Страница 216 из 230
Когда же наступил девятый час, из могилы послышался громкий крик: «Помилуйте, помилуйте меня!»
Услышав крик погребенного, монахи тотчас разрыли
могилу и нашли Таксиота живым. В ужасе они удивлялись и спрашивали его, что с ним случилось? Но
Таксиот от сильного плача ничего не мог рассказать
им и только просил отвести его к епископу Тарасию.
И он был отведен к нему. Епископ три дня упрашивал
его рассказать ему, что он видел там, но только на четвертый день Таксиот стал разговаривать и рассказал
следующее:
— Когда я умирал, то увидел неких эфиопов, стоящих передо мной. Вид их был страшен, и душа моя
смутилась. Потом увидел я двух юношей, очень красивых. Душа моя устремилась к ним. И тотчас, как
бы возлетая от земли, мы стали подниматься к небу, встречая на пути мытарства, удерживавшие душу всякого человека. На каждом из них вопрошали об особом грехе. На одном о лжи, на другом о зависти, на
третьем о гордости. Так каждый грех в воздухе имеет
своих испытателей.
И вот увидел я в ковчеге, который держали Ангелы, все мои добрые дела, которые Ангелы сравнивали с
моими злыми делами. Так мы миновали эти мытарства. Когда же, приближаясь к вратам небесным, пришли на мытарство блуда, стражи задержали меня там
и начали показывать все мои блудные плотские дела, совершенные мной с детства моего до смерти. Но
96 - 97
Ангелы, ведущие меня, сказали мне: «Все телесные
грехи, которые содеял ты, находясь в городе, простил
тебе Бог, так как ты покаялся в них». А противные духи сказали: «Но когда ты ушел из города, ты на поле
совершил грех с женой земледельца твоего».
Услышав это, Ангелы не нашли доброго дела, которое можно было бы противопоставить греху тому, и, оставив меня, ушли. Тогда злые духи, взяв меня, начали бить и свели меня затем вниз... И я, будучи веден узкими входами через темные и смрадные скважины, сошел до самой глубины темниц адовых, где
во тьме вечной заключены души грешников, где нет
жизни людям, и одна вечная мука, неутешный плач и
несказанный скрежет зубов. Там всегда раздается отчаянный крик: «Горе нам, увы, увы!» И невозможно
передать всех тамошних страданий, нельзя пересказать всех мук и болезней, которые я там видел. Стонут
из глубины души, и никто о них не милосердствует.
Плачут, и нет утешающего. Молят, и нет внимающего
им и избавляющего их.
И я был заключен в тех мрачных, полных ужасной
скорби местах, и плакал я горько и рыдал от третьего
часа до девятого. Потом увидел я малый свет и пришедших туда двух Ангелов. Я прилежно стал умолять
их о том, чтобы они извели меня из того бедственного
места, чтобы я мог раскаяться пред Богом.
Ангелы сказали мне: «Напрасно ты молишься, никто не исходит отсюда, пока не настанет время всеобщего воскресения». Но так как я продолжал усиленно
просить и умолять их и обещал раскаяться в грехах, то один Ангел сказал другому: «Поручаешься ли за
него в том, что он покается от всего сердца, как обещается?» Другой сказал: «Поручаюсь!» Потом он подал ему руку.
Тогда они вывели меня оттуда на землю и привели
ко гробу, где лежало тело мое, и сказали мне: «Войди
в то, с чем ты разлучился». И вот я увидел, что душа моя светится как бисер, а мертвое тело, как грязь, черно и издает зловоние, и потому я не хотел войти
в него.
Ангелы сказали мне: «Невозможно тебе покаяться
без тела, которым совершал грехи». Но я умолял их
о том, чтобы мне не входить в тело. «Войди, — сказали Ангелы, — иначе мы отведем тебя опять туда, откуда взяли». Тогда я вошел в тело и начал кричать:
«Помилуйте меня!»
Святитель Тарасий сказал ему тогда: «Вкуси пищи». Он же не хотел вкушать, но, ходя от церкви к
церкви, падал ниц и со слезами и глубоким воздыханием исповедовал грехи свои и говорил всем: «Горе
грешникам. Их ожидает вечная мука. Горе не приносящим покаяния, пока имеют время. Горе осквернителям тела своего!» По воскрешении своем Таксиот прожил сорок дней и очистил себя покаянием, за три дня
он провидел свою кончину и отошел к Милостивому
и Человеколюбивому Богу, всем спасение подающему, Которому слава вовеки.
