Страница 68 из 72
По всем прочим делам консистория выносит судебные решения или на основании сообщений от светских присутственных мест (напр., при наложении епитимий), или по справкам и документам и на основании следствия, проведенного ею через духовных лиц, либо через посредство гражданской власти.
Отдел V. Церковное имущество
Церковь, как всякое сообщество, имеет потребность, для успешного достижения своих целей, в материальных средствах (напр., в зданиях для богослужебных собраний, в известных предметах, необходимых для отправления богослужения, в средствах на содержание различных церковных учреждений). Поэтому, Церкви должно принадлежать право на обладание собственным имуществом. Нельзя сказать, чтобы это было одним из существенных ее прав, т. е. таким, без которого немыслимо было бы само ее существование и осуществление ее духовных целей. Когда Церковь не была признана государством, она существовала и выполняла свое назначение, а ее потребности в материальных средствах удовлетворялись частной собственностью ее членов, приносимой ими ей в дар на те или иные ее нужды. В то время Церковь в римской империи могла, по гражданским законам, владеть имуществом на имя отдельных своих членов (напр., епископов), или под именем погребального общества, так как подобные общества были признаны в государстве юридическими лицами. Ответчики, в случае уклонения от явки на прения, принуждаются к ней гражданской властью по требованию консистории. - Полиция вообще обязана исполнять все законные требования духовного суда и духовных следователей. Тем не менее, Церковь всегда оставляла за собой право обладать собственным имуществом, называя приобретаемое ею Господним достоянием, принадлежащим Богу (Апост.
38, 40), и своими законами определяла его сохранение и распоряжение им. Признание государством Церкви как самостоятельного сообщества, должно, по справедливости, сопровождаться и признанием ее правоспособность к обладанию имуществом. В римской империи это последовало в начале IV века, за объявлением закона, предоставлявшего свободу христианскому вероисповеданию. Константин Великий возвратил Церкви отнятое у нее во время гонений имущество, отдавал ей имущество мучеников, не оставивших после себя близких родственников, сам жертвовал ей земли, здания, назначал некоторым церквам жалование, позволял Церкви принимать по завещаниям и приобретать другими законными способами собственность. Последующие христианские императоры предоставляли Церкви различные имущественные привилегии (Напр., освобождение церковного имущества от некоторых налогов и повинностей, наследование Церковью имущества духовных лиц, умерших без завещания и наследников, увеличение исковой давности относительно церковной собственности, некоторые исключения из общих правил о завещаниях, сделанные для завещаний в пользу Церкви и др.), давали ей возможности умножать свое имущество. В России Церкви, с самого ее возникновения, также были предоставлены все способы приобретения имущества.
Некоторым церковным учреждениям сами князья своими уставами и грамотами определяли средства содержания; так, напр., на содержание архиерейских кафедр вводились пошлины с торговых мер и весов (наблюдение за которыми устав св. Владимира предоставлял святителям), пени и пошлины с церковного суда, десятины с княжеских имений и доходов. Предоставлялись земли с различными угодьями, селения с данями и налогами и др. Церкви с причетами содержались или за счет своих строителей (князей и владельцев), или за счет приношений и сборов от приходских общин (преимущественно натурой), а также получали земли и другую недвижимость в качестве наделов или пожертвований от них же, иногда (впрочем, в редких случаях) владели вотчинами. Особенно же в древней Руси приумножалась недвижимая собственность монастырей. Государи и владельцы, по религиозному чувству и особенному уважению к иноческой жизни, к просветительской и благотворительной деятельности монастырей, наделяли их землями и поместьями на помин своей души. Сами монастыри также могли беспрепятственно приобретать обширные земельные участки или покупкой, или занятием пустующих земель (чаще всего - на окраинах государства), которые обрабатывались и колонизировались ими.
