Страница 5 из 5
Мое внимание и любовь к сыну в свою очередь рождало отклик и в его сердце. Такое чувство, что пуповина не была обрезана при рождении, она просто стала невидимой, но ощутимой только для нас двоих.
Рок-музыка: соблазны взросления
Почти всегда наступает время, когда свои детские представления о чем-либо подрастающий ребенок начинает считать наивным заблуждением. И наступает момент выбора авторитетов: между авторитетом верующих родителей, обществом и влиянием так называемой молодежной культуры. Этот конфликт, на мой взгляд, вечен - он всегда был и будет. Но когда-то надо определить границу между нашими обязанностями по отношению к обществу и нашим долгом по отношению к Богу.
Подрастающее дети часто ставят родителей в очень затруднительное положение. И взрослым нужно проявить не только максимум такта, но и мудрости, чтобы, с одной стороны, направить ребенка в правильное русло, а с другой - нейтрализовать вредное влияние какого-нибудь нового увлечения. Нужно понять, насколько опасно оно для души сына или дочери, случайность это, или нет. Но главное - исправить ребенка так, чтобы не разрушить взаимопонимания между собой и им, не подорвать его доверия. Ведь иначе, в дальнейшем, будет очень трудно находить общий язык, а это может помешать предостеречь его от серьезной жизненной ошибки.
Мне очень запомнился один случай. Были летние каникулы, собрались дети из разных школ, разных приходов, кое-кто из родителей и поехали в монастырь. В основном все были знакомы. Поехали трудиться и просто отдохнуть. Поехал и мой сын. К тому времени вожделенный плеер был уже приобретен. Вернулся оттуда Кирилл с кассетой рок-музыки.
"Послушай, мама, какая музыка". Я послушала. Честно говоря, я не была к этому готова и испытала чувство, похожее на шок. Оправившись, начала думать Вспомнила себя, когда мне была 16 лет. Мы с братом тоже слушали рок-музыку, которая взрослым казалась ужасной. Я не помню, чтобы нам запрещали слушать современную музыку, брату носить потертые джинсы, которые бабушке очень не нравились. Родные как-то мирились с нашими увлечениями, я мы были им за это благодарны. У нас никогда не возникало протеста и не приходилось ничего доказывать взрослым - они и так все понимали, хотя следили у нас в семье за детьми зорко и обращались строго. Послушание взрослым было нормой.
Сейчас музыка нас окружает почти везде включаешь радио, телевизор, идешь по улице, везде мы слышим музыку. Мне не хотелось, чтобы Кирилл слушал все подряд, а тем более то, что модно, и потому, что это нравится большинству. Одно время мы слушали вместе мои старые записи, которые до сих пор сохранились. Особенно Кириллу нравится хор Троице-Сергиевой лавры, песнопения Валаамского монастыря. Я пыталась привить музыкальный вкус сыну, показать красоту звука, его возможность влиять на состояние и даже сознание человека. "Поэтому, - объясняла я, - совсем не безвредно слушать все подряд".
"Ну, что ж, - подумала я, когда Кирилл огорошил меня известием о своем новом увлечении, - значит, теперь мы будем вместе слушать "тяжелый рок"". Когда я слушала его рок-музыку мне хотелось понять, что именно в этой музыке нравится моему сыну? Я заметила, что он выбирает самые красивые композиции. Все, что резало слух, не нравилось ни ему, ни мне.
Сейчас мне невозможно даже представить, что я могла бы принять какое-то другое решение, сказав, например, что-то вроде "Ты верующий человек Выключи эту гадость, и больше это никогда не слушай".
Любовь сына, его дружба и доверие - вот что мне было дороже всего на свете. Потому что все пройдет: машинки, рок-музыка, джинсы с разводами. Родительская любовь - это останется навсегда с нашими детьми.
Сейчас по воспитанию детей написано много книг. Бери да читай. Можно даже выучить наизусть основные "правила". Только научиться любить своих детей вряд ли можно по книгам. И зачастую бывает так - правила выучили, а грамотности все нет.
Праздники
Однажды мы были в гостях у знакомых, когда у них гостили две американки-протестантки. Был обед: борщ со сметаной, на второе жирный плов и торт к чаю. Американки все считали калории и уже на торт, посмотрев, сказали - ни за что. Поскольку у них нет постов, то они очень удивлялись тому, что русские так обильно питаются, а мы им объясняли, что мы соблюдаем посты, воздерживаемся от пищи, а когда поста нет, мы радуемся вкусной еде, особенно в праздники.