Пролог
Жестокое испытание
Святая Феодора питала особенную любовь к жившему в ее время преподобному Василию Новому. Она
давала ему приют в своем доме. Устроила ему особенную горницу для молитвы и всегда со вниманием слушала его учение.
Прошло несколько времени. Скончался Василий, а за ним и Феодора. После их смерти последний оставшийся в живых ученик св. Василия, Григорий, стал
98 - 99
просить отшедшего в мир горний учителя своего, чтобы он открыл ему, в каком состоянии по смерти находится душа Феодоры. Просьба Григория была исполнена. Однажды во время сна явился ему Ангел и
сказал:
— Ступай скорее; отец Василий зовет тебя, чтоб ты
видел Феодору.
После этих слов Ангела Григорий был восхищен ко
вратам рая, и Ангел ввел его в светлые места, в которых он увидел Василия и Феодору. Григорий обратился к Феодоре и спросил ее:
— Скажи мне, госпожа моя, как ты перенесла
скорбь смертную и как от бесов избавилась?
Феодора отвечала:
— Когда душа моя разлучилась с телом, я увидела множество бесов, которые показывали мне хартии моих грехов, угрожали мне и скрежетали зубами.
Ангелы взяли меня и донесли до мытарств, т.е. мест, где бесы истязали души людей за грехи и где Ангелы в
противоположность бесам указывали на добродетели
людей, бесами истязуемых. Таких мытарств двадцать, и на каждом из них человек истязуется за тот или другой грех. Когда мне, — продолжала Феодора, — на каком-либо из мытарств недоставало за какой-либо из
совершенных мной грехов, моей добродетели, тогда, по милости св. Василия, Ангелы противопоставляли
бесам за мои грехи добродетели св. Василия, и ради
этого я не была остановлена демонами и, по миновании последнего из мытарств, была введена Ангелами
сюда, где ты сейчас меня видишь. Но знай, что если
душа кого-либо из людей будет грешная и ей нечего
будет противопоставить против грехов ее, тогда демоны удерживают ее и влекут в муку».
Пролог
Мудрому христианину надлежит непременно быть
под властию неправедного человека, дабы приобретать терпение, которое состоит в том, чтобы равнодушно переносить всякое зло, какое нам другие
причиняют или какое вообще случится. Мудрый и
праведный муж, будучи добродетелен, имеет в себе
терпение, которого вовсе бы не имел, если бы не переносил противностей.
Сердечная в молитве теплота есть для демонов
жгучее пламя.
Надо постоянно упражняться в чтении святых
книг, иначе божественная мудрость может утратиться. И ранее приобретенное знание потеряется от забвения.
Преподобный Исидор Пелусиот
Приявший какую бы то ни было благодать
не обходимо должен передать ее имеющему в ней
потребность.
С мудростью собирай отовсюду полезное, с рассудительностью избегай всего, что в каком писателе есть вредного; подражай работе мудрой пчелы, которая садится на всякий цветок, но весьма умно
берет с каждого только полезное. У ней наставница
сама природа, а у тебя рассудок… заметив дурное, лети скорее прочь, потому что ум человеческий быстро парящ… что написано в похвалу добродетели, то изучай тщательно, затверживай мысль и красоту
речения.
Святитель Григорий Богослов
Враг исконный не только шуими — пороками, но и десными — самими добродетелями — запинает
человека.
100 - 101
Какое место уготовано еретикам?
Великий пред Богом старец именем Кириак жил
в лавре Каламонской около священного Иордана.
Однажды пришел к нему брат чужестранец по имени
Феофан из страны Дора и спросил старца о блудных
помыслах. Старец начал наставлять его речами о целомудрии и чистоте. Брат, получив от этих наставлений великую пользу, воскликнул:
— Отец мой, в моей стране я нахожусь в общении
с несторианами*. Не будь этого, я бы остался навсегда
с тобой!
Услыхав имя Нестория, старец глубоко опечалился
о погибели брата и стал убеждать его и молить, чтобы он оставил эту пагубную ересь и присоединился
ко Святой Кафолической и Апостольской Церкви:
«Невозможно спастись, если не будешь право мыслить и веровать, что Пресвятая Дева Мария есть истинная Богородица».
— Отче, — возражал брат, — да ведь все ереси говорят точно так же: «Если не будешь в общении с нами, не получишь спасения». Не знаю, несчастный, как
мне и поступить. Помолись Господу, чтобы Он явно
показал мне, какая вера истинная.
Старец радостно выслушал слова брата.
— Оставайся в моей келье, — сказал он. — Я имею
упование на Бога, что Он, по Своему милосердию, откроет тебе истину.