Страница 108 из 292
Страхъ этотъ столь естественъ человѣку
грѣшнику, и столь силенъ въ немъ,
что всѣ народы, не зная Бога Израилева,
подобно Израилю приносили
жертвы о живыхъ и мертвыхъ.
Но для истиннаго христіанина, вѣрующаго
въ искупительныя заслуги
Сына Божія, для христіанина, омывшаго
первородный грѣхъ въ таинствахъ
крещенія и покаянія и пріискреннѣ
пріобщившагося тѣла и крови Христовыхъ
— залога вѣчной жизни— страхъ
божественнаго правосудія не существуетъ;
смерть I. Христа, подъятая для
умилостивленія правды Божіей, человѣческими
грѣхами раздраженной, уничтожаетъ
страхъ сей.
Іисусъ умеръ за грѣхи мой, размышляетъ
истинный христіанинъ, посему
я не страшусь болѣе стрѣлъ небеснаго
174 М ѣ с я ц ъ м а р т ъ .
правосудія. Пусть ангелъ-истребитель
возноситъ на меня мстительную десницу;
онъ не найдетъ во мнѣ ни одного
мѣста, которое не было бы покрыто
кровію божественнаго Агнца. Пусть
князь тьмы предстанетъ одесную меня
и указываетъ на гнусныя ризы моей
естественной нечистоты; я уже слышу
утѣшительный гласъ Отца небеснаго:
отнимите ризы гнусныя oms него (Зах.
III, 4), и облеките его во одѣяніе бѣло.
в) Наконецъ, смерть можетъ казаться
страшною для человѣка потому, что лишаетъ
его наслажденія благами настоящей жизни.
Въ самомъ дѣлѣ, сколъ ни несовершенны
сіи блага, впрочемъ весьма прискорбно
разлучаться съ ними тому, кто не увѣренъ,
что за гробомъ онъ будетъ наслаждаться,
если не лучшими, то по
крайней мѣрѣ подобными благами.
Но для истиннаго христіанина и этотъ
страхъ не существуетъ; онъ совершенно
увѣренъ, что, теряя чрезъ смерть
блага земныя, онъ получаетъ блага
небесныя, несравненно высшія. Смерть
I. Христа, будучи жертвою за грѣхи,
вмѣстѣ служитъ печатію того блаженнаго
завѣта, коимъ сей Ходатай Бога
и человѣковъ утвердилъ пріобрѣтенное
Имъ сокровище любви Божіей за
вѣрующими во имя Его. Какія же
сокровища? Они столь иного превышаютъ
всѣ блага земныя, что самые свв.
писатели, которые вѣщали Духомъ Божіимъ,
не знаютъ словъ на языкѣ человѣческомъ,
чтобъ описать всѣ див-
Д е с я т ь
Поуч. 1-е. Св. муч. Кодратъ.
(Лѣчишься не грѣхъ).
1. Св. муч, Кодратъ, память коего
нынѣ ^новорожденнымъ младенцемъ найденъ
въ пустынѣ., близъ г. Коринѳа.
Тутъ родила его Руѳина, жена коринѳскаго
гражданина., которая скрывалась
въ пустынѣ во время гоненія на христіанъ
въ III вѣкѣ., и умерла. Когда
при явной помощи Божественнаго Промысла
выросъ Кодратъ, то научился
врачеванію болѣзней; но по любви къ
уединенію удалился въ горы., гдѣ подвизался
въ постѣ и молитвѣ. По временамъ
все-таки посѣщалъ городъ для
врачеванія болѣзней, ибо, живя въ пустынѣ^
изучилъ иного цѣлебныхъ травъ
и растеній, и движимый любовію къ
ныя и разнообразныя прелести райскихъ
жилищъ на небѣ. Око не видѣ,
ухо не слита, и на сердце человѣку не
взыдоша (1 Кор. II, 9), сія уготова Богъ
любящимъ Его.
