ тѣсное сообщеніе
тѣ, кои никогда не видали другъ
друга. Отымите слово у людей: и все
остановится въ мірѣ человѣческомъ.
г) Послѣдствія слова человѣческаго весьма
важны. Всякое слово, исшедшее изъ
устъ вашихъ, никогда уже не возвратится
къ вамъ: нѣтъ, оно пойдетъ по
умамъ и устамъ, по годамъ и вѣкамъ;
произведетъ неисчислимое множество
мыслей и чувствъ, дѣяній и поступковъ,
и, разросшись въ огромное
древо, обремененное всякаго рода р о дами
по роду и виду его, срѣтится
съ тобою, творцемъ его, на судѣ
страшномъ.
И въ настоящемъ времени, на самого
изрекающаго слово, оно не останется
безъ дѣйствія. По словамъ нашимъ,
во-первыхъ, всѣ судятъ о насъ;
уста наши доставляютъ намъ или уваженіе,
или вселяютъ къ намъ отвращеніе
и презрѣніе. Премудрый, замѣчаетъ
древній мудрецъ, вз словеси любезна
сотворитъ себе: а умножали словеса
мерзокъ будете (Сир. 20, 8. 13).
Празднословіе терпится иногда для развлеченія,
но никогда не заслужитъ уваженія.
Если васъ слушаютъ, когда вы
говорите пустое, и не показываютъ
отвращенія: то будьте увѣрены, что
сего отвращенія нѣтъ только на лицѣ
слушающихъ, а въ сердцѣ оно у многихъ.
Празднословіе наказываетъ само себя.
Человѣкъ празднословный пустѣетъ
внутренно: умъ его становится мелкимъ,
сужденіе несвязнымъ, виды пустыми,
предположенія ничтожными или
предосудительными. Такой человѣкъ не
способенъ ни къ чему важному и истинно
полезному, какъ это замѣчено
еще въ древности, гдѣ мудрецы не
принимали къ себѣ и въ ученики тѣхъ
людей, кои продолжительнымъ молчаніемъ
не доказали въ себѣ способности
къ дѣлу.
Празднословіе вредитъ самой жизни
и поступкамъ. Не должно опустить
безъ особеннаго вниманія и того, что
188 М ѣ с я ц ъ м а р т ъ .
происходящая отъ празднословія пустота
души и неосновательность ума
не останавливаются на однихъ устахъ
и словахъ, а, по закону природы нашей,
переходятъ въ самыя наши дѣйствія
и жизнь. Премудро замѣтилъ св.
Іаковъ, что аще кто вд словѣ не согрѣшаетъ,
сей степь обуздать и все
тѣло (Іак. 3," 2): это естественная
награда за обузданіе своего языка. Привыкшій,
напротивъ, грѣшить въ словѣ,
скоро начнетъ грѣшить и въ жизни.
I I I . Какъ же должно употреблять слово,
чтобы оно не послужило нѣкогда къ нашему
осужденію?
а) Употреблять его съ крайнею бережливостію,
какъ того требуетъ высокое происхожденіе
слова, великое назначеніе его
въ мірѣ, и крайне важныя дѣйствія его
на другихъ людей и на насъ самихъ.
б) Употреблять на предметы того достойные,
во славу Божію, на пользу ближнихъ
и къ нашему усовершенствованію,
и никакъ не употреблять на предметы
срамные, на мысли нечестивыя,
на чувства зловредныя; не употреблять
на ложъ и обманъ, на клевету и
ябеду., на брань и ссору.
в) Наблюдать за употребленіемъ своего
слова и по временамъ требовать у себя
отчета въ немъ,—всего лучше отходя
ко сну, ежедневно.
г) Обращаться съ молитвою къ Господу*
чтобы Онъ Самъ положилъ храненіе устамъ
нашимъ, Самъ. ограждалъ насъ Своею