Праздников всегда ждешь с нетерпением, они всегда повторяются в церковной жизни, и мы живем вместе с ними. И чем они долгожданней для нас, тем дороже. Невозможно представить себе жизнь православного христианина без этих светлых и радостных дней. Как-то однажды батюшка сказал: "Мы, православные, живем от праздника к празднику, а между ними труд, пост и молитва"...
Дома вкусно пахнет пирогами, и сразу как-то теплей и уютней становится в доме, радостное возбуждение витает в воздухе, приходят друзья, все в ожидании счастья, веселья, подарков и угощенья. Хорошо, когда есть с кем разделить сию радость. В жизни уже проверено, что она вопреки математическим законам только увеличивается, когда ее делишь с близкими и любимыми тобою людьми. И мне хотелось, чтобы праздники остались в памяти у сына прежде всего как духовная радость, а не как повод отметить или, как часто говорят, "обмыть" какую-либо покупку. Чтобы запомнил он мамины пироги, праздник и эту радость в доме прежде всего как живой опыт церковной жизни. Чтобы передал это своей будущей семье, будущим детям как моменты "благого вдохновения", которые освещают нашу жизнь особой радостью и любовью. Я по себе знаю, как благотворно действуют на детскую душу такие светлые семейные торжества.
У меня до сих пор остались особые переживания, связанные с церковными праздниками, когда я была ребенком. Впечатления от них во многом помогли мне в дальнейшем самой прийти к вере.
Один год я проболела почти всю зиму. Мне было тогда 11 лет. Меня забрали из школы пораньше, и отправили к знакомым в деревню на месяц, чтобы я окрепла. Был май. Цвели нарциссы. Баба Аня, так звали нашу знакомую, рано утром уезжала с полной корзиной цветов на рынок и возвращалась к завтраку уже с продуктами. Растапливался самовар. Самовар был настоящий и топился щепками и углем. Я сидела рядом с ним на ступеньках веранды, подбрасывала щепки и ждала, пока закипит. Потом мы пили чай с баранками. Дом у бабы Ани был небольшой: одна комната, кухня и терраса с двумя верандами на обе стороны. В комнате в правом углу были три большие иконы в красивых окладах: икона Спасителя, Богородицы и Николая Чудотворца, возле них висела лампада. Перед иконами молились перед едой и после.
Однажды к бабе Ане приехала ее сестра, тоже Анна, все звали ее Нюра чтобы их не путать. Заговорили о празднике. Дома стали все мыть, убирать, почистили иконы, баба Аня достала белое вышитое полотенце, сказала: "К празднику", принесла большое гусиное яйцо и замесила тесто. Все делали спокойно, без суеты и лишних разговоров.
Все ждали праздника с пирогами, куличами и крашеными яйцами. Я вспоминала рассказы бабы Анны, что сейчас "строгие дни": распяли Христа, что на третий день Он воскрес, это и есть праздник Пасхи: Светлое Христово Воскресение.
Куличи пекли в русской печке. Таких вкусных куличей я больше никогда не ела. На следующий день бабушки засобирались в церковь: куличи завязали в белые платочки и положили в корзину, в другое лукошко положили крашеные яйца и ушли. Ночью пошли на всеношную. До храма было 3 км пути. Шли с горящими свечами. Взрослые пели. В храм меня не пустили. У входа стояли молодые ребята с красными повязками на рукаве. Пропускали только пожилых людей. Меня спросили: "Ты пионерка?". Я ответила: "Да". - "Тогда уходи и чтобы больше мы тебя здесь не видели!" От обиды наворачивались слезы.
Крестный ход мы ждали около храма. Зазвонили в колокола, и стали выходить с иконами и хоругвями. Мы присоединились к молящимся и пошли. В это время неподалеку в клубе были танцы. Как только стали звонить, молодежь высыпала на улицу и устремилась к храму. Мне стало страшно, когда я увидела эту вопящую, полупьяную толпу, но они добежали до ограды и остановились. Кое-кто пытался перелезть, но милиция эти попытки пресекала. Так мы оказались, как на острове, Мы шли крестным ходом под смех и улюлюканье подгулявшей молодежи.
