Страница 1 из 85
ПОЧЕМУ ПРАВОСЛАВНЫЕ ТАКИЕ «УПЕРТЫЕ»?
ПОЛЕМИЧНОСТЬ ПРАВОСЛАВИЯ
А инквизиторы кто?
Что такое псогос?
Есть ли не-женщины в русских селеньях?
Как вообще Вы относитесь к людям неправославным?
О преследовании христиан в Индии
Вы получаете сдачи от тех же рериховцев?
Почему христиане не верят в карму?
У человека, родившегося в православной стране, больше шансов на спасение, нежели у человека, родившегося среди буддистов?
В чем сектанты обвиняют Православную Церковь?
Кто такая Анастасия?
Что происходит в церковной жизни Украины?
Об анафеме Льву Толстому
Христианство и иудаизм
Если бы Христос пришел сегодня…
БЕСЕДА О КОНСЕРВАТИЗМЕ
Возможны ли перемены в Церкви?
Языческий термин в Символе Веры
В защиту церковно-славянского языка
ОРТОДОКСИЯ КАК ЕЖЕДНЕВНЫЙ ВЫБОР (о Г. К. Честертоне)
КАК ОТНОСИТЬСЯ К КАТОЛИКАМ?
О КОЛДУНАХ, КОТОРЫЕ ХОТЯТ БЫТЬ В ЗАКОНЕ
Почему вера в экстрасенсорику живет и побеждает?
Как может отразиться экстрасенсорная практика на самих целителях?
Нужен ли закон “Об информационно-психологической безопасности»?
О ЧУДЕСАХ И СУЕВЕРИЯХ, О ГРЕХАХ И ПРАЗДНИКАХ
Что такое чудо?
Говорение на языках
Экзорцизм
Всем ли чудесам верит Церковь?
«Предсказамус настрадал»
Всем ли подавать милостыню?
Кого можно назвать религиозным человеком?
Зачем нужно креститься?
Что страшнее убийства?
Вредна ли кремация?
Правда ли, что собаку в дом пускать нельзя?
Можно ли христианину заниматься боевыми искусствами?
А танцевать?
Имеет ли курение какой-то мистический смысл?
Что вы думаете об инопланетянах?
Как поститься на Новый год?
Почему на Пасху нельзя ездить на кладбища
ВРЕДЯТ ЛИ ХРИСТИАНИНУ «ПОДБРОШЕННЫЕ» НЕЧИСТОТЫ?
ПОЧЕМУ ХРИСТИАНЕ НЕ БОЯТСЯ ПОРЧИ
ПОЛЕМИЧНОСТЬ ПРАВОСЛАВИЯ
– Вы не отказываетесь, если Вас называют инквизитором и ретроградом. Почему?
- Просто работу инквизитора я считаю весьма достойным видом трудовой деятельности. При одном условии: чтобы за спиной у инквизитора не маячило государство.
Слово инквизиция по латыни означает «исследование» (inquisitio). Задача инквизитора – проверить, соответствует ли то, что рассказывается о христианской вере и от ее имени действительному христианству. Когда рядом нет государственного суда, готового при обнаружении этой разницы арестовать и казнить еретика, то в деятельности инквизитора нет ничего опасного или недостойного.
Это всего лишь призыв к ясности, честности и отчетливости. Одно дело, когда человек говорит не от имени Церкви и высказывает свои суждения о ней, в том числе критические. Его суждения могут не соответствовать исторической действительности. Но он же говорит от себя – значит, имеет право. Если ты не христианин - это твое дело. Но не надо свой собственный творческий продукт выдавать за «учение Христа».
«Инквизитор» – тот, кто мешает обманывать людей; он мешает принять принять за церковный голос или церковную веру то, что на самом деле не является ни тем, ни другим. Своего рода «защита прав потребителя».
А вот если человек хочет говорить не только о Церкви, но и от имени Церкви, возникает вопрос, узнает ли Церковь себя в его словах и узнает ли через его слова читатель - веру Церкви. Вот тут и уместна церковная цензура или инквизиция. В грамоте, данной царем Федором Алексеевичем на учреждение в Москве Славяно-Греко-Латинской Академии, было сказано: “А от церкви возбраняемых наук, наипаче же магии естественной и иных, таким не учити и учителей таковых не имети. Аще же таковые учители где обрящутся, и оны со учениками, яко чародеи, без всякого милосердия да сожгутся”1.
Не сочувствуя идее сожжения чародеев, все же не могу не заметить, что функции инквизиции были возложены на первый российский ВУЗ - Славяно-греко-латинскую академию, из которой потом выросли, с одной стороны, Московская духовная академия, с другой – Московский императорский университет. Не самые темные, а самые просвещенные христиане были инквизиторами. Так что в этом смысле инквизиция стояла у истоков российской науки.
