Страница 34 из 37
§63. Апокалипсис (Откровение) святого Иоанна Богослова. "О Богодухновенной сей книге свидетельствуют достоверное св. Григорий Богослов и Кирилл и древнейшие: Папий, Ириней, Мефодий, Ипполит и другие. Первая сей книге похвала буди, яко Апостолом, Христовым наперсником, возлюбленным учеником и другом Христовым, Иоанном Богословом, есть видена прежде, видена же от уединенного и девять дней постящася и молящася, якоже ученик его Прохор свидетельствует, того самовидец и преписатель, - и написанная Ангелу повествующу и сказующу тайны виденные" (св. отца нашего Андрея Толков. на Апокал. Предисл. издат.). "Петр есть только Апостол, а Иоанн есть и Апостол, и Евангелист, и пророк: он Апостол, ибо писал к церквам как учитель; он Евангелист, ибо написал Евангелие, чего, исключая Матвея, другие из двенадцати не сделали; он пророк, ибо на острове Патмосе, на который был сослан императором Домицианом за свидетельство Господне, видел Апокалипсис, содержащий бесконечные тайны будущего" (Евсевий. Церк. Истор. Кн.3. Гл.18. Иероним. Против Иовиниана. Кн.1). Таким образом, подобно Ветхому Завету и Новый Завет имеет в Апокалипсисе свою пророческую книгу. Подобает, однако же, выдать, что по поводу сей книги были некоторые пререкания между древними писателями.
Вот что говорит об Откровении Иоанна писатель половины 3-го века, Дионисий Александрийский: "Некоторые из наших предшественников совершенно отвергали эту книгу. Говорили, что к надпись ее лживая, что книга написана не Иоанном и не есть откровение, что писатель ее не принадлежал к числу Апостолов и членов Церкви и проч. Я же, напротив, не дерзаю отвергать сию книгу, потому что многие братия смотрят на нее с уважением. Мое мнение о ней скорее то, что она выше собственного моего ума; мне кажется, что каждый ее предмет заключает в себе какой либо сокровенный и весьма дивный смысл. Если я и не разумею ее, то, по крайней мере, думаю, что в ее словах скрывается глубокое значение. Не меряю их и не исследую собственным рассуждением, но, уступая более вере, считаю их слишком высокими для моего постижения. Я не отрицаю того, во что не проникаю; напротив, непроницаемому тем более удивляюсь". "Принадлежит это писание Иоанну, я не спорю; согласен я и в том, что оно есть произведение некоего святого и Богодухновенного мужа; но не легко допустить, что этот муж именно Апостол, сын Зеведея, брат Иакова, тот самый, которому принадлежит Евангелие... В Деяниях Апостольских есть и другой Иоанн, нарицаемый Марк, которого Варнава и Павел взяли с собою (Деян.13:5), но этот ли Иоанн написал Откровение, утверждать не могу"... (Евсевий. Церк. Истор. Кн.7.
Гл.25.) При этом Дюнисий указывает некоторые особенности Апокалипсиса, не замечаемые в других писаниях Иоанна Богослова, например то, что писатель Апокалипсиса выставляет нередко свое имя Иоанна, между тем как этого нет в других писаниях Иоанна Богослова. Но сия разность легко объясняется свойством пророческой речи Апокалипсиса; и древние пророки, например Иеремия и Даниил, часто повторяют свои имена в пророческих книгах, и дают своим речам особый способ изложения. Все же вообще возражения против книги Апокалипсиса, происходившие частью от злонамеренности толкователей, частью от неясности ее пророческих видений, отстраняются ясным свидетельством о написания Апокалипсиса Иоанном Богословом св. Иринея, который, без сомнения, узнал об этом от своего учителя, св. Поликарпа, ученика Иоаннова, свидетельством Иустина мученика, Мелитона Сардийского, Климента Александрийского, св. Ипполита, Оригена, Тертуллиана, Афанасия, Василия Великого и многих других.
