М.Новоселов

Любовь - "вот дверь, коею входящий вступает во Святая Святых и сподобляется быть достойным зрителем неприступной красоты Святой и царственной Троицы" (пп.97).

Знакомый с христообразной жизнью святого Исповедника и непобедимого борца за Православие против монофелитства, а также с воистину боговдохновенными и полными неотразимой силы писаниями его, не усомнится в том, что сказанное им о тайне обожения и пути к нему - не результат философского умозрения, а живой плод благодатного опытного Богопознания.

Ступим еще немного вперед. Из Сирийской пустыни конца VII и начала VIII века раздается голос великого подвижника, глубочайшего философа и удивительно тонкого психолога. Прислушаемся внимательно к его откликам на наши вопросы о грехе и правде, жизни и смерти, истине и бессмертии.

Этот новый свидетель - преп. Исаак Сирин - так характеризует три последовательные ступени, которые проходит человек во внутреннем своем отношении к указанным вопросам.

"Человек, пока в нерадении (т.е. не идет путем живой веры и не стремится к Богу Живому), боится часа смертного; а когда приблизится к Богу, боится сретения суда; когда же всецело подвинется вперед (т.е. войдет в область чистой любви к Богу), тогда любовью поглощается тот и другой страх".

"Почему же это?" - спрашивает преп. Исаак и отвечает: "Потому что, когда остается кто в ведении и житии телесном (т.е. мудрствует и живет по плоти), ужасается он смерти (разрушающей телесное); когда же бывает в ведении душевном и в житии добром, ум его всякий час бывает занят памятованием будущего суда...

Но, когда достигнет оного ведения истины, вследствие движения в нем уразумения тайн Божиих и вследствие утверждения надежды будущего, тогда любовью поглощается и оный телесный человек, подобно животному боящийся заклания, и человек разумный, боящийся суда Божия; соделавшийся же сыном (Богу) украшается любовью, а не устрашающим вразумляется жезлом".

"Кто достиг любви Божией, тот не желает уже снова пребывать здесь; потому что любовь сия уничтожает страх", - утверждает как факт внутреннего опыта Исаак Сирин, в полном согласии с Иоанном Богословом, свидетельствующим, что "совершенная любовь изгоняет страх" (1Ин.4:18) и Ап. Павлом, сознающимся, что для него "смерть - приобретение".

Любовь эта, сладостнее жизни и торжествующая над смертью, рождается, по словам св. Исаака, от истинного познания Бога, а истинное познание есть "ощущение бессмертной жизни, которая сама есть ощущение Бога".

"Исполни, Господи, сердце мое жизни вечной!" - молится преп. Исаак, показывая этой молитвой, что жизнь вечная доступна человеку и на этой грешной земле (юдоли скорби и печали), что она не только предмет чаяния в будущем, но и ощущения в настоящем, что она не мыслится только, но и вкушается духовно.

Говоря в другом месте о сладости и многоплодности ночного молитвенного бдения, во время которого ревностные подвижники совлекаются ветхого человека и удостаиваются обновления ума, Сирийский философ свидетельствует, что "в эти часы душа ощущает оную бессмертную жизнь, и ощущением ее совлекается одеяния тьмы, и приемлет в себя Духа Святаго" (сл.42).

Эта мысль о нравственной победе над тяжестью греховного бытия и опытном опознании, приобщении святой Вечности проходит красной нитью по всем писаниям святого отшельника. В слове 83-м мы читаем у него:

"Кто обрел любовь (Божию), тот каждый день и час вкушает Христа, и делается от этого бессмертным, как сказано: кто снесть от хлеба сего, егоже Аз дам ему, смерти не узрит вовеки (Ин.6:51,58). Блажен, кто вкушает от хлеба любви, который есть Иисус... Он в этом еще мире, в ощущаемом здесь, обоняет оный воздух воскресения".

На смену свидетелю VIII века выступает свидетель века XI.

Посмотрим, так же ли в XI веке Вечное сказывается во временном, давая ощутить себя душе, предавшейся Иисусу - Сыну Божию? Так же ли тайны неба открываются в жителе земли и возводят его в рай сладости, давая вкушать здесь, на земле, сокровенную духовную манну?

"Кто как должно верует во Христа, тот имеет жизнь вечную в себе, которая есть благодать Господа нашего Иисуса Христа. Кто же верует во Христа, а жизни вечной в себе не имеет, того тщетна и бесполезна вера", - слышим мы от преп. Симеона Нового Богослова.

"Таков закон новой жизни о Христе Иисусе, - говорит св. Симеон, - что Христос Господь благодатию Св. Духа приходит к нам и воскрешает умерщвленные (грехом) души наши, и дает им жизнь, и дарует очи видеть Его Самого - бессмертного и нетленного - живущим в нас".

