Страница 9 из 37
§24. Книга Есфирь называется так потому, что содержит повествование об Есфири, о том, как чрез Есфирь Бог спас иудеев от угрожавшей им погибели и погубил врага их Амана. Царь Артаксерокс, отвергнув жену свою, искал в царстве своем благообразнейшую из женщин, чтобы взять ее женою, и таковую нашел в Есфири иудеянке, имевшей родственника Мардохея, одного из плененных при Седекии, навлекшего на себя в то время гнев упомянутого Амана, царедворца. Узнав, что Мардохей был иудей, Аман, с согласия царя Артаксерокса, предписал, чтобы все, находившиеся в царстве Иудеи, в 14-й день 12-го месяца, были избиты. Узнав о сем, Есфирь ходатайствует пред царем за обвиненных и устроением Божиим успевает в этом настолько, что вместо иудеев были избиты враги их вместе в Аманом. "В память о сем событии в 14-й и 15-й день двенадцатого месяца, который назывался Адар, был установлен праздник, называемый фурим, который иудеи проводили с особенным торжеством, воспоминая о своем спасении" (Синопсисы Златоуста и Афанасия). О написании повествования книги Есфирь свидетельствует самая книга словами: написа же Мардохей словеса сия в книгу и посла иудеям, близ и далече сущим (Есф.9,20).
Таким образом, по порядку нашей славянской Библии мы рассмотрели 20 книг Ветхого Завета, называемых историческими, потому что в них, по выражению Пространного Катехизиса, изображается история благочестия в ветхозаветное время.
§25. Следующая затем в порядке греческой и славянской Библии седьмерица книг: книга Иова, Псалтирь, притчи Соломона, Екклезиаст, песнь Песней, премудрость Соломона и Премудрость Иисуса сына Сирахова, по своему содержанию именуется учительными книгами (Православный Катихизис) или премудростными, понеже в них разуму и истинной премудрости научаемся (Предисл. к первопечатной слав. Библии); а по форме своего изложения стихотворными, писанными стихотворным порядком (Григорий Богослов, Кирилл Иерусалимский, Епифаний, Иоанн Дамаскин и друг.). Что касается учения, изложенного в сих книгах, то оно будет видно в обозрении содержания каждой книги; о форме же их внешнего стихотворного изложения надлежит сказать предварительно.
Вся Библия разделена на так называемые стихи и каждое приводимое из Св. Писания изречение у нас называется стихом из Библии; но этим не показывается, что все Св. Писание написано стихотворной речью. Деление св. текста а стихи сделано для удобства указания и приискивания отдельных изречений в св. книгах, по подобию лишь того, как это делается в особенно поэтических книгах, где подобным образом сосчитываются и нумеруются все поэтические строки. Отличие же собственно стихотворной речи свящ. книг от прозаической, по словам Афанасия Великого, есть то, что она изложена в расширении, то есть расширенными или повторяющимися, иначе сугубыми предложениями, между тем как прозаическая речь свящ. книг изложена в сокращении, то есть сжатыми единичными предложениями. Это расширение или сугубое выражение мысли ныне называется параллелизмом членов, по правилу коего, для возвышения мысли, ее выражают двумя и даже тремя подобными предложениями, а с тем вместе и чувство читателя или слушателя возводят к должному возбуждению двумя или тремя ступенями.
Например:
Благословлю Господа на всякое время,
Выну хвала Его во устех моих (Пс.33:2).
Или:
Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей,
И по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое (Пс.50:1)
Или:
Блажен муж, иже не идее на совет нечестивых,
И на пути грешных не ста,
И на седалищи губителей не седе (Пс.1:1).
Иногда подобным образом повторяются прямоподобные предложения, иногда противуподобные; бывают в стихах и другие, свойственные мысли, отношения. Для вразумления же христианских читателей о красоте и сладкозвучии свящ. библ. стиха, древние христианские учители приспособительно показывали, что, в своем закономерном изложении, библейский стих объемлет все, что только есть наиболее совершенного в формах человеческой поэзии, в частности в построении стиха греческого и латинского. "Есть в Св. Писании, - говорит Евсевий, - стихотворные сочинения, как например песнь Моисея (Втор.32) или псалом Давида 118-й, которые оба изложены тем видом стихосложения, который греки называли героическим; говорят (Иосиф Флавий, Филон), что это есть гекзаметр, сложенный из 16 слогов. Остальные виды стиха состояли из стихов в три метра и из стихов в четыре метра, сообразно особенностям еврейского языка. Это мы говорим лишь об изложении; что касается учения св. книг, изложенных таким способом, то его нельзя ставить рядом с учением мудрости человеческой" (Евсевий. Приготовление к Евангелию. XI,5). "Что сладкозвучнее псалтири! Что величественнее Соломона! Что совершеннее Иова! Как пишут Иосиф и Ориген, книги сии изложены гекзаметром и пентаметром" (Иероним. Изложение хроники Евсевия. Предисловие). Кроме собственно учительных свящ.
