Страница 2 из 15
4. При этом первым полем для войны стал форум Города, ставший провозвестием смешанных воедино внешних и гражданских войн, в которых никогда не было недостатка. 5. Насколько бесчестно Ромул отнял у сабинян, которых заманил союзом и состязаниями, женщин, настолько же нечестиво защищал [добычу]. 6. Вождя их, Тита Тация, старика, поднявшегося [на войну] по причинам, достойным сострадания, прогоняемого долгое время [от стен города] с помощью оружия, он убил вскоре после того, как сам предложил ему совместное царствование. 20 7. С вейенами 21 была затеяна война по весьма незначительному поводу, но с [привлечением] значительных сил. "Ценинов и пашни, и город в разрухе". 22 8. Взяв однажды оружие, [римляне] не ведали более покоя, ибо дома ждали бы их позорная нужда и злосчастный голод, если бы они когда-нибудь стали наслаждаться миром.
Я весьма кратко расскажу о войнах, уже с этих пор ставших беспрестанными, бывших всегда тем более тяжелыми, чем более крупные силы [в них были втянуты]: [219] 9. Тулл Гостилий, 23 наставник военного ремесла, полагаясь на хорошо обученную молодежь, начал войну против альбанов 24 и долгое время сражался с туманной надеждой и в то же время с очевидным несчастьем; наконец, наихудшие итоги и сомнительные успехи определились краткой стычкой трех братьев близнецов. 25 10. И вновь, когда пришла усталость от мира, Метт Фуфетий 26 после того, как подтолкнул фиденянина 27 к войне и совершил [220] измену, привязанный к колесницам, несущимся в разные стороны, за двойственную душу отплатил расчлененным телом. 11. Неоднократно поднимавшиеся [на войну] латины в конце концов были покорены Анком Марцием. 28 Тарквиний Древний 29 после бесчисленных сражений привел к повиновению всех соседей и двенадцать могущественных в то время народов Тусции. 30 Вейены были побеждены начавшим [против них] войну Сервием Туллием, 31 однако укрощены не были. 12.
Царствование Тарквиния Гордого, 32 обретенное путем злодейского убийства тестя, 33 проведенное в творимой по отношению к гражданам жестокости, утраченное в результате насилия, лишившего целомудрия Лукрецию, 34 перемешало как внутренние [221] пороки, так и сияющие наружным блеском доблестные свершения, а именно: захват им в Лации 35 мощных укреплений — Ардеи, Окрикола и Свессы Помеции 36 — и, [наряду с этим], все то, что совершил он в Габиях 37 как собственным обманом, так и с помощью жестокости, учиненной сыном, и римскими силами.
13. То, насколько великие страдания претерпели римляне в течение двухсот сорока трех лет под беспрерывным владычеством царей, 38 продемонстрировало не только [222] изгнание одного царя, но и отречение от самого имени и поста царского. 14. Ведь если бы всему виной было высокомерие только одного [царя], то и следовало бы изгнать лишь его, в то время как царское звание сохранилось бы для лучших. 15. И вот, изгнав царей, римляне решили, что им лучше учредить консулов, нежели подчинять кому бы то ни было свою свободу; они избрали консулов, благодаря которым отроческий возраст 39 государства оказался наполнен еще более дерзкими свершениями.
5. 1. В 244 году от основания Города Брут, 40 первый консул у римлян, стремился не только сравняться с основателем [223] и первым царем Рима в убийстве кровников, но и превзойти его; ведь он приволок на собрание двух своих молодых сыновей и столько же братьев своей жены, юных Вителлиев, обвиненных в желании вернуть в Город царя, высек их розгами и обезглавил топором. 41 2. Сам он после этого, начав войну с вейенами и тарквинийцами, пал в стычке с Аррунтом, сыном [Тарквиния] Гордого, ставшей смертельной как для одного, так и для другого. 42 3. Порсенна, царь этрусков, самый страстный приверженец царского имени, бросившийся на помощь Тарквинию, на три года привел в ужас, запер и осадил взволнованный город; 43 и если бы не растрогали врага или Муций 44 своим неколебимым терпением, когда он жег руку, или девушка Клелия 45 своей удивительной отвагой, [224] когда она переплывала реку, римляне наверняка вынуждены были бы сносить либо завоевание, будучи покорены взявшим верх врагом, либо рабство, вновь обретя царя.
