Страница 1 из 4
О царской семье, ее канонизации; о монархии вообще
Информация о первоисточнике
При использовании материалов библиотеки ссылка на источник обязательна.
При публикации материалов в сети интернет обязательна гиперссылка:
Интернет-издание Электронная библиотека "Митрополит Сурожский Антоний"
(mitras.ru/).
Преобразование в форматы epub, mobi, fb2
"Православие и мир. Электронная библиотека" (lib.pravmir.ru).
Московская Духовная Академия, февраль 1982 г.
Митрополит Сурожский
Антоний
О ЦАРСКОЙ СЕМЬЕ, ЕЕ КАНОНИЗАЦИИ;
О МОНАРХИИ ВООБЩЕ
Что вы думаете о
канонизации мучеников Русской Церкви, которая
была совершена Карловацким собором в Нью-Йорке?
Я думаю, во-первых, что
канонизация святых – дело всей Церкви, а не
какой-то одной группы, находящейся за границей.
Второе: я думаю, что канонизация происходила
преждевременно, т.е. что не дали достаточно
времени политическим страстям улечься, чтобы
решение было принято не на основании каких-то
политических переживаний, а на основании
вдумчивого отношения к каждой личности, о
которой шла речь. Есть, однако, одно заявление,
которое мне кажется интересным, епископа Антония
Женевского, который написал
послание своей пастве в Западной Европе, где он
говорит, что считает, что канонизация должна быть
делом всей Русской Церкви, и что поэтому
совершенную в Нью-Йорке канонизацию надо
рассматривать как благословение на местное
почитание, какое бывало в течение всех веков, тех
или других лиц; и что когда пройдет время и вся
русская православная действительность сможет
произнести свой суд и свое решение – только
тогда можно будет говорить о канонизации,
которая имела бы полное значение для всей
русской православной действительности.
* * *
Би-би-си, 16 мая 1990
(Дикторский
текст) Сегодняшний день особенно для нас
знаменателен ввиду того, что впервые в пределах
Русской Патриаршей Православной Церкви
воздвигнут храм не только в честь святителя
Николая, но и в память государя императора
Николая Александровича, государыни императрицы
Александры Федоровны, цесаревича великого князя
Алексея Николаевича, великих княжон Ольги,
Татьяны, Марии, Анастасии и с ними всех мучеников
и мучениц рода царского. Тысячи людей в России, слушая нашу
сегодняшнюю службу, возрадуются о том, что в
свободном мире могут дети Русской Церкви
молиться тем, кого миллионы людей поминают как
мучеников, к заступничеству которых они
обращаются и прославления которых они ждут.
Не
является ли эта служба своеобразной
канонизацией замученной царской семьи? Или
местным их прославлением?
В Православной Церкви
издревле признавалось местное почитание святых.
В каждой стране есть святые, которые неизвестны в
других странах; каждая страна или область, где
верующие признают святость тех или других
подвижников, особенно мучеников, имела право их
почитать как святых. Зарубежная Церковь, вместе с
целым сонмом мучеников российских и таких
подвижников веры как патриарх Тихон, святитель
Феофан Затворник, святитель Игнатий Брянчанинов
и другие, формально канонизовала царскую семью. И
мы, находясь на Западе, эту канонизацию признали
как осмысленную, законную (но не обязательную для
каждого верующего). Она должна быть
провозглашена в свое время в
России. Но для этого нужно, во-первых, чтобы
времена переменились. Сейчас еще слишком много
незнания о царской семье, слишком много
приобретенных навыков мысли и сердца; для многих
эта канонизация была бы непонятна, многие просто
не знают о царской семье ничего. На Западе собран
большой материал о жизни, о личности и о смерти
членов царской семьи, который в свое время будет
передан в Патриархию, и я уверен, что царская
семья будет признана как семья царственных
мучеников Российских.
Наши слушатели услышат
этот молебен. Не может ли у них возникнуть мысль,
что в Англии была проведена канонизация
царственных мучеников?
