Страница 69 из 126
На следуюгцш день, мы опять пришли къ о. Варсонофiю въ прiемный часъ. Опять онъ насъ пригласилъ въ свою келлiю, велелъ келейнику, о. Григорпо, приготовить намъ чай, а самъ пошелъ въ прiемную исповедывать говеющихъ. Мы сидели въ его келлш тихо, съ благоговешемъ, изредка лишь перекидываясь словами. Наконецъ, батюшка опять появился светлымъ, радостнымъ и сталъ насъ угощать. Потомъ онъ повелъ беседу насчетъ различныхъ сектъ: хлыстовъ, баптистовъ и др. Вотъ баптисты–перекрещенцы, какой ужасный грехъ совершаютъ противъ Духа Святаго, перекрещивая взрослыхъ; они смываютъ первое крещеше и уничтожаютъ благодать печати дара Духа Святаго! Побеседовавъ съ часъ времени, онъ поднялся и сказалъ: «я имею обычай благословлятъ своихъ духовныхъ детей иконами. У меня ихъ въ ящике много и самыя разнообразныя, и вотъ я съ молитвою беру первую попавшую икону и смотрю, чье тамъ изображеніе. Другой разъ оно говоритъ многое». Такъ старецъ вынулъ иконку и для меня и смотритъ, какое тамъ изображеніе. Оказывается, ему попалось изображеніе иконы «Утоли моя печали». «Какія же такія великія печали у тебя будутъ? И, держа икону, задумался. Нѣтъ, Господь не открываете». Благословилъ меня ею и опять съ лаской прижалъ мою голову. И вотъ туте, на груди у старца чувствуешь глубину умиротворенія, и добровольно отдаешься ему всѣмъ сердцемъ. Эта его любовь охватываете тебя и ограждаете и плѣняете…
Завтра, говорите, воскресенье, сегодня идите ко всенощной, а утромъ въ 6 часовъ приходите въ ските, къ обѣднѣ. Онъ проводилъ насъ до крыльца, и еще разъ благословилъ.
Придя къ себѣ, мы услышали звонъ въ монастырской трапезной къ ужину. Вотъ мы и отправились туда. Трапезная занимала очень обширное помѣщеніе, т. к. монаховъ въ монастырѣ было около 400 человѣкъ. Столы были разставлены болынимъ четыреугольникомъ; посрединѣ, на возвышеніи помѣщался аналой. На этомъ возвышеніи монахи по очереди читаютъ житія святыхъ, во время обѣда и ужина. На столѣ у каждаго стоялъ приборъ изъ деревянной тарелки, ложки и вилки. Черный хлѣбъ лежалъ у каждаго на тарелкѣ. Кромѣ того, на столѣ было поставлено много сосудовъ съ квасомъ и при нихъ лежали ковшики. По звону настоятеля, или его келейника, совершалась молитва, а по второму звонку открывались двери изъ кухни, которая находилась рядомъ; цѣлый рядъ послушниковъ разносилъ по столамъ болынія миски. Каждая миска полагалась на четырехъ монаховъ. Кто хотелъ, тотъ откладывалъ себѣ на тарелку, а то, большей частью четверо ѣли изъ одной миски.
Послѣ трапезы, мы отправились къ себѣ, чтобы посидѣть, набраться силъ для стоянія во время всенощной. Всенощная началась въ 6 1/2 часовъ вечера и кончилась въ 11 1/2 часовъ ночи. Ко всенощной должны были собраться всѣ монахи, оставляя свои работы. Въ церкви, вдоль степь, были расположены поднимающаяся сидѣнія. Почти у каждаго монаха было определенное мѣсто. Ближайшіе къ намъ монахи уступили намъ свои сидѣнія, потому что, говорили они, служба долгая, и мы очень устанемъ. Какъ ни было намъ тяжело, съ непривычки, но мы всетаки достояли и досидѣли до конца. Утромъ поднялись въ началѣ шестого часа и пошли къ обѣднѣ въ скитъ. Служилъ какъ разъ самъ старецъ Варсонофій. Служилъ онъ спокойно, ровнымъ, тихимъ голосомъ. Сама обстановка, нѣкоторый мракъ, темныя позлащеныя иконы, способствовали возникновенію молитвы. Послѣ обѣдни, давая цѣловать намъ кресте, онъ пригласилъ насъ тотчасъ же зайти къ нему, испить чашку чаю. Тугь онъ насъ опять угощалъ, какъ радушный гостепршмный хозяинъ. Разспрашивалъ насъ о нашей городской жизни и съ кѣмъ мы ведемъ знакомство. Опять, съ великой лаской и добротой отпустилъ насъ, пригласивъ къ обеду въ скитскую трапезную къ 11 1/2 часамъ, чѣмъ мы и воспользовались.
Порядокъ въ скитской трапезной былъ такой же, какъ и въ монастыре. Только постническш уставъ былъ здесь строже. Молочное въ скиту разрешалось только на масляную и светлую неделю, а въ остальное время все было на постномъ масле; въ среду и пятницу была пища вовсе безъ масла. О. Варсонофш присутствовалъ за трапезой, и посадилъ насъ троихъ возле себя и ели мы съ нимъ изъ одной миски. У насъ здесь пища здоровая, говорилъ онъ, потому что все делается съ благословешя и съ молитвой. Каждое утро, въ пять часовъ, приходить поваръ и просить благословешя растопить печь. Получивъ это благословеше, онъ идетъ съ фонарикомъ въ храмъ Божш, молится, и беретъ огонь отъ неугасимой лампады передъ чудотворной иконой Божiей Матери, и затемъ растапливаетъ этимъ огнемъ печь.