4. После этого сабиняне, собрав отовсюду войска и тщательно подготовившись к войне, устремляются к Риму. Пришедшие в ужас от этой опасности римляне избирают диктатора, 46 чья воля и власть превосходила бы [право] консула. Эта мера тогда, в той войне, оказалась весьма полезной. 47
5. Последовало удаление плебеев от патрициев, когда после проведения диктатором М. Валерием 48 воинского набора, побуждаемый различными несправедливостями народ засел, укрепившись, на Священной Горе: 49 что может быть омерзительнее того, когда [чрево], отделенное от головы, замышляет погибель того, через что оно дышит? Деяние же о римском имени стало бы внутренней [225] погибелью, если бы своевременное примирение не обнаружило себя прежде, чем дало бы о себе знать то удаление. 50
6. Помимо этих явных бедствий от войн выползает наружу и грозит печальным исходом потаенная беда: и действительно, в консульство Т. Гезония и П. Минуция 51 две, пожалуй, самые большие среди всех прочих беды, голод и чума, поражают изнуренный Город. Была небольшая передышка от сражений, но не было передышки от смертей.
7. Вейенские этруски, 52 опасные враги, присоединив к себе силы ближайших соседей, поднявшись на войну, встречаются с идущими им навстречу консулами М. Фабием и Гн. Манлием: 53 там после произнесения клятвы, по которой римляне обязывались, что возвратятся в лагерь только с победой, было настолько жестокое сражение, а у победителей и побежденных — одинаковый вид, что после того как была потеряна большая часть войска и когда пали в бою консул Манлий и консулярий Фабий, 54 консул Фабий отказался принять предложенный ему сенатом триумф, ибо после столь великих потерь республики [226] скорее уместен был скорбный плач. 8. О том, сколь великую потерю принесло своей гибелью для государства славнейшее числом и силой семейство Фабиев, по жребию принявшее на себя вейенскую войну, свидетельствуют постыдными наименованиями река, 55 которая погубила, и ворота, 56 которые выпустили. 9. Ведь когда триста шесть Фабиев, 57 истинно ярчайших светочей римского сословия, добились возможности возложить на себя ведение войны с вейенами, первыми успехами они укрепили надежду в беспечно предпринятом походе; затем, попавшие в ловушку и окруженные врагами, все они там и были убиты, при этом лишь один из них был сохранен для рассказа о бедствии, чтобы повествование о погибших оказалось для родины прискорбнее самой потери.
10. При этом такие [беды] творились не только у римлян, но каждая провинция пылала своими пожарищами, и то, что замечательный поэт написал в отношении одного города, я скажу в отношении всего мира: Всюду ужас, и скорбь, и смерть многоликая всюду. 58
6. 1. И вот, в то же самое время царь персов — я выше упоминал его, выстраивая истории: он с помощью оружия овладел Азией, Скифией и всем Востоком именно тогда, когда Тарквиний Гордый, будучи и царем, и врагом, попирал [227] Город рабством и войной — 2. Кир, 59 как я сказал, когда были покорены все, против кого он ходил, направился на ассирийцев и на Вавилон, против народа и самого в то время могущественного среди прочих города; но натиск его остановила река Гинд, 60 вторая по величине после Евфрата. 61 3. Ибо одного из царских коней, сияющего белизной и поражающего статностью, понукаемого к переходу, снося и увлекая за собой, потопили водовороты в том месте, где они, ударяясь о дно, вздымались посреди неудержимого потока. 4. Разгневанный царь решил отомстить реке, поклявшись, что за то, что она только что поглотила замечательного наездника, быть ей проходимой для женщин, едва смочивших колени. И это немедленно исполняется: с помощью всего войска он в течение года разбил реку Гинд на четыреста шестьдесят потоков, разделив ее и отведя от нее каналы. 5. После того как землекопы получили опыт в подобном деле, он отвел также Евфрат, гораздо больший по размерам, протекающий по центральной Вавилонии, 6.
и таким образом на пригодном для перехода мелководье он сделал сушу и проложил путь по открывшимся от воды участкам [реки] и захватил город; для смертных казалось почти невероятным, что Вавилон мог быть сооружен человеческим старанием, так же как и то, что его можно разрушить с помощью человеческой доблести. 7. Ибо многие ведь сообщают, что Вавилон был заложен гигантом Небротом, 62 а отстроен Нином или Семирамидой. [228]
8. На открытой равнине он виден отовсюду, богатый природой долины, имеющий по расположению городских стен форму квадрата. Прочность и величина его городских стен, согласно рассказу, почти невероятны, а именно: в ширину [они составляют] пятьдесят локтей, 63 в высоту — вчетверо больше. 9. Кроме того, в окружности [они имеют] четыреста восемьдесят стадий; 64 стена выложена из обожженного кирпича, к тому же залита асфальтом, снаружи город омывает ров, по ширине подобный реке. С передней части стен — сто медных ворот. 10. По сторонам от ворот — помещения для стражников, выстроенные в форме башенок, в центральный проем впускаются быстрые квадриги. Дома внутри стен, выходящих на четыре стороны, восхитительны угрожающей высотой. 65