НИ-КА

Глава 9. Пример блаженного Иова, искушаемого диаволом, и Господа, преданного Иудою; праведнику как счастие, так и несчастие служат к спасению

Таким образом терпение Иова приобрело награду не диаволу, который своими искушениями сделал его более славным, а самому Иову, мужественно перенесшему оные; и Иуда не будет избавлен от вечного мучения, потому что предательство его послужило к спасению рода человеческого.

Надобно обращать внимание не на последствие дела, а на расположение делающего. Посему нам надобно твердо сохранять в памяти ту мысль, что никому не может быть нанесено зло другим, если кто сам не навлечет его на себя беспечностию своего сердца и малодушием. Ту же мысль подтверждает святой Апостол в одном стихе: “вемы, яко любящим Бога вся поспешествуют во благое” (ср.: Рим.8,28).

Под словом вся он вообще разумеет не только счастие, но и то, что почитается несчастием, как в другом месте пишет о себе тот же Апостол, говоря, что он испытал то и другое. “Оружии правды десными и шуими, то есть славою и безчестием, гаждением и благохвалением: яко лестцы, и истинни... яко скорбяще, присно же радующеся: яко нищи, а многи богатяще - и прочее” (ср.:2Кор.6,7-8,10).

Следовательно, все то, что почитается счастием и что святой Апостол относит к десной руке, означая словами слава и благохваление; также и все то, что почитается несчастием и что очевидно Апостол выражает словами безчестие и гаждение, относя это к левой руке,-все это для мужа совершенного делается оружием правды, если он переносит великодушно, то есть если эти так называемые несчастия он употребляет вместо оружия; если он действует ими как некиим луком, мечом и твердым щитом, наступательно и оборонительно, против нападающих на него врагов; то чрез это приобретает более терпения и мужества, и тогда самые смертельные вражеские стрелы доставляют славное торжество его твердости.

Ибо, не надмеваясь в счастии, он не отчаивается и в несчастии, но всегда идет ровным путем и царскою стезею: приходит ли к нему радость и ведет его как бы на правую сторону, или устремляются на него беды и овладевшая им скорбь как бы снова влечет его на левую сторону, он нимало не выступает из состояния спокойствия.

“Ибо мир мног любящим закон Твой, и несть им соблазна” (Пс.118,165). А о тех, которые, при каждом встречающемся с ними случае, смотря по свойству его, изменяются, в Священном Писании говорится так: “безумный яко луна изменяется” (ср.: Сир. 27, 11). Как о совершенных и мудрых говорится: “любящим Бога вся поспешествуют во благое”, так и о немощных и неразумных говорится: “вся противна суть мужеви безумну” (ср.: Притч.14,7)

, поелику он ни счастливыми обстоятельствами не пользуется, ни несчастными не исправляется. Ибо такое же мужество потребно для того, чтобы сохранить умеренность в радостях, какое нужно и для того, чтобы великодушно переносить скорби; и кого может преодолеть одно из сих искушений, тот, без сомнения, не может устоять и против другого.

Впрочем, счастие легче погубляет человека, нежели несчастие. Ибо последнее иногда против воли обуздывает его и смиряет и, приводя в спасительное сокрушение, заставляет его менее грешить или исправляет; между тем первое, обольстительными своими прелестями надмевая ум, низвергает беспечного среди успехов счастия в глубочайшую бездну погибели.

Глава 10.

О мужестве совершенного мужа, который называется “ободесноручным”

Сии-то совершенные мужи в Священном Писании исключительно называются ободесноручными, каким именно, по сказанию Книги Судей (см.: Суд. 3, 15), был Аод, у которого та и другая рука служила ему десницею. В духовном смысле это означает такую добродетель, которую и мы можем приобресть, если и то, что почитается десным - счастием, и то, что называется левым - несчастием, будем уметь обращать к десной стороне, то есть если будем уметь хорошо и правильно пользоваться и счастием, и несчастием, так чтобы то и другое служило для нас, по Апостолу, оружием “правды” (ср.: 2 Кор.6,7).

Подлинно, мы усматриваем во внутреннем нашем человеке две стороны и, так сказать, две руки, и ни один святой не может обойтись без так называемой шуйцы; но совершенная в нем добродетель обнаруживается тем, что он ту и другую руку, посредством доброго употребления, обращает в десницу.

