Страница 65 из 72
Блудник подвергался запрещению на 4 - 7 лет.) Вообще же, каноны предписывают, при назначении церковного наказания, соизмерять его с тяжестью греха и нравственным состоянием подсудимого, "не гнать его по стремнинам отчаяния (тяжестью наказания), но и не опускать узды на расслабление жизни и небрежение" (Трул. 102), - не делать кротость слабостью, ни строгость жестокой (Трус. 3), не связывать паутинными нитями то, что должно быть связано тремя канатами (Вальсамон). Предшествовавшее преступлению доброе поведение, вовлечение в грех насилием, добровольное признание в грехе и другие подобные обстоятельства должны облегчать наказание. За одно преступление запрещено налагать два наказания (Апост. 25). Назначенный срок и степень покаяния могут, по правилам Церкви, сокращаться и ослабляться, в зависимости от силы раскаяния и его плодов (Гр. Нисс. 8; Вас. Вел. 74; 1 всел. 12; Тр. 102, и др.), или, наоборот, увеличиваться при недостаточном раскаянии (Анк. 5). Запрещение снимается со всякого кающегося в случае смертельной опасности (Анк. 6; 1 всел. 13); но в случае его выздоровления оно продолжается до окончания назначенного срока (I всел. 13; Григ. Нисс. 5).
У нас духовное начальство поручает обычно священнику налагать на приговоренного к церковному наказанию соответствующую церковным правилам епитимию, по месту жительства виновного или по месту его ссылки, и наблюдать за исполнением епитимии. В некоторых случаях виновные отсылаются для прохождения церковного покаяния в монастырь, где и должны проходить назначенное настоятелем послушание. Такое наказание налагается или по Высочайшему повелению, или по приговору светского суда, взамен тюремного заключения, а также в случае безуспешности епитимии по месту жительства виновного. 2) Высшая и крайняя мера церковного наказания есть совершенное исключение виновного из церковного общества, полное лишение его всех церковных прав, так что он становится для Церкви, по словам Спасителя яко язычник и мытарь; иначе это наказание называется анафемой (Галат. 1, 8 - 9; 1 Кор. 16, 22; 5, 5; Тим 1, 20). Ему подлежат безбожники и отступники от веры, нарушители церковных правил, непокорные церковной власти, мятежники против государства и его власти, вообще - все закоснелые грешники, явно насмехающиеся над Законом Божьим и остающиеся нераскаянными (см. Дух. Рег. 2, 10). С исключенным из Церкви не должно быть никакого духовного общения (2 Иоан. 10 - 11; 1 Кор. 5, 11; 2 Сол. 3, 14). Впрочем, такое прекращение общения не должно переходить во враждебные отношения (2 Сол. 3, 15).
Исключенный из одной частной Церкви не принимается никакой другой частной Церковью. У нас это наказание (возможное, конечно, юридически) не налагается по каждому частному случаю, а заменяется тем, что в определенное уставом время (в неделю православия) в кафедральном соборе всенародно провозглашаются те постановления Церкви, противящиеся которым признаются исключенными из нее. Раскаявшиеся после исключения из Церкви принимаются в нее после публичного покаяния. Примечание. В случае прощения Высочайшей милостью преступника, который кроме уголовного наказания был приговорен к церковному покаянию, это последнее наказание не снимается с него прощением его вины, но прекращается или продолжается по усмотрению духовного начальства. Не подлежат церковные наказания и действию Всемилостивейшего манифеста. 3) Церковной власти несвойственно употреблять другие мирские наказания, такие как: лишение свободы, гражданских прав и других житейских благ. Прибегать к телесным наказаниям совершенно возбраняется духовным властям церковными правилами: "повелеваем, - говорят каноны, - епископа, или пресвитера, или диакона, бьющего верных согрешающих, или неверных обидевших, и через сие устрашати хотящего, извергати из священного чина" (Апост. 27).
