Страница 49 из 53
Глава III. Терновник и агнос — символ девства. — Четыре Евангелия, т. е. провозвестия или правила, руководящие ко спасению.
Терновник есть тоже, что агнос; одни называют его терновником, а другие агносом; и может быть по сродству этого растения с девством, оно так названо — терновником и агносом, терновником (ράμνος) по терпкости (στερέμνίον) и непригодности к удовольствиям, а агносом (αγνος) по всегдашней девственности (αγνεύειν). Посему и об Илии, убежавшем от женщины Иезавели, Слово (Божие) говорит, что он сначала скрылся под терновником (3 Цар. 19:4), и быв услышан укрепился и принял пищи; потому что для избегающих похоти и женщины, т. е. удовольствия, прибежищем и покровом возросло древо девства, со времени пришествия Перводевственника Христа воцарившееся над людьми. Ибо, так как первые законодательства, данные при Адаме, Ное и Моисее, не могли спасти человека, то одно Евангельское законодательство спасло всех. Поэтому смоковница, как сказано, и не приняла царства над деревьями, под которыми разумеются люди, а под смоковницей заповедь; т. е. хотя человек после падения и желал опять быть под господством добродетели и не лишаться нетления сладостного рая, но, за преступление был отринут и изгнан далеко, как еще не имевший возможности и неспособный быть под господством нетления. И вот после падения ему сначала посылается проповедь чрез Ноя, дабы он мог, если бы был внимателен, спастись от греха хотя чрез эту заповедь, обещавшую отдохновение от бедствий и радость (Быт.
5:20), если бы он соблюдал ее всеми силами, подобно как и виноградная лоза обещает произвести вино для трудящихся и возделывающих ее. Но это законодательство не воцарилось над человечеством, потому что его не послушались, хотя Ной ревностно проповедывал его. Впрочем, когда стали уже потопляться и задыхаться от воды, то начали раскаиваться и обещать, что они будут подчиняться заповедям; но не смотря на это были лишены воцарения, т. е. лишены помощи от проповеданной заповеди потому, что пренебрегли теми людьми, которым Бог повелел помогать и спасать и утешать их, как то Ноем и бывшими с ним, почему Дух с укоризною и отвечал им: упорные, как приду я к вам, которые бесплодны мудростью и ничем не отличаетесь от сухих дерев, прежде не веровав мне, проповедывавшему удаление от настоящих (благ)?
Глава IV. Закон недействителен для спасения. — Последний закон девства под видом терновника.
Когда, таким образом, и эти люди оказались недостойными Божественного попечения, и когда род человеческий снова впал в заблуждение, Бог опять послала при Моисее закон, который бы царствовал над ними и напоминал о правде. Но они, далеко уклонившись и от него, впали в идолопоклонство. Посему Бог предал и их междоусобиям, изгнаниям и пленениям, между тем как закон отказался спасать их. Подвергшись бедствиям, они опять с горестью обещали повиноваться заповедям, пока наконец Бог в четвертый раз, сжалившись над человеком, послал для царствования девство, которое в Писании последовательно названо терновником. Оно, истребляя удовольствия, вместе с тем угрожает, что, если все не будут повиноваться ему беспрекословно и по истине, то оно всех истребить огнем; потому что после него уже не будет другого закона или учения, но суд и огонь. С того времени наконец человек и начал поступать праведно и твердо веровать в Бога и удаляться от диавола. Таким образом девство послано людям как полезнейшее и надежнейшее средство. Только ему одному диавол не мог противопоставить подобного способа обольщения, как (он делал) с прочими законодательствами.
Глава V. Подражательная во всем злоба диавола. — Два рода смоковниц и виноградных лоз.
Так как смоковница по сладости плода и красоте своей, как я сказала, принимается за образ райской сладости, то диавол, обольстив человека подобиями ее, уловил его в свои сети, внушив прикрыть наготу тела листьями смоковницы, т. е. сладострастным раздражением, вследствие раздражающего свойства их. А затем спасшихся от потопа, напоив до опьянения питьем подобным винограду духовного веселья, он также подверг осмеянию, обнажив человека от добродетели. Сказанное мною еще яснее будет из следующего. Вражеская сила всегда подражает внешнему виду добродетели и правды, не для исполнения их по истине, а для обольщения и притворства. Дабы увлечь к смерти избегающих смерти, она украшается внешним видом бессмертия. Так, она хочет казаться и смоковницею и виноградом, производить и сладость и веселье, принимая вид Ангела света (2 Кор. 11:14) и подобием богопочтения обольщая многих. В Писаниях мы находим, что есть два различных рода смоковниц и виноградных лоз. Смоквы хорошия весьма хороши, и: смоквы горькия, весьма горьки (πικρά, — Иер. 24:3) [99]. Вино, которое веселит сердце человека (Пс. 103:15), и: вино яд драконов и гибельная отрава аспидов (Втор. 32:33).