Жалованными грамотами государей (Права владения и имущественные привилегии Церкви были признаны и подтверждались также татарскими ханами.) вотчины монастырей и духовных властей снабжались разными экономическими и судебными льготами. Эти льготы и хозяйственное благосостояние монастырей привлекали на монастырские земли многочисленное население. С конца XIV века возникла и стала созревать мысль о том, что владение монастырей землями и селами несообразно с целями иноческой жизни, вредно влияет на нее. Эта мысль впоследствии (в XVI веке) вызвала оживленные споры с ее противниками. Защитниками ее были: знаменитый подвижник Нил Сорский (основатель скита его имени на р. Соре), его последователи - подвижники Белозерского монастыря и горячий обличитель современных ему пороков - Максим Грек. Представителем противоположного мнения был также знаменитый ревнитель строгого иночества и дух. просвещения преп. Иосиф, игумен Волоколамского монастыря.
С другой стороны, от расширения вотчинного владения монастырей и от привилегированного положения их вотчин стали страдать государственные интересы (у правительства уходила из рук земля, которая была ему нужна для раздачи служилым людям и для интересов казны; служилые люди беднели и испытывали затруднения в несении службы из-за убыли на их землях крестьян, переходивших на льготные монастырские земли; государственные повинности должны были ложиться всей тяжестью на остальные нельготные земли и их население). Поэтому, уже с начала XVI века государственное правительство начало ограничивать права владения монастырей и архиереев, и поднимало вопрос об изъятии церковных вотчин в пользу государства. Такой вопрос был поставлен Иоанном III в 1503 г. Московскому Собору (Незадолго до того, после покорения Новгорода, он раздал своим боярским детям, за их службу, несколько церковных земель Новгородской области), но святители, ссылаясь на св. Писание, каноны Церкви, постановления и примеры греческих и русских государей и ордынских ханов относительно неприкосновенности церковной собственности и ее преимуществ, ответили великому князю, что они не смеют и не благословляют отдавать церковного стяжания, как Богу посвященного. Князь более не настаивал. Иоанн IV успел провести на Соборах постановления, значительно ограничивающие возрастание церковных вотчин.
После Стоглавого Собора, который предоставил дело о церковных землях благоусмотрению Государя (защищая, тем не менее, в своих постановлениях неприкосновенность церковного имущества), правительство запретило епископам и монастырям вновь приобретать вотчины без предварительного царского дозволения, под страхом изъятия их в пользу Государя. Собор 1573 года постановил принимать вотчины, с согласия Государя, только бедным землею монастырям; а в 1581 г., на требование царем от церковного правительства пожертвований церковного имущества (по случаю истощения государства от войны), Собором было положено: монастырям и архиереям впредь не приобретать земель; завещанные земли возвращать родственникам завещателя за денежное вознаграждение в размере стоимости имущества, а если у него не окажется родственников, даже дальних, отдавать в казну, которая заплатит за землю деньгами; кто поступит вопреки этому, у тех отбирать землю в пользу Государя. Но эти распоряжения строго не выдерживались. Царь Алексей Михайлович своим Уложением подтвердил решительное запрещение увеличивать церковные вотчины и упразднил некоторые их привилегии; часть церковных земель была даже отобрана в казну.
Со времени Петра Великого окончательно отменяются имущественные привилегии церковных учреждений; церковные вотчины привлекаются наравне со всеми прочими (и даже более) к общим государственным обязанностям по платежам и отбыванию повинностей; церковное имущество и распоряжение им попадают под строгий контроль государственной власти (посредством особых учреждений, часто менявших свое название (Монастырский Приказ, Камер-Контора, Коллегия Экономии и пр.) и подведомственных то светскому, то церковному правительству); доходы от имущества становятся источником средств на удовлетворение различных государственных и общественных нужд (Даже и таких, как, напр., литье пушек, постройка триумфальных ворот, покрытие расходов на приказные палаты, устройство конных заводов (при Бироне) и т. п.). Наконец, в 1764 году (26 Февраля) церковное земельное имущество, с его доходами, включается в состав государственного имущества и поступает в ведение и пользование государства; церковным же учреждениям и архиереям назначено денежное вознаграждение от казны (по штатам) и надел землей в определенном количестве. При изложении действующего церковно-имущественного права в России мы рассмотрим: а) средства содержания церковных учреждений и способы приобретения этих средств; б) особые права и преимущества, предоставленные церковной собственности; в) управление церковным имуществом.