Страница 15 из 26
В общем, весь набор мероприятий, описанных в прогрессорской трилогии Стругацких.Так происходит цивилизаторское служение Империи – то, что Киплинг называл "бременем белого человека":Неси это гордое Бремя.Будь ровен и деловит.Не поддавайся страхамИ не считай обид…Неси это гордое Бремя –Ты будешь вознагражденПридирками командировИ криками диких племен:"Чего ты хочешь, проклятый,Зачем смущаешь умы?Не выводи нас к светуИз милой Египетской Тьмы!".Это служение состоит, в частности, в том, чтобы быть "удерживающим": если разбой – это не проступок нескольких людей, если он и в самом деле имеет культурные корни, то этим разбойным аспектам туземной культуры Империя должна объявить войну. Газетами, школами, Церковью. Если надо – и спецназом.Но стоит только Империи забыть, зачем она здесь, забыть о своем цивилизаторском назначении, ослабить давление, как следует новый взрыв.Постоянное давление есть путь к миру. Порою именно пушки способны проложить дорогу к переговорному столу. Военные операции уместны хотя бы потому, что только их успех может придать России в глазах чеченцев уважительный статус. Только с уважаемым оппонентом могут вестись переговоры, и только сильному кодекс чести горцев разрешает сделать уступки или подчиниться.Для диалога надо создать условия.
Истеричное требование мира во что бы то ни стало есть худшая подготовка к нему.Какой вариант действий сейчас уместнее – не мне решать.Пока от российско-чеченского конфликта веет безнадежностью. У современной России нет ресурсов для прогрессорской работы в Чечне. Но и просто уйти оттуда Россия уже пробовала. И что же? Чечня пришла к нам. Предложение наших пацифистов – установить границу по Тереку – вряд ли сработает: для земледельцев Терек это граница, а для кочевого сознания река – легкое препятствие на пути к славе и добыче. Я готов допустить, что Россия может и должна уйти из Чечни, раз ничего больше нельзя с ней сделать. Но вот готова ли Чечня оставить Россию в покое?В любом случае, первый шаг на пути решения любой проблемы – это осознание того, что она есть. В дипломатии признание наличия проблемы есть начало движения на переговорах. Поэтому табу, наложенное либеральной прессой на осмысление национальных и религиозных корней терроризма, должно быть, наконец, снято.Полагаю, кстати, что в чеченской проблеме национальное начало превалирует над религиозным.Мир ислама разнообразен не менее, чем мир христианства. Так что народ, обращающийся в ислам, вполне может выбирать, какое из его направлений сделать своим. Чеченцы старше ваххабизма. И чеченцам понравился именно ваххабизм.
Значит, не в религии надо искать объяснение их национального характера.То, что восточно-славянские племена впитали в себя византийский вариант христианства, а римский вариант оказался для них менее близким, – это, в некоторой степени, повествует о характере этих племен, который был им присущ в языческие времена. Точно так же и то, что чеченцы избрали мюридизм, а не стали обычными суннитами или шиитами, вероятно, во многом объясняется их предыдущей историей.Уместен ли вопрос о том, в какой мере характер русского народа обусловлен Православием? Конечно. Но тогда уместен и такой вопрос: какие национальные черты стушевал, а какие, напротив, подчеркнул ислам в национальных темпераментах и нравах северокавказских горцев. Тем более, что ислам они избрали совсем недавно – во времена Шамиля, в начале XIX века.Террористы, вовлекая в военные бедствия мирных жителей страны, по-своему правы: они понимают, что с ними воюет не та или иная дивизия, а именно Россия. В их глазах мы едины с нашей армией. Настала пора и нам осознать меру единства террористов с их народом [XXXVII].
Кроме нас на свете много других
Жаль, что у CNN нет постоянных корпунктов в горных аулах Чечни. Иначе весь мир увидел бы сцены подобные тем, что так шокировали его год назад: ликующие палестинцы, стихийно (это самое главное: где стихийность – там искренность и честность, то есть там та роскошь, которую не могут себе позволить "официальные представители") изливающие свою радость по поводу успеха террористов в Нью-Йорке [XXXII].Зато, по свидетельствам московских заложников, сами террористы вели себя на удивление сдержанно, уравновешенно, корректно. Что означает это их спокойствие? Прежде всего, это свидетельство об убеждении самих террористов, что совершаемое ими в высшей степени нормально.Итак, вновь перед нами вопрос о норме: что же считается нормой в той или иной культуре, и как могут жить рядом друг с другом, а тем более в одном государстве, народы, у которых диаметрально противоположные представления о том, что "нормально" в отношениях между людьми.Страусиная политика ничем не поможет: никуда не уйти от вопроса о корнях терроризма в самой национальной традиции тех или иных горских племен [XXXIII].Чтобы умерить накал эмоций, нужно осознать, что произошедшее в Нью-Йорке и в Москве в начале ХХI века вполне обыденно с точки зрения мировой истории. Просто прорвался наружу один из ее главных конфликтов: конфликт скотоводов и земледельцев.
