Страница 23 из 24
себя на все доброе и будете причислены к лику мучеников бескровных. (П.1)
Сидите ли, стоите, лежите, смотрите, отвечаете, говорите, относитесь к
ближнему, думаете и прочее, попробуйте все это делать по заповеди Божией,
как бы пред Самим Богом, ибо воистину везде Господь. (П.157)
Старайся быть незаметной везде, сокрушайся в своих недостатках явных и
тайных. Сокрушение сердца восполняет недостаток делания заповедей, да они
и исполненные не угодны Богу, если нет сокрушения. (П.95)
Не теряйте случая, когда можно приобрести хорошие книги. (П.163)
Сколько бы вы ни падали – не отчаивайтесь и не теряйте совсем веры. Сохраните
хоть “одну точку”, которая видит и сознает, и сокрушается иногда о Вашем
состоянии – и вы не утоните в море житейском. Господь не допустит до этого,
а в критическую минуту подаст вам руку, как утопающему ап. Петру. (П.165)
Жизнью, опытом изучайте Евангелие. Жизнь во Христе даст вам такую полноту,
такое разумение всего, радость духовную, твердость, – что жизнь мирских
людей покажется (как она и есть на деле) ничтожной, неинтересной, бедной,
жалкой, суетной, преисполненной мелких дрязг, неприятностей, а часто и
великих скорбей. (П.169)
... в больницах не осуждают друг друга за ту или иную болезнь. А мы все
больны душевными болезнями – грехами. (П.175)
Делайте со своей стороны что можете, а Господь сделает все, что нужно для
Вашего спасения. (П.177)
Келейно можно и до Троицы делать поклоны. (П.178)
Уже внешний вид человека духовного и раба дьявола говорят ясно, к чему
ведет тот и другой путь. По плодам их узнаете их, – говорит Господь. (П.194)
О вечных мучениях.
Говорю же, что мучимые в геене поражаются бичом любви ! И вот,
по моему рассуждению, геенское мучение есть раскаяние. (Преп.Исаак Сирин
Слово 18)
игумен Никон :
Горе тем, кто оскорбит любовь матери! Бесконечное горе оскорбляющим любовь
Божию. Лучше бы им не родиться! Вечное пламя в груди будет жечь и не сжигать
их. (П.232)
Если мы на эту любовь Божию к нам ответим равнодушием, неверием, нежеланием
бороться с грехами, сознательным нарушением заповедей Божиих, самооправданием
вместо слезного покаяния, то что ожидает нас? – Ожидает нас тогда отвержение
от лица Божия. Какою мерою меришь, такою и возмерится тебе, – говорит
Господь. Если мы отвергаем делами любовь Божию к нам, то и Господь отвергнет
нас. Не знаю вас, отыдите от Меня во огнь вечный. Вот суд Божий,
уже здесь произнесенный на упорных грешников, презирающих слово Божие,
искажающих Евангелие для оправдания своей греховности. Горе им! (П.200)
Сердце материнское! Горе тем, кто оскорбит его! Много слез надо будет пролить,
чтобы освободить таким людям свое сердце от боли, от угрызения совести
(“червь неусыпающий”). Все начинается здесь для человека: рай и ад.
(П.212)
Душа наша, образ Божий, живущий в нас, желает быть причастником страданий
Христовых, только наше малодушие и немощь боятся их, хотя силы, может быть,
и хватило бы на терпение. И вот Господь из любви к нам посылает по силе
каждого невольные скорби и болезни, но дает и терпение их, чтобы сделать
и нас участниками Своих страданий. Кто здесь не страдал Христа ради, того
будет угрызать совесть в будущем веке, – ведь можно было показать свою
любовь ко Христу терпением скорбей, и не сделал этого, стараясь уклониться
и избежать всяких скорбей. Совесть будет угрызать нас, что не ответили
взаимностью на любовь Божию. (П.266)
Скорбь, теснота, вечное угрызение совести, червь неусыпающий и огнь в сердце
неугасимый тем, кто презрит эту любовь Божию, не даст полной цены жертве
Божией за нас. “Да молчит всяка плоть человеча, да стоит со страхом и трепетом”
пред Крестом Христовым, пред любовию Божиею, призывающей каждого грешника
ко спасению через веру и покаяние. Пришел Господь Иисус Христос не судить
мир, погибающий в грехах, но спасти его. (П.285)
О себе...
... посвятить себя Богу, и жить добродетельно, есть одно из великих
дарований Христовых. (Преп.Исаак Сирин. Слово 21)
схиигумен Иоанн :
Человек я от природы застенчивый и недалекого ума, это я вполне сознаю,
и память плохая. В школах я не учился... (предисловие)
...и мысли никогда не было, чтобы вернуться в мир. (предисловие)
Благодарю Господа, что Он по Своей милости сподобил меня, грешного, провести
всю мою жизнь в монастыре. (предисловие)
Иногда смущает меня мысль, зачем переписку веду, безграмотный, с образованными.
