Страница 75 из 88
Но не только фанаты, а сами рок–звезды страдают от этих последствий, зачастую приводящих их к смерти. Об этом может свидетельствовать любой, даже самый блистательный, путь к славе рок–музыканта, потому что жизнь можно правильно оценить, лишь видя ее конец. Вот конец биографий нескольких других знаменитых рок–звезд — жуткий, потрясающий баланс:
Брайен Джоунс, «Роллинг Стоунз», — утонул в плавательном бассейне, будучи в наркотическом опьянении.
Джимми Хендрикс — после принятия алкоголя и снотворного задохнулся от рвоты.
Дженис Джоплин, «королева рок–музыки», — умерла от передозировки героина.
Рон Маккернан, Грейтфул Дэд — медленное алкогольное отравление.
Марк Болан, гитарист и автор песен группы «Т–Рекс», объяснявший свой успех черной магией, — погиб в таинственной автокатастрофе.
Элвис Пресли — умер от передозировки наркотиков и обжорства.
Кит Мун, «The Who», — покончил самоубийством.
Сид Вишэс, «Секс Пистолз», — зарезал подругу и принял смертельную дозу героина.
Джон Бонхэм, «Led Zeppelin», — после сорока стаканов водки задохнулся в собственной рвоте.
Бон Скотт (исполнял песню «Автострада в ад»), «AC/DC», — после ночной попойки задохнулся от рвоты.
Джон Леннон, «Битлз», — застрелен фанатом.
Пит Фандорн, «Претенденты», — найден мертвым в ванной, шприц с героином торчал в руке.
Мэрвин Гей — после ссоры с отцом, ранив себя выстрелом, умер.
Джоги Хортон, музыкант, ударные инструменты, — спрыгнул с 17–го этажа нью–йоркского отеля.
Джейзо Пасториус, джаз и рок–басист, — скончался от нанесенных побоев.
Рой Бухэнэм, один из лучших в мире блюз— и рок–гитаристов, — повесился в состоянии алкогольного опьянения.
Этот список можно продолжить именами многих–многих молодых рок–гитаристов, ставших жертвами пристрастия к наркотикам. Ведь в перечисленном выше списке были лишь самые знаменитые.
Учитывая то, что российская массовая культура по сравнению с западной «опаздывает», нетрудно спрогнозировать, что конкретно ждет нас в недалеком будущем. Чтобы убедиться в этом, достаточно взглянуть на типичную картину времяпровождения современных молодых людей.
Прежде всего — это техно–музыка, децибелами которой, как правило, до основания заполнено отдельное помещение.
По периметру площадки — отделенные друг от друга уголки — четыре–шесть стульев и стол. Масса стаканов, бутылок, окурков позволяет оценить размеры их потребления.
Некоторые стоят у игральных автоматов, встроенных в стены. Другие сидят или лежат, прилепившись друг к другу, в то время как несколько пар движутся по танцплощадке, подгоняемые жестким ритмом музыки. Сигаретный дым щиплет глаза и горло, воздух — хоть топор вешай, атмосфера — смесь похоти, грязи, толкотни, безнадежности, уныния, разочарования, деградации и тупости.
Даже в полумраке видно, что у многих ребят вполне симпатичные и ясные лица, а рядом — уже деградирующие, вялые. Потрясающая картина начала и конца пути! Дискотека для одних — образ жизни в конце недели, для других — и каждую ночь.
Базилея Шлинк отмечает, что ей известны молодые люди, которые, прожигая свою молодость на дискотеках, мучаются, страстно желают чего–то лучшего: «Если бы я мог найти смысл жизни!
Если бы нашелся человек, который полюбил меня так сильно, что смог бы вывести из этого тупика! Есть ли вообще какое–то будущее для меня, для моего поколения — путь, не ведущий к погибели и хаосу? Где наши спасители? Где люди, способные полюбить нас такими, какие мы есть, — со всеми недостатками, проблемами, тоской и глубоким разочарованием в жизни?»
Кто полюбит их, разочаровавшихся и опустившихся? Кто сможет из любви побороть отвращение и помочь?
ВОПРОСЫ
1. Что такое массовая культура? Что такое китч?
2. Извлекаемые из бас–гитары низкочастотные звуковые колебания и возбуждающий ритм барабанов непосредственно воздействуют на гипофиз. Вспомните, что такое гипофиз и какой гормон он вырабатывает?