У них довольно разные ценности хотя бы потому, что земледелец привязан к своей земле, и стабильность воспринимается им как ценность. Напротив, для скотовода, которому все время нужны новые пастбища, смена места и отвоевывание новых угодий – это естественная составляющая его образа жизни. Поскольку и ремесла у скотоводов развиты меньше, чем у земледельцев, то регулярное посещение оседлых "супермаркетов" кочевнику просто необходимо.Конфликт этот проходит через всю историю человечества, начиная с противостояния Древнего Египта ливийцам и его капитуляции перед гиксосами. В шумерском языке "ад" обозначается словом "кур", которое буквально означает "горы" [XXXIV].В большинстве мифологий преисподняя связывается с подземным миром, но у шумеров – с горами. Похоже, горцы "достали" обитателей низин всерьез. Скалы, нависавшие над Междуречьем (в том числе и Кавказ), являли шумерам лик смерти. У нас в университетах говорят, что древнейшая цивилизация возникла именно в Междуречье потому, что земледелие в этом регионе (где необходимы систематические и обширные ирригационные работы) требовало хорошей организации труда. Но, может, причиной раннего развития сильной власти было и то, что только крепкое, сплоченное государство могло сопротивляться набегам горцев?А по другую сторону Кавказа – Кубань. Плодороднейшие земли планеты.
Но почему же за последнее тысячелетие здесь не было земледельческих цивилизаций? Почему эта земля была заброшена и не обрабатывалась, пока там не появились русские крепости, казачьи поселения, станицы и заставы? Отчего эти черноземы так долго оставались пустошью? Не является ли заброшенность этой земли следствием того, что рядом были горцы, которые считали в порядке вещей жить за счет набегов на соседей [XXXV]?Так как же возможно сосуществование двух настолько разных культур? Да, все мы хотим мира. Но как он должен выглядеть, представляем очень по-разному. Например, с точки зрения земледельческих народов, в том числе и русского, мир возможен на условиях стабильности. То есть мы занимаемся своими делами на своей земле, а вы – наши соседи. Вот по этой реке – граница; мы не вмешиваемся в ваши дела, а вы в наши. Иногда обмениваемся продуктами нашей деятельности.Но боюсь, что, с точки зрения скотоводческих народов, такое условие пригодно только для перемирия, а не для мира. Ведь с их точки зрения, наша территория – это естественная часть их хозяйственного ареала, куда они могут прийти и забрать то, что им нужно. "Все возьму, – сказал (хас)булат"…По понятиям земледельцев, для бесконфликтной жизни достаточно соседей оставить в покое. По понятиям скотоводов-кочевников, успокоенные соседи есть беззащитная, законная и вкусная добыча [XXXVI].
У скотоводов и земледельцев разные "предрассудки". Вы ничего кочевникам не докажете – тут цивилизационная несовместимость. Земледельцы не могут сказать соседям-кочевникам: "Вы живите по своим уставам, а мы – по своим".…Пал я как-то жертвой рекламы. Новый фильм Соловьева "Нежный возраст" получил хорошее освещение в прессе. И когда его показ был объявлен в телепрограмме, я решил предаться созерцанию. Не могу сказать, что фильм меня увлек. Но вдруг один кадр всецело затащил меня в телеэкран: там показывали дом, в котором я живу. И в том же эпизоде один персонаж спросил другого: "А ты в милицию не пробовал обратиться?". И услышал в ответ: "Да ты что? Это же Юго-Запад! Здесь государства нет. Здесь одни чечены!". И это – правда.Летом 2002 года "чечены" прямо под окнами моего дома установили кафе-тент (для ориентации на местности: это в полукилометре от того Мак-Дональдса, у которого чеченские же террористы взорвали машину за пару дней до захвата Норд-Оста). Громкая музыка завлекала прохожих и услаждала посетителей (или, в их отсутствие, бармена) до глубокой ночи.