Радостно звонили в колокола, и вдруг - "ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!" И как будто грянуло все вокруг: "ВОИСТИНУ ВОСКРЕСЕ!" У меня мороз по коже пошел. И какая радость, какие лица у людей были просветленные, все поздравляли друг друга, как будто именно в эту минуту Воскрес Христос.
В этом храме я впервые причащалась на "Вербное воскресенье". В нем же впервые причащался и мой сын.
...До сих пор праздничные пироги мы стараемся печь всей семьей, и каждый должен вылепить свой пирожок Кирилл поначалу лепил "нечто" малосъедобное и совсем не похожее на пирожки. Глядя на это "произведение", с уверенностью можно было сказать только одно, что когда-то, это было тестом. Зато сейчас у него выходят вполне полноценные плюшки.
Кирилл о себе
Однажды я спросила у повзрослевшего сына: "Почему ты ходишь в храм?" - "Потому, что я верующий человек", - сказал он. Зная своего ребенка, я была почти уверена, что он ответит именно так.
"Первый раз я пришел в храм с родителями. Как обычно, мама взяла меня за руку, и мы пошли куда-то. Куда - мне было не важно. Главное я был с родителями, и мне было хорошо и спокойно. Это первое посещение храма осталось в моей памяти до сих пор. Мне это удивительно, так как прошло довольно много времени, а в том возрасте в памяти остаются только внешне яркие события. В первый день моего пребывания в храме ничего внешне яркого и удивительного не происходило. День был пасмурный с редкими проблесками солнца. Храм был полуразрушен. Служили в одном пределе, остальные представляли собой нечто, мало напоминающее то место, где должны были проходить богослужения. Когда мы вошли, шла служба. Стояла одна бабушка и несколько человек певчих.
Будучи подростком, я почти никогда не стоял на службе, Приходил в храм, исповедовался и исчезал. В том возрасте, а было мне 8 лет, для меня стоять в храме, сосредоточенно молиться было решительно невозможно. Я почти ничего не понимал из того, что пелось или читалось и от того мне становилось скучно. Еще мешала детская непоседливость и жажда открытий. А если кто-то из детей мог составить мне компанию, тогда уж ничто не могло удержать нас в храме. Но удивительно - я никогда не прогуливал причастие, всегда возвращался вовремя.
Со временем, взрослея, я стал превозмогать свое желание гулять во время службы. Появилось чувство ответственности и понимание того, что тебе уже, например, 12, а не 8 лет, и ты не можешь носиться вокруг храма как оголтелый, что надо исполнять правила поведения в храме.
Так я стал стоять всю службу, читать правило перед причастием и благодарственные молитвы после. Порой мне было лень и не хотелось это делать, но я знал, что нельзя не прочитать. Со временем я стал понимать службу, стало интересно.
Не всегда просто строились отношения со сверстниками. Бытует мнение, что если ты верующий, то ты не такой, как все остальные. Отсюда насмешки, было
неприятно, и общаться с такими ребятами мне совсем не хотелось".
Птенцы "становятся на крыло"
Однажды я рассказывала Сыну, как была на приеме у окулиста, и он сказал мне: "Через пару лет придете ко мне за очками - развивается дальнозоркость". Кирилл тогда сразу пошутил: "Ну, все правильно. Сын уходит из дома все дальше, а у мамы развивается дальнозоркость".
Рано или поздно наши дети становятся взрослыми и все дальше уходят из отчего дома. Какими мы выпустим их в самостоятельную "большую жизнь"? Что дадим мы им с собой, чем защитим их от невзгод и бурь?
Нам остается только молиться за своих детей. Как говорила мне моя крестная, когда Кирилл у меня был еще совсем маленький: "Молитва матери со дна моря достанет и высушит".
Взрослеют дети, уходят из-под родительского крыла. Дальше они должны плыть сами. Дай Бог, чтобы проросло заложенное в детстве доброе зерно, чтобы полученный опыт помог им и в дальнейшем жить по-Божьи.
Вот и Кирилл окончил православную школу. Прекрасно было ее завершение в храме Христа Спасителя и с подарком от Святейшего Патриарха. Впереди у него самостоятельная жизнь, и я очень надеюсь, что милость Господня поможет сыну быть православным всегда.