(П.8)
...как же я могу учить других, когда сам иду ощупью и спотыкаюсь;
а если ведет слепец слепца, оба упадут в яму. А я, безграмотный, как могу
руководить других в таком великом деле, которое дороже всего мира; у меня
своих опытов духовных нет, а если кому отвечаю – не свое, а заимствовано
от святых отцов, и сам краснею: других учу, а сам как живу. (П.15)
К стыду моему, живу я в монастыре уже сорок восемь лет и до того расстроился,
что просто не знаю, с чего и начинать, как спасти свою душу; однако ты
не подумай, что говорю так по смирению. Нет, нет, я такой есть воистину.
Смолоду было у меня ревности хоть отбавляй. Носил некоторое время власяницу
и вериги, старался искать святых подвижников, но как-то не удавалось найти,
вероятно, не понимал их по неопытности своей. Первая ревность очень обращает
внимание на букву, убивающую дух; и не встречал такого наставника, который
мог бы поддержать ревность и руководил бы правильно в духовной жизни, а
без руководства живущий, по Лествичнику, “ненадежный”, ибо он кичится;
так я и остался ни с чем. Но не отчаиваюсь, верую в Божие милосердие и
стремлюсь к Нему по силе моей. Припоминаю евангельский виноградник, в который
пришли наемники уже в одиннадцатый час и получили такую же плату, как те,
которые работали с утра. Очень я доволен и рад, что Господь судил мне жизнь
проводить в стенах монастыря.(П.15)
Читай Святое Писание и святых отцов и умудряйся. А что значат мои советы,
когда сам иду ощупью; если что пишу, из тех же источников черпаю. Я подобен
бане: других омываю, а сам остаюсь таким же грязным. (П.58)
Ты пишешь, что “ленивая и нерадивая”, и просишь, чтобы поругал тебя. Как
я могу тебя ругать, когда сам состарился и этим же недугом одержим, и у
.меня его больше, чем у тебя. Все же не будем унывать и отчаиваться, смиримся
и положим начало, хотя и в одиннадцатый час мы пришли (Мф. 20). Но Господь
очень милостивый, такую же плату дает, [как тем] которые трудились с утра.
(П.62)
Благодарю Бога за скорую помощь и за молитвы святых подвижников, ибо я
советами их руководствуюсь в сей юдоли плачевной. Кто я такой без помощи
Божией? Прах земной и отвратительный, смердящий гной. (П.77)
В Киеве был такой случай: были похоронены схимник и послушник; когда открыли
гробы, то на послушнике оказалась схима, а на схимнике – послушническая
одежда. Вот тебе и схимник! Недостойно ты, бедняга, носил схиму, послужила
она тебе не на спасение, а на осуждение. Пишу эти строки и краснею: ведь
я тоже схимник. Увы, не послужила бы она мне тоже во осуждение! Однако
не отчаиваюсь: Господь милостив, знает нашу немощь и схимнику дал покаяние.
Слава, Господи, святому милосердию Твоему! (П.78)
... иногда готов волосы свои на голове рвать за свое нерадение. Время жития
моего в сей юдоли плачевной приближается к концу, и бренное мое тело взято
из земли и в землю паки опустят. Пишу эти строки и плачу. Господи!
Кончаю писать и ложусь
в постель, продолжаю плакать, и слезы текут струей. Тишина, огонь погашен,
братия улеглись спать, и опять усиленный плач... Напялил схиму на себя,
обещался пред Евангелием и пред братией нести подвиги, а как живешь? (П.117)
игумен Никон :
... представляется вся моя прошедшая жизнь цепью падений, нарушений всех
заповедей евангельских, искажением их даже и в случаях, когда, казалось,
поступал по-христиански. (П.264)
[по прочтении “Братьев Карамазовых”] Вот где раскрывается душа человеческая!
Какой жалкой пародией кажется научная психология пред психологией Достоевского.
Я когда-то был настолько наивен, что хотел познать душу, изучая курсы психологии.
Сколько глупостей делаешь в молодости, когда нет у тебя руководителя. Вот
я действительно был, как в лесу. (П.245)
С моим мнением я прошу не считаться. Я ничего не знаю, а делайте как лучше
и как благословит Бог. “Из хода дел разумевайте волю Божию,” – говорит
преп. Варсонофий Великий. (П.9)
Я тоже о себе скажу, только скажу несколько иначе: “Я очень плохой пастырь