После обеда, старецъ пошелъ къ себе отдохнуть, и намъ велелъ идти отдыхать, а на следующей день благословилъ съездить въ Шамординскш монастырь. Вернувшись изъ Шамордина, мы приступили къ говешю. По монастырскому уставу, мiряне должны были за два дня до св. Причасття есть пищу безъ масла. Тамъ всегда спещально для говеющихъ готовили особый столъ. Во время говешя нужно ходить ко всемъ монастырскимъ службамъ. А службы тамъ въ будни распределялись такимъ образомъ. Отъ 3 1/2 до 5 1/2 шла вечерня и читались каноны. Затемъ въ 7 часовъ ужинъ, а въ 8 1/2 ч. вечершя молитвы въ особомъ храме. Потомъ идутъ и отдыхаютъ до 12 1/2 ч. ночи. Въ половине перваго раздается звонъ къ утрени. Последняя продолжается до 4–хъ часовъ утра. Отъ 4–хъ до 5–ти ч. читались каноны и молитвы передъ причаспемъ. Мы такъ утомились за ночь, что прямо засыпали. После ранней обедни, которая окончилась въ 7 часовъ, мы пошли къ о. Варсонофпо. Онъ положилъ руку на голову и усталость вся исчезла, и появилась бодрость. Исповедалъ онъ насъ днемъ. Сначала передъ исповедью, онъ обыкновенно велъ обгщя беседы. При помощи различныхъ случаевъ въ жизни, онъ указывалъ на забытые или сомнительные грехи присутствую щихъ.
Со мной былъ одинъ случай. Наша семья имела свой абонементъ въ Петербурге на оперные спектакли въ Маршнскомъ театре. И вотъ, это было за годъ до моего прiезда въ Оптину, на нашъ абонементъ давали «Фауста» съ Шаляпинымъ, какъ разъ накануне 6–го декабря, дня Святителя Николая Чудотворца. Мне чрезвычайно захотелось прослушать эту оперу съ Шаляпинымъ. Ну, думаю, ко всенощной мне не придется итти, такъ я встану пораньше на следую гцш день и схожу къ утрени. И вошелъ я въ такой компромиссъ самъ съ собой. Побывалъ въ опере, а утромъ, съ опоздашемъ, отслушалъ утреню, а затемъ ранюю обедню, и думалъ: «ну, почтилъ я сегодня память угодника Божтя, Святителя Николая». Хотя что то въ душе кольнуло, но это забылось. И вотъ батюшка передъ исповедью и говоритъ, что бываютъ случаи, когда и не подозреваешь своихъ прегрешешй. Какъ напримеръ, вместо того, чтобы почтить память такого великаго угодника Божтя, какъ Николая Чудотворца, 6 декабря, и сходить ко всенощной, а тутъ идутъ въ театръ для самоуслаждешя. Угодникъ же Божш на задшй планъ отодвигается, вотъ и грехъ совершенъ.
Затемъ другой случай былъ въ Голутвиномъ уже монастыре. Тамъ женщины и мужчины говели вместе, и батюшка беседовалъ въ одной прiемной: говело, должно быть, человекъ 15 мужчинъ и женщинъ. И вотъ батюшка говоритъ: полюбила одна барышня молодого человека, а онъ не отвечалъ ей своей взаимностью, и ухаживалъ за другой. Тогда въ барышне возникло чувство ревности, и она захотела отомстить молодому человеку. Она воспользовалась темъ обстоятельствомъ, что онъ ходилъ постоянно кататься на конькахъ, на тотъ же катокъ, куда ходила и она. У нея пронеслась мысль: «искалечу его, пускай онъ не достанется и моей сопернице». И вотъ, когда онъ раскатился, она ловко подставляетъ ему подножку, тотъ упалъ назадъ и сломалъ себе руку. Но это еще слава Богу, могъ бы получить сотрясете мозга и умереть. И было бы смертное убшство. И таие случаи часто забываются на исповеди. Во время этого разсказа, я почувствовалъ, что въ мои плечи впились чьи то пальцы. Я оглянулся и увиделъ, что ухватилась за меня одна девушка 18 летъ, моя родственница, побледневшая, какъ полотно. Я подумалъ, что ей просто дурно сделалось отъ духоты, и поддержалъ ее. А она потомъ мне говоритъ: да ведь это батюшка меня описалъ! Это была моя тайна, откуда онъ могъ узнать?!…
Таия беседы батюшка велъ всегда передъ исповедью, открывая души присутствующихъ; при этомъ онъ и не смотрелъ ни на кого, чтобы не смущать, и явно не указывать. После беседы старецъ производилъ общую исповедь. Давалъ одному изъ говеющихъ требникъ, где былъ описанъ порядокъ исповеди и исповедальная молитва, где перечисляются обиде каждому человеку грехи. При этомъ батюшка требовалъ и придавалъ большое значеше тому, чтобы говеюгцш прослушивалъ въ церкви молитву передъ исповедью. Онъ отказывался исповедывать, если эта молитва не была выслушана. Но иногда онъ снисходилъ къ человеку и самъ ее читалъ передъ исповедью, что делалъ и для меня грешнаго.