"Постараемся же, - увещевает святой подвижник, - сохранить Божественные заповеди и очистить сердца свои слезами и покаянием, да узрим Самого Христа, этот Божественный свет, и да стяжем Его еще здесь, в настоящей жизни, в Обитателя в нас, да животворит Он души наши благодатью Всесвятого Духа и да питает их сладостью чаемых благ царствия Своего".

Минуем три века - и обратим наш взор и слух к изобиловавшему благодатными дарованиями архиепископу Солунскому, св. Григорию Паламе (прославившемуся как своей подвижнической жизнью, так и упорной и успешной борьбой против гносеологической ереси облатинившегося монаха Варлаама, который производил своим лжеучением большое смущение в Византии XIV века). Вот что возвещает нам сей богоносный муж, осиянный светом Христовым:

"Когда единичный ум бывает тройственным, пребывая единичным, тогда он соединяется с Богоначальною Тройческою Единицею, затворяет всякий вход прелести, погрешению и заблуждению, и становится выше плоти, мира и миродержателя. Избегши таким образом сетей их, всецело пребывает он в себе и в Боге, вкушая источающееся извнутри духовное радование... Когда кто пребудет в сей собранности ума и в таком простертии к Богу, тогда, сильным самопринуждением утесняя быстротечность своих мыслей, мысленно приближается он к Богу, встречает неизреченное, вкушает будущего века и духовным чувством познает, сколь благ Господь" (Доброт., изд. 2-е, т.5, стр.300-301).

Здесь тот же победный глас воина Христова, торжествующего над расстройством человеческой природы и силою благодати преодолевающего ее греховную немощь; здесь то же исцеление природных недугов и спасение от многообразных сетей вражиих через живое и животворящее сочетание человека с Богом; отсюда радость духовная, отсюда вкушение благ оного, непреходящего века, отсюда славословие Подателю сих неизреченных благ...

Из далекой Византии XIV века, от стойкого и проницательного борца за правду духовного, благодатного, спасительного Богопознания, завещанного Церковью и в Церкви хранимого (в противоположность схоластически-рассудочному и натуралистически-мистическому пути латинского раскола), продвинемся по тому же православному руслу, пролагаемому Духом Святым, в родную нам "Святую Русь" конца XVIII века - и вызовем последнего свидетеля, несущего в себе и с собою разительное свидетельство силы Иисус-Христовой и достойнейшее оправдание Премудрости Христа (Мф.11:19; Лк.8:35). Да утвердится же еще раз авторитетным свидетельством "богоносного отца нашего Серафима Саровского и всея России чудотворца" та непреложная истина, что "победа, побеждающая мир" многообразных противоречий, проницающих естество человека, есть вера Христова, содержимая и из века в век переносимая Единою, Святою, Соборною и Апостольскою Церковью.

Многое в жизни и словах преп. Серафима свидетельствует об этой истине, но мы воспользуемся одним свидетельством, которое находим в знаменательнейшей беседе великого угодника Божия с его другом духовным Н.А. Мотовиловым. Беседа эта - целое событие, огромное по своему религиозному смыслу. Простота и вместе мудрость слов чередуются в ней с "явлениями Духа и силы". Очень рекомендуя каждому прочесть эту беседу целиком, мы по необходимости ограничиваемся здесь лишь немногими местами ее.

"Истинная цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святаго Божиего", - разъясняет недоумения своего собеседника преп. Серафим. "Пусть же и бдение, и молитва, и милостыня, и всякое Христа ради делаемое доброе дело суть средства для стяжания Святаго Духа Божиего... Дух Святой вселяется в души наши, и это-то самое вселение в души наши Его, Вседержителя, и сопребывание с духом нашим Его Троического Единства даруется нам лишь через всемерное с нашей стороны стяжание Духа Святаго, которое и предуготовляет в душе и плоти нашей престол Божиему Всетворческому с духом нашим сопребыванию, по непреложному слову Божиему: "вселюся в них и похожду, и буду им в Бога, и тии будут Мне людие". "Это и есть тот елей в светильниках мудрых дев, - истолковывает притчу о десяти девах великий старец, - который мог светло и продолжительно гореть, и девы те с этими горящими светильниками могли дождаться и Жениха, пришедшего в полунощи, и войти с Ним в чертог радости". По слову святого отца, этот елей и есть "получаемая внутрь естества нашего благодать Всесвятого Духа Божия, претворяющая это естество от тления в нетление, от смерти душевной в жизнь духовную, от тьмы в свет..."