книг, указанная особенность песенного изложения встречается и в других отделах исторических и пророческих книг. "И законоположник Моисей иногда пророчествует, а иногда песнословит, и Исаия воспевает, и пророк Аввакум молится с песнею", говорит св. Афанасий (Посл. к Маркел. О Псалмах).
"Некоторые из простых сущих готовы думать, что священные песни имеют целью только услаждение внешнего слуха. Но сие несправедливо. Не о приятности и сладкоречии заботится писание. Пение песней установлено для пользы душевной, и по следующим двум причинам. Во-первых, прилично было, чтобы Св. Писание хвалило Бога не только в сокращении речи (т.е. сжатою прозаической речью), но и в расширении ея (т.е. распространенною параллелизмом, поэтической речью). Так, сжатою (прозаическою) речью изложено принадлежащее к закону и пророкам и все историческое со включением Нового Завета. Распространенною же речью изложено заключающееся в псалмах и песнопениях. А сим и соблюдается заповедь: возлюбиши Бога всею крепостию и силою. Во-вторых, поелику в душе бывают различные движения ума, воли и сердца, то Писание требует, чтобы эти способности не были в разногласии и раздоре, но чтобы человек всецело, во всех движениях, служил воле Божией. Подобием же и образом безмятежного и не волненнаго состояния помыслов служит псалмов песенное чтение. Так как свои душевные помышления мы выражаем в произношении слов, то и Господь установил стихословно петь песни и псалмы произносить на распеве, чтобы сладкозвучие слов служило символом душевной стройности. Настроившись по мелодии слов, душа забывает о страстях и радостно взирая на ум Христов, помышляет все лучшее" (Афанасий, посл. к Маркел.
об истолковании псалмов). "Ведал Дух Святый, что трудно вести род человеческий к добродетели, и потому к учениям присоединил приятность мерной речи, чтобы, вместе с усладительными и приятными для слуха, мы принимали неприметным образом и то, что указано полезного в содержании. Подобным образом мудрые врачи, давая пить горькое врачество, медом помазывают чашу. На сей-то конец и существуют мерные песнопения, чтобы и дети возрастом, воспевая их, обучали души свои. И так и бывает. Едва ли кто-либо из людей нерадивых выйдет из храма, вполне удержав в памяти прочитанное учение апостольское или пророческое; а стихи из псалмов и в домах поют и на торжищах возглашают" (Василий Великий. Беседы на псалмы. Предисловие).
§26. "Книга Иова называется так потому, что заключает в себе повествование о том, как Иов страдал, быв искушаем от Диавола, как претерпев благочестно нанесенные ему удары, победил его, все потерянное обратно получил сугубо и явился именитее, чем был прежде. Страданиями он подвергся 70 лет от роду, а после них прожил 170 лет, так что всех лет его было 240. По случаю бедствий, постигших Иова, пришли к нему с утешением друзья его, но говорили ему слова столь оскорбительные и безжалостные, что оне вменились им в грех; но Иов молился о них, и им прощено было. Всех бесед Иова с друзьями изложено в книге восемь: три с Елифазом, две с Сафаром, три с Валдадом; но еще есть беседа с Елиусом, сыном Варахиила, Вузитянином. Наконец, Господь является Иову в буре и облаке, и Иов двумя речами отвечает Господу". "Цель всей этой книги расположить к терпению тех, которые впадают во искушения, хотя бы они были самыми благочестивыми. Вместе с сим, в книге показывается, что Бог не есть искуситель злым, что не искушает Бог никогоже, но что искушения на людей приходят от злых духов, по попущению Божию" (Синопсисис Иоанна Златоуста и Афанасия). Следуя Апостолу Иакову, ублажившему терпение Иовле (Иак.5,11), многие отцы Церкви поставляют на вид верующим терпение Иова для подражания. "Иди со мною, говорит св. Иоанн Златоуст, посмотрим список страданий Иова; сравним различные состояния его.