И мы, имѣя обѣтованіе такихъ благъ
въ мірѣ грядущемъ, еще не хотамъ
разстаться съ міромъ настоящимъ, который
весь во злѣ лежитъ-, и ангелъ
смерти еще долженъ, такъ сказать, на-
сильно восхищать насъ изъ среды суетъ,
дабы преставить въ обитель вѣчнаго
покоя!
III. Но напрасно, слушатели, будемъ
возбуждать духъ къ презрѣнію смерти,
если въ насъ нѣтъ сѣмени живота вѣчнаго.
Смерть не страшна для истин
наго христіанина*, а для ложнаго, ка-
ковы всѣ мнимые христіане, она страшнѣе,
нежели для язычника. Посему будемъ
стараться о томъ, чтобы сдѣлаться
истинными христіанами, т.-е. быть христіанами
не по имени только, но на
самомъ дѣлѣ, — и жизнію своею, дѣятельной
любовію къ Богу и ближнимъ
доказывать, что мы истинные ученики
Христовы. Болыпе же всего будемъ
любить I. Христа*, любовь къ Нему содѣлаетъ
въ насъ все, что нужно для
побѣжденія страха смертнаго. Теперь
мы имѣемъ много утѣшителей, собесѣдниковъ,
друзей*, но въ часъ смерти
одинъ будетъ утѣшитель, собесѣдникъ
и другъ—Іисусъ. (Сост. по проп. Иннокентія,
арх. херсон., т. V, стр. 506—
513, изд. ВольФа, 1875 г.).
й д е н ь .
ближнимъ, дѣлился своими познаніями,
пособляя бѣднымъ. Когда воздвигъ гоненіе
на христіанъ Декій, то Іасонъ,
царскій чиновникъ, прибывшій въ Коринѳъ,
призвалъ къ себѣ Кодрата съ
его друзьями и требовалъ, чтобы они
отреклись отъ Христа. Когда же они
отказались, то приказалъ ихъ повѣсить
головами внизъ, бить, строгать
тѣло и жечь, наконецъ отсѣчь имъ
головы. На мѣстѣ казни, гдѣ земля
обагрилась кровію мучениковъ, вдругъ
явился источникъ чистой воды.
II. Изъ краткой жизни этого св.
мученика вы видѣли, братія, что онъ,
находясь долго въ пустынѣ и узнавъ
цѣлебныя средства многихъ растеній,
оказывалъ при помощи Божіей, врачебную
помощь людямъ. Это учитъ
М ѣ с я ц ъ м а р т ъ . 175
насъ той истинѣ, что лѣчиться не
грѣхъ, вопреки предразсудку нѣкоторыхъ,
которые считаютъ лѣченіе отъ
болѣзней грѣхомъ.
а) Еще древній ветхозавѣтный мудрецъ
говорилъ: „почитай врача честью по надобности
въ немъ, ибо Господь создалъ
его, и отъ Вышняго — врачеваніе, и
отъ даря получаетъ онъ даръ. Знаніе
врача возвыситъ его, и между вельможами
онъ будетъ въ почетѣ. Господь
создалъ изъ земли врачевства, и
благоразумный человѣкъ не будетъ пренебрегать
ими. Ими онъ врачуетъ человѣка
и уничтожаетъ болѣзнь его.
Приготовляющій лѣкарства дѣлаетъ изъ
нихъ смѣсь, и черезъ него бываетъ
благо на землѣ. Сынъ мой! Въ болѣзни
твой не будь небреженъ, но молись
Господу... и дай мѣсто врачу,
ибо и его создалъ Господь, и да не
удаляется онъ отъ тебя, ибо онъ нуженъ.
Въ иное время и въ ихъ рукахъ
бываетъ успѣхъ; ибо и они молятся
Господу, чтобы Онъ послалъ имъ подать
больному облегченіе и исцѣленіе
къ продолженію жизни1,1 (Сир. 38,
1—14). Таковъ совѣтъ многоопытнаго
мужа, владѣвшаго духовною прозорливостію.