Но как скоро наконец воцарилось над людьми девство, то обольщение обличено и препобеждено, так как Перводевственник Христос ниспроверг его; и истинная смоковница и истинная виноградная лоза стали приносить плоды после того, как над всеми приняло власть девство, как возвещает и пророк Иоиль: не бойся земля, говорит он, радуйся и веселись; ибо Господь велик, чтобы совершить это. Не бойтесь животныя, ибо пастбища пустыни произрастили траву, дерево принесло плод свой, смоковница и виноградная лоза оказали свою силу. И вы, чада Сиона, радуйтесь и веселитесь о Господе Боге вашем; ибо Он дал пищу в правду (Иоил. 2:21–23) [100]. Деревами виноградным и смоковничным, произрастившими для чад духовного Сиона плоды в правду, он называет прежние законодательства, которые стали приносить плоды по вочеловечении Слова, когда воцарилось над нами девство, между тем как прежде, по причине греха и великого заблуждения, они были бессильны и не произращали отраслей. Ибо истинная виноградная лоза и истинная смоковница не могли доставлять нам пищу, способствующую к жизни, пока процветала смоковница не истинная и разнообразно украшенная для обольщения; когда же Господь иссушил ложные и подражавшие истинным дерева, сказавши горько–плодной смоковнице: да не будет впредь от тебя плода во век (Мф. 21:19), тогда истинно плодоносные расцвели и произрастили пищу в правду.
Случается и многократно, что виноградная лоза прилагается к Самому Господу (Ин. 15:1), а смоковница к Духу Святому, так как Господь веселит, а Дух врачует сердца людей. Посему и Езекии повелено было сначала приложить себе пласт смокв (4 Цар. 20:Ис. 38:21), чтобы исцелиться, что означает плод Духа, т. е. любовь, по словам Апостола, который говорит: плод же Духа — любовь, радость, мир, долготерпение, благость, вера, кротость, воздержание (Гал. 5:22–23), которые, по причине сладости их, пророк назвал смоквами. И Михей говорит: каждый будет сидеть под своею виноградною лозою и под своею смоковницею, и никто не будет устрашать их (Мих. 4:4). Очевидно, что прибегшие и успокоившиеся под покровом Духа и Слова не будут страшиться и бояться возмутителя сердец.
Глава VI. Тайна видения пророка Захарии.
Что маслина означает законодательство, данное при Моисее, это объясняет пр. Захария, говоря так: и возвратился тот Ангел, который говорил со мною и пробудил меня, как пробуждают человека от сна его, и сказал он мне: что ты видишь? и отвечал я: вижу, вот светильник, весь из золота, и чашечка для елея на верху его, и две маслины, — одна с правой стороны чашечки, другая с левой стороны ея (Зах. 4:1–3). И спустя немного: когда пророк спросил, что значат две маслины с правой и с левой стороны светильника и две масличные ветви близ двух трубочек, то Ангел сказал в ответ: это два помазанные елеем, предстоящие Господу всей земли (Зах. 4:4), называя так две первородные силы, предстоящие Богу [101], которые в этом доме (ст. 9–10) посредством ветвей мерно проводят духовный елей Божий, чтобы он имел свет Божественного ведения. Ибо две ветви двух маслин суть закон и пророки, которых призвание состояло в мерном устроении наследия и которых произрастил Христос и Дух Святый, потому что мы еще не могли вместить всего плода и величия этих растений прежде, нежели девство стало владычествовать и царствовать над миром, а только ветви их, т. е. закон и пророчества мы предварительно возделывали, и притом умеренно, часто подвергаясь падениям. Подлинно, кто мог когда–либо совершенно вместить Христа или Духа, не сделавшись наперед чистым?