Представим свои мысли яснее, для удобнейшего их разумения. Святой человек имеет у себя правую сторону, то есть духовное преспеяние. На этой стороне он находится тогда, когда, горя духом, владычествует над всеми своими вожделениями и похотями; когда, не опасаясь никакого диавольского нападения, без всякого труда и усилия отвергает или удаляет от себя плотские пороки; когда, возвысившись над землею, смотрит на все настоящее и земное как на скоро исчезающий дым, пустую тень и презирает как скоро преходящее; когда в восхищении ума не только пламенно желает будущего, но и ясно видит оное; когда охотно предается духовным созерцаниям; когда ясно видит открытые пред собою Небесные таинства; когда воссылает к Богу чистые и усердные молитвы; когда таким образом, пламенея духом, всем сердцем стремится к невидимому и вечному, так что отнюдь не думает, чтобы он еще пребывал в плоти.

Равным образом он имеет у себя и левую сторону, на которой находится тогда, когда обуревается искушениями; когда разжигается сильным огнем плотских вожделений; когда объемлется жестоким пламенем неистового гнева; когда подстрекается гордостию или тщеславием; когда подавляется печалию, причиняющею смерть; когда низлагается оружием уныния и когда, утратив весь духовный жар, цепенеет от некоего охлаждения и безотчетной скуки, так что не только помыслы, горевшие чистым пламенем, оставляют его, но вместе и псалмопение, чтение, молитва, келейное уединение становятся для него скучными и все, что только служит руководством к добродетели, возбуждает в нем ужасное и несносное отвращение к себе.

Когда монах подвергается этому, то пусть знает, что левая сторона угнетает его. Итак, кто, обладая совершенствами, которые мы отнесли к правой стороне, нимало не увлечется легко обольщающим тщеславием и, мужественно ратоборствуя против пороков, принадлежащих к стороне левой, не впадает в отчаяние, но с обеих противоположных сторон восприимет оружие терпения, для упражнения своей добродетели, у того обе руки будут служить десницею, и он, действуя победоносно тою и другою, получит победный венец как по отношению к правостороннему, так и левостороннему своему положению.

Так мы читаем о блаженном Иове, что он заслужил сей победный венец. По отношению к правой стороне он венчался им тогда, когда, будучи богатым и многоизбыточным отцом семи сынов, ежедневно приносил жертвы Господу для их очищения, желая чрез то сделать их не столько угодными и близкими себе, сколько Богу; когда дверь отверста была у него всякому приходящему; когда он был ногою для хромых и оком для слепых; когда волною овец его согревались рамена немощных; когда он был отцом сирот и вдовиц; когда и в сердце своем не радовался о погибели врага своего.

Тот же опять Иов по отношению к левой стороне высотою своей добродетели торжествовал над бедствиями, когда, в одно мгновение лишившись семи сынов, не предался жестокой печали, как естественно отцу, но, как прилично истинному рабу Божию, радовался исполнению над собою воли Творца своего; когда, из богатого сделавшись бедным, из избыточествующего стяжаниями нищим до наготы, из сильного немощным, из знаменитого и славного незнатным и презренным, сохранял непреоборимое мужество в душе своей; когда, наконец, лишившись всего своего имущества и богатства, принужден был сидеть на гноище и, как бы некий жестокий мучитель тела своего, должен был оскабливать черепицею текущий гной и, вложив персты в глубину ран, вынимать из всякой части телесного члена груду червей.

При всем этом он нимало не впал в богохульное отчаяние, нисколько не возроптал на своего Создателя, и, не подавленный столь великою тяжестию жестоких искушений, даже последнюю одежду, которая от всего прежнего имущества оставалась еще на теле его и которая одна, служа ему единственным покровом, могла быть спасена от диавольского расхищения, растерзал на себе, и, сбросив ее, отдал тому же лютому врагу в добавок к той наготе, которой он подверг его.

Самые волосы головы своей, которые одни оставались неприкосновенными от всех видов славы его, остригши, поверг пред своим жестоким мучителем, произнося к нему со всею силою восторженного чувства сии небесные слова: “аще благая прияхом от руки Господни, злых ли не стерпим?.. наг изыдох от чрева матери моея, наг и отыду тамо: Господь даде, Господь отъят, яко Господеви изволися, тако бысть: буди имя Господне благословенно” (ср.:Иов.2,10;1,21).