7. Вместо жизни — слабый скрип?[59]
Нашу жизнь я бы изобразил евангельской картиной неудачного лова рыбы на Генисаретском озере. Я бы подробно нарисовал ее, так как здесь каждая мелочь имеет значение.
Берег Генисаретского озера, время перед рассветом, приближается зной изнуряющего дня. Воды озера спокойны, легкие волны лениво катятся к берегу, лижут камни и так же лениво возвращаются назад — приливы и отливы…
На берегу мы видим кучку людей. У них безразличный усталый вид — это рыбаки, которые всю ночь ловили рыбу. Только что они выполняли тяжелую работу. В неуклюжих рыбацких лодках, нагруженных просмоленными сетями, выходили они на ловлю рыбы. Напрягая все мускулы, закидывали они сети и с большим трудом их вытаскивали, ожидая увидеть серебро трепещущих рыб. И что же? Сети пусты? Нет, не пусты, в них много ила, травы, ракушек, камешков со дна — вот все, что было в сетях за всю ночь лова…
А ночь, самое благоприятное время для ловли рыбы, уже на исходе. Раздражение и досада овладевают рыбаками. Но когда мы увидели их на берегу, вытаскивающими намокшие сети, то в них уже не было раздражения, остались только апатия и усталость от непосильных трудов, безразличие было написано на лицах. Лишь холод от намокшей в воде одежды заставляет их иногда напряженно вздрагивать. Всю ночь они ловили безуспешно, а ведь рыба нужна для пропитания, и надо спешить, а то наступит дневной зной и работать будет невозможно. И вот в это время к ним подходит Спаситель и говорит одному из своих учеников: «Симон, забрось сети».
«Забрось сети!» Но как забросить, когда лучшее время — ночь — уже миновало? Не поборов раздражения, Симон сказал Иисусу: «Наставниче, всю ночь трудились и ничего не поймали!»
Эта картина — наша жизнь!
Если бы у меня был художник, то я бы сказал ему: нарисуй картину так, как я рассказал — и от вашего имени бы написал: «Всю ночь трудились, ничего не поймали».
Рассмотрим картину, которая имеет символическое значение. Озеро — это мир жизни, лодки — это жизненные пути, сети — душевные способности. Ночь — наша жизнь, так как день будет позже, после сумерек — смерти. Каждый родившийся человек получает лодку и отправляется в плавание. Пускаясь в плавание, мы кажемся себе великими, думаем, что совершаем что–то важное, очень нужное, грандиозное. Это оттого, что мы так окунулись в суету, что потеряли общий масштаб, и наше барахтанье кажется нам очень важным и великим, а на самом деле мы плаваем как бы на веревочке и барахтаемся невдалеке от берега. Вся наша жизнь есть борьба. Борьба за кусок хлеба.
Начнем с юности, когда идет борьба за приобретение знаний, образования. Некоторые падают уже тут. Дальше борьба за приискание должности. Когда эта борьба увенчается успехом, должность добыта, начинается новая борьба — сохранение места. И борьба не только за это, но борьба за семью, за детей, за их воспитание, за предохранение их от развращающего влияния, борьба за мир и благоденствие в семье. Все время борьба, как и у тех рыбаков — всю ночь напролет.
Посмотрим же на улов, может быть, мы много поймали? Всю ночь нашей жизни мы трудились — так же напрягаются мускулы, утомляется и слабеет память, и с каждым годом, днем, часом, минутой мы не приобретаем, а растрачиваем наши способности, силы, здоровье — и сети наши обрываются. А душа? Приобретает ли она? Из Божьего цветка, полного аромата и чистоты, во что превращаются наши души? Особенно заметно это на юношестве. Мы видим, как юноши развращаются, грубеют, становятся наглыми, черствыми, теряют чистоту и доброту, мягкость, ласковость, стыдливость. Это уже ясно заметно у них с 15 лет, а в городах и того раньше.
Вот каков улов! Гордитесь вы? Ваши сети пусты, они заполнены только грязью, которую зацепили со дна жизни.
Еще мы можем сравнить нашу жизнь с музыкальным инструментом, который вышел из первоклассной мастерской, из рук отличного мастера. Каждая струна издавала полный, чистый, сочный звук. И вот инструмент попадает в неумелые руки — расстроена клавиатура, порваны струны; инструмент только двумя–тремя струнами издает хриплые звуки. Так и наша душа! Из рук Творца она выходит полная аромата, свежести, сочности; а потом, в жизни, теряет аромат, струны души обрываются, и мы в конце нашей жизни тихо скрипим на двух–трех струнах.