Дано и написано сие Откровение Иоанном Богословом, когда находился он в заточении на острове Патмосе, во время гонения Домициана (Евсевий. Церк. Истор. Кн.3, §18). И ныне еще на этом острове указывают пещеру, в уединении которой Апостол видел и написал свое Откровение; на этом месте ныне находится греческий монастырь Откровения, семь Малоазийских церквей, к которым оно написано, представляют собою все христианские Церкви всех мест и времен. Предмет Откровения есть брань змия, Едемского искусителя с Агнцем, в вечную жертву предопределенным Искупителем, и совершенная Его победа над змием, и изображение будущей судьбы христианства и мира настолько, насколько это нужно было для утешения верующих и рассеяния их недоумений во времена продолжительных гонений. Таким образом, в Апокалипсисе находится разрешение всего Св. Писания. В его расположении, необычайно правильном, представляются семь посланий к Церквам, семь печатей, семь труб, семь фиалов ярости, за которыми следует суд над змием и его орудиями, брак Агнца и обновление мира". "Но понеже сия апокалипсии книга сокровенными тайнами яве обтяжается и темности и неудобства разумения различная имать, полезно сии вси труждаются, иже, следами древних Богословов шествующе, толкования ея мужественно настоят, и толиким оным тайнам и темностям свет некий привести тщатся.
В них же убо, всех множайших сущих, или первое или первому ближайшее место наследит св. Андрей, Кесарии Кападдокийския архиепископ (преставился около 565 года). Ибо аще и пред ним Иустин мученик, и Ириней, Лионский епископ, и инии нецыи Апокалипсис истолковаша, ни един же сего св. отца или пространнее или премудрее или явственнее не сотвори". Так говорится в предисловии издателей Славянского перевода толкования иже во святых отца нашего Андрея, архиепископа Кесарии Кападдокийския, на Апокалипсис св. Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова (от Эллинского на Словенский диалект переведено в 1768). Замечаниями из того же толкования на Апокалипсис св. Андрея Кесарийского сопровождаются и древние рукописные Славянские списки книги Апокалипсис (См. описание Слав. рукоп. Моск. Синод. Библ. 157).
§64. Вот и все книги Нового Завета! Как видит читатель, они немногочисленны количеством и большей частью кратки по объему, даже по сравнение их с книгами Ветхого Завета. Первоначально все книги Нового Завета были написаны на том же греческом языке, на который был сделан перевод ветхозаветных книг семидесятые толковниками, за исключением Евангелия от Матвея и, может быть, послания к Евреям, написанных на еврейском языке. Но и сии последние книги трудами самих же Апостолов были переведены на тот же греческий язык. По самому способу изложения новозаветные книги, как написанные для вразумления всех людей и народов, всяких степеней развития и образования, не только эллинов, но и скифов, отличаются простотою и безыскусственностью. "Дивные и поистине Богоугодные мужи, Апостолы Христовы, украшаясь всякою добродетелью души, языком говорили простым. Опираясь на дарованную им Спасителем чудную и Божественную силу, они не имели нужды учение своего Учителя облекать изысканными и искусственными выражениями. Руководясь единственно внушением содействующего им Духа Божия и дивною, совершавшеюся чрез них, силою Христовою, они возвещали всей земле познание о Небесном Царствии, об изысканном же словесном изложении заботы у них не было.
Апостол Павел был, конечно, весьма силен в слове, но и он пишет только краткие послания, хотя он мог говорить о бесчисленных и таинственных предметах, потому что, вознесшись созерцаниями до третьего неба и быв восхищен в рай, слышал там неизреченные глаголы. Не неведомы были сии глаголы и прочим последователям Спасителя нашего- двенадцати Апостолам, семидесяти ученикам и бесчисленным другим. Однако из двенадцати учеников Господних письменные памятники оставили нам только Матвей и Иоанн" (Евсевий. Церк. Истор. Кн.3. Гл.24). Таким образом "Св. Писание не безпредельныя, но паче определенныя имать книги". Давая все, что необходимо знать верующему христианину, оно не обременяет его; никто не может сказать, что слово Божие подавляет его большими и многочисленными книгами. Весьма нетрудно и наизусть усвоить все книги Нового Завета внимательным их слушанием и чтением. Особенно же слова Господа Иисуса Христа, изложенные в Евангелии, должны быть начертаны, по выражению И.Златоуста, в уме и сердце каждого и ведомы всем во всей их точности.
Но будучи простыми по своему изложению, книги Св. Писания для нас, отделенных многими веками от времени их написания, конечно, могут в иных местах казаться не вполне ясными. В таких случаях надлежит искать объяснения их в истолковательных творениях св. отцов, испытывая Писания, по наставлению Иисуса Христа (Ин.5:39), но, с другой стороны, не мудрствуя паче, еже подобает мудрствовати (Рим.12:3).
§65. Наконец, тебе подобает знать, православный читатель, и о том тексте слова Божия, которым ты пользуешься. Не на нашем языке изглаголано впервые слово Божие, но перешло к нам, как и ко всем нынешним народам путем преложешя.