Инквизитор просто взывает к дисциплинированности мысли. Как «инквизитор» я говорю: если ты не импрессионист и не пишешь эссе в жанре «мои впечатления от православия» (тут–то каждый волен впечатляться как хочет), то просто поработай с источниками.
Кстати, напомню, как булла папы Бенедикта 14 (сер. 18 века) регламентировала работу инквизитора: они не должны думать, что книга дается им на рассмотрение с намеренной целью осудить ее, они должны спокойно и беспристрастно взвешивать достоинства книги; они не долждны судить о книге с точки зрения определенной нации, школы или ордена, а должны иметь в виду основные догматы Церкви; они обязаны книгу читать всю сполна, различные места книги сравнивать ммежлду собой, неясное уразумевать из более ясного, не должны выхватывать места в книге без связи с целым, смотреть на цель, с которой говорит автор. Если заслуживающая запрещения книга принадлежит католическому писателю высокой жизни и сделавшему себе имя в литературе, хотя бы и этой книгой, то нужно запретить книгу не безусловно, а с правом издать книгу по исправлении. О предполагаемом запрещении автор должен быть извещен заранее, ему должна быть дана возможность объясниться, и его объяснения цензоры и судьи должны принять во внимание2.
- Вы не боитесь, что некоторая категоричность может обидеть людей? Ведь Вы - пастырь, и они должны чувствовать тепло, любовь. А от Ваших слов иногда током ударяет...
- И пусть ударяет. Я вовсе не стремлюсь создать перед слушателями такой сентиментальный образ - «Ах, Христос, ах, терпимость, ах, милосердие». Вы помните, как обращался Сам Христос к тем, кто исказил веру отцов: «гробы окрашенные, красивые снаружи, но полные нечистот», «порождения ехиднины!». Христос говорил жестко.
Истина - совсем не то, что должно всем нравиться. Ведь Христос назвал христианство «солью земли». Соль высыпается на здоровую землю или на больную? Человечество в духовном смысле несомненно больно. Вы сами понимаете реакцию больного организма, когда на его больное место соль еще сыплют. Так что нет ничего удивительного в том, что почти все апостолы кончили жизнь мученически.
Проповедник всегда вносит разделение. Я, входя в каждую аудиторию, вношу туда разделение. Почитайте «Деяния Aпостолов». Там все по одному сценарию происходит. Приходит апостол Павел в какой-нибудь город, идет в иудейскую синагогу и начинает там проповедовать о Христе. Евреи берут камни, избивают его, изгоняют, стремятся убить. В общем, переполох страшный. Потом часть из них задумывается: подождите, в проповеди этого Павла что-то есть, что-то необычное было в этом Иисусе, Которого проповедовал этот странник. И они тайком ищут Павла, идут к нему, беседуют и отходят от синагогального большинства. Так потихоньку основывалась христианская Церковь. Затем Павел идет в следующий город, там все повторяется. То есть проповедь - это почти всегда разделение. Когда я вхожу в аудиторию, я вполне понимаю, что там, может быть, всего несколько душ, которые могут раскрыться.
- И все же на Вас смотрят как на представителя Православной Церкви...
- Я всегда подчеркиваю, что я - это просто диакон Андрей Кураев. И если у вас аллергия на меня, то Церковь здесь не при чем3. Но если то, что я говорю, вам понравилось, то благодарите не меня, а идите в Церковь. А я поехал дальше.
- Вы говорите: меня не нужно отождествлять с Церковью. А с кем же? Вы не боитесь, что такие резкие приемы могут сразу оттолкнуть человека?
- Я не апостол Павел. Апостол Павел говорил: «Я был всем для всех», Я не умею быть «всем для всех». У меня своя аудитория, университетская, молодежная. Если я их все время буду гладить по головке, елейно призывать к смирению, послушанию, они знаете как прореагируют?
- А какие светские стереотипы Вас раздражают более всего?
- Самое занятное из нецерковных, светских предубеждений – это уверенность неверов в том, что нам, христианам, ничего нельзя осуждать. Таков стандарт христианского поведения, придуманный для христиан нехристианами. Мол, раз вы христиане, то должны всегда подставлять вторую щеку, перед всем смиряться, всем кланяться, и вообще если вас ваше Евангелие учит любви, то вы должны с любовью признаваться, что всею душой, например, обожаете культ вуду и не имеете права сказать о нем что-то резкое.
А христианство просто сложнее: наш принцип – люби грешника и ненавидь грех. Это значит, что надо уметь отличать свое отношение к злому поступку (или ошибочному мнению) от отношения к человеку, совершившему этот поступок.