"Подобает вразумляти неблагонравного наставлениями, увещаниями, иногда же и церковными епитимиями, а не устремлятися на тела человеческие с бичами и ударами" (Двукр. 9). Вообще, духовному суду должны быть чужды всякие насильственные действия. Когда выказывается непокорность церковной власти, вредная для церковного порядка, то Церковь может обращаться к светской власти с просьбой об ограждении этого порядка и обуздании непокорных (Ант. 5; Карф. 59 и 78; Двукр. 9). Существовавшие у нас, в первые времена, при церковном суде денежные взыскания (штрафы) были определены государственной властью (Уставом Ярослава), как гражданские наказания (в некоторых случаях сверх епитимии); той же властью впоследствии церковным властям было предоставлено право употреблять и другие нецерковные исправительные наказания (монастырское заключение, использование виновного на тяжелых работах, содержание в узах на хлебе и воде, иногда и телесные наказания).
Предметы суда
Если Церковь имеет власть судить за преступления против ее законов всех вообще своих членов, то тем более должны подлежать ее суду за свое поведение служители Церкви, в особенности, по делам своего церковного служения, независимо от того, подвергает ли их своему суду по этим делам мирская власть. Что же касается неподсудности духовных лиц светскому суду по их преступлениям, то она может быть только дарованной от государства привилегией, но не основывается на божественном праве, и каноны ничего не говорят об этой неподсудности. Если каноны запрещают клирикам судиться в мирских судах, а не у епископов (I всел. 9, Кар. 15 и 117), то эти правила имеют в виду такие жалобы и тяжбы, которые предоставлено было государством разбирать церковному суду (См. об этом выше). Наши законы (Уст. Дух. Кон. 148) относят следующие проступки и преступления духовных лиц исключительно к церковному суду: 1) Нарушение духовными должностными лицами их служебных обязанностей (напр., нарушения в отправлении священнодействий, в ведении церковных документов, в хранении и расходовании церковного имущества, в отношениях должностных лиц к прихожанам, в исполнении распоряжений духовного начальства и т. п.).
Но если преступления такого рода сопровождаются уголовными преступлениями, подвергающими виновных, по общим законам, лишению или ограничению прав состояния (напр., умышленный подлог, сокрытие следов преступления или намеренное содействие ему и т. п.), то такие действия подлежат светскому суду. 2) Нарушение правил благочинства и благоповедения. По своему особому положению, духовные лица подвергаются духовному суду и за такие проступки против благоповедения, которые общим мирским судом не преследуются, но не могут быть терпимы по каноническим правилам от служителей Церкви (напр., нетрезвая жизнь, карточные игры, посещение зазорных публичных мест, пляски и т. п.). К преступлениям против благоповедения следует отнести также и оскорбления, нанесенные кому-либо духовными лицами. Дела такого рода не могут быть обращены в гражданские иски или быть остановленными в суде примирением духовного лица с оскорбленным, коль скоро в поступке первого духовное начальство усмотрит противное достоинству духовного сана (Уст. Кон. 201, 202). Подсудность по обидам и оскорблениям церковному суду не распространяется на всех духовных лиц, но ограничивается одними священнослужителями и монахами, и, притом, - по отношению только к тем делам, с которыми не связано уголовное преступление и которые касаются частных лиц.
Оскорбления, хотя бы и частных лиц, в присутственных местах (а тем более - самих этих мест), печатное оскорбление или нанесение вреда чьей-либо чести, обиды с нанесением увечия и т. п. подвергают виновных духовных лиц светскому суду (Кас. реш. Сен. 1867 г. № 800 и 1863 г. №12; Опр. Св. Син. 4 Авг. 1882 г.; Уст. Конс. 201). Причетники направляются в светский суд за проступки против благочинства и благоповедения, предусмотренные в общих законах и совершенные вне церкви и служебных обязанностей; но, кроме того, причетники могут подлежать, как служители церкви, и мерам духовных взысканий. Все духовные лица подлежат светскому суду по всем тяжким уголовным преступлениям и в случае нарушения государственных постановлений, по которым существуют особые правила судопроизводства и взыскания, как то: притоносодержательство и укрывательство беглых, нарушение устава о питейном сборе, порубка лесов, неисполнение карантинных и таможенных постановлений (Уст. Кон. 149). Противоречия о подсудности между светскими судами и духовным судом по уголовным делам разрешаются Общим Собр. Кассационных Департаментов Сената, при надлежащем сношении со Св. Синодом (Уст. угол. Суд. 237-238); противоречия же о подсудности по гражданским делам - Общ. Собр. 1-го и Кассац. Департаментов после зачтения заключения Обер-Прокурора Св. Синода.