Я не думаю. Ведь ни в какой
момент не был зачитан акт о канонизации, ни в
какой момент не было действия, которое усопших,
верующих христиан, воздвигло на престол уже
святых. Конечно, канонизация – не только
административное дело, это не зачитывание
какого-то документа, но это действие, которое
должно быть совершено. Мы его не совершали, мы
считали, что оно совершено, что сознанием
церковным у нас на Западе оно принято, и на этом
основании мы действовали.
Как Вы думаете,
собирается ли Московская Патриархия провести
канонизацию царских мучеников? Готовятся ли к
этому? Думают ли об этом?
Я думаю, что в России
тысячи и тысячи людей этого ждут. Я думаю, что
сейчaс еще время для этого не
пришло. Во-первых, для того чтобы была совершена
чья бы то ни было канонизация, требуется
собирание всех возможных материалов за и против,
взвешивание всех оснований за и против, и решение
Церкви. Причем Церкви – не просто Патриарха и
Синода. Патриарх и Синод должны рассмотреть это
дело и принять какое-то предварительное решение,
но решение принимается Поместным собором
Русской Церкви, где представлены под
председательством Патриарха все епископы,
представители духовенства из каждой епархии и
представители из мирян. Я думаю, что рано или
поздно это случится, но это должно быть совершено
только тогда, когда это может быть воспринято как
чисто религиозное действие, без всякого оттенка
политичности.
* * *
31 июля 1990
О монархии
Монархия несомненно не
является единственной формой государственного
строя, которая приемлема для христианина или для
верующего вообще. В свое время, в
древности монархия была силой, объединяющей весь
народ вокруг одной личности, стоявшей за одну
идею: идею православной Руси, и за единство
русского народа, объединенного одной культурой.
В этом отношении монархия была знаменем
единства. Впоследствии, когда и культура, и
Церковь, и государственный строй начали
расходиться, когда появились новые и
политические и общественные течения, вопрос
монархии стал по-иному. Та абсолютная монархия,
которая представляла собой единство народа с
Церковью, единство русской культуры, единство
государства, уже устарела в абсолютном ее смысле;
и конечно, поднятый при
Александре II вопрос о
конституционной монархии был выходом. Этот выход
соединил бы, с одной стороны, обновление всего
русского общества и всех сословных отношений, и с
другой стороны сохранил бы идею единства народа,
объединенного именем одного человека, который
заботится о своем народе, любит этот народ,
который свою жизнь для него готов отдать. Меня
очень поразило одно изречение Николая I, которого считают солдафоном и
нечутким человеком; он сказал о монархии, что роль
монарха – так устраивать жизнь своего народа,
чтобы весь народ был обеспечен, благоустроен и
мог заниматься духовной жизнью… Вот это был
бы идеал монархии.
На деле в наше время стали
очень многие проблемы, которые такой монархией –
абсолютной или даже “слегка” конституционной –
не решаются. Вот мое отношение. В глубине души, да,
я монархист, в том смысле, что я верю в единство
личности, представляющей целый народ, но не
властвующей, а отдающей свою жизнь за него. И в
этом отношении император Николай II это выполнил. Он был слабый
правитель, он сделал много ошибок, многое можно
критиковать в его деятельности, но одно можно
сказать о нем: он считал себя всецело
представителем перед Богом своего народа, и
считал, что его роль заключается в том, чтобы
этому народу служить. И когда этот народ в лице
какой-то небольшой кучки революционеров от него
отказался, он счел, что его роль – остаться со
своим народом, страдать с ним и умирать за него.
Святой Иоанн Златоуст сказал в одном из своих
сочинений, что всякий человек может править,
управлять, но только царь может умереть за свой
народ. И вот это выполнил Николай II. В этом его величие, которое как бы
снимает те недостатки, те слабости, то, в чем его
можно упрекать с точки зрения политической или
общественной. Он свою душу, т.е. свою жизнь
положил за тех людей, которых он считал
вверенными ему Богом (неверующий мог бы сказать: судьбой).
Его канонизация – дело
спорное в том отношении, что в ней, как мне
кажется, сыграла роль не только религия, не
только видение величия царской семьи перед
смертью, но и политический момент. И поэтому его
канонизация может восприниматься или не