Можно ли не согласиться съ
этимъ совѣтомъ, можно ли отвергать
пользу, приносимую врачебною наукою
и ея служителями?
б) Соображенія здраваго разума говорятъ
за ту же пользу. Въ настоящее время
только самые темные люди относятся
съ предубѣжденіемъ и недовѣріемъ къ
врачамъ; только самые упорные въ своихъ
наслѣдственныхъ заблужденіяхъ не
довѣряютъ врачамъ и не хотятъ пользоваться
предохранительными отъ болѣзни
средствами. Въ самомъ дѣлѣ,
врачи, нарочито изучавшіе врачебныя
науки и имѣвшіе многочисленные случаи
лѣченія всякихъ недуговъ, луч-
ше, чѣмъ кто - либо, могутъ оказать
помощь заболѣвшему. Имъ извѣстенъ
и родъ болѣзни и средства, ее облегчающія.
Совершенно неправильно по-
этому поступаютъ тѣ люди, которые,
держась мнѣнія: чему быть—того не
миновать, не хотятъ употреблять предписываемыя
свѣдущими людьми предосторожности
отъ губительныхъ болѣзней.
Нѣтъ, здоровье — это первое
наше благо на землѣ, и мы должны
пользоваться имъ разумно и осторожно,
должны заботиться о сохраненіи
его сами, не разсчитывая всякій разъ
на чудесную помощь Вожію, которой
мы по грѣхамъ своимъ быть можетъ
и недостойны. Это было бы признакомъ
духовной гордости, сколько грѣховной,
столько же и гибельной.
в) Подобнымъ образомъ учатъ и свв. отцы
церкви.
„Такъ какъ всѣмъ возмущаемое тѣло
наше, пишетъ св. Василій Великій,
подвержено многоразличнымъ поврежденіямъ:
и со-внѣ приключающимся, и
зараждаемымъ внутри принятою пищею,
и излишествами и недостатками
ея: то распоряжающійся всею нашею
жизнію Богъ дозволилъ намъ врачебное
искусство, которое, въ образецъ
душевнаго врачеванія, имѣетъ цѣлію
избавлять отъ излишняго и восполнять
недостаточное, ибо не сами собой прозябли
травы, состоящія въ свойствѣ
съ каждою изъ немощей, но, очевидно,
по волѣ Создавшаго произведены съ
цѣлію служить къ нашей пользѣ. По-
этому свойства, заключающіяся въ корняхъ,
въ цвѣтахъ, въ листьяхъ, въ
плодахъ и въ сокахъ, и что въ металлахъ
и въ морѣ открыто годнаго къ
пользованію плоти, все это подобно
изобрѣтенію принимаемаго въ пищу и
питіе. Скотское было бы несмысліе
ожидать себѣ здоровья единственно отъ
рукъ врача. Но и то будетъ упорствомъ,
если во всякомъ случаѣ избѣгать
пользованія врачебнымъ искусствомъ.
Напротивъ того, пріемля дары
отъ Бога, Который съ благостію и
премудростію устрояетъ жизнь нашу,
будемъ просить у Него сперва познанія
тѣхъ причинъ, по которымъ поражаетъ
Онъ насъ, а потомъ избавленія
отъ скорбей. И дарованную намъ благодать
исцѣленія пріимемъ съ благо-
дарностіюа. (Васил. Вел. Прав. простр.
излож. Отв. на вопросъ 55-й).
г) Приведемъ и примѣръ изъ церк. исторіи,
показывающій, что лѣчиться не грѣхъ.
Преподобный Македоній, сдѣлавшись
боленъ, дозволилъ себѣ нѣсколько умѣрить
свое воздержаніе и въ оправданіе
свое разсуждалъ такъ предъ одной
благочестивой женой, отказывавшейся
принимать врачебныя средства: „если