Страница 21 из 106
«Мы пришли, — сказали они, — к тебе, потому что ты глава всех». Сказал и он им: «Я тоже отлучаю вас, вы отлучены». Тогда они пришли оба в недоумение, говоря: «Каждый из них угождает другому, потому что они встречаются друг с другом на соборах, но пойдем к святому Божьему Епифану, епископу Кипра, потому что он пророк и не будет лицеприятен». Когда они приблизились к его городу, ему было открыто о них, и он послал им (навстречу и сказал: «Не входите в град сей». Тогда они, пришедши в себя, сказали: «Поистине мы согрешили. Так зачем же мы оправдываем самих себя, будто они несправедливо отлучили нас, когда также (решил) и сей пророк, ибо Бог открыл ему о нас». И много обвиняли себя за то, что сделали. Тогда сердцеведец Бог, зная, что они поистине обвиняли себя, открыл об этом апе Епифанию. Пославши за ними, он привел их к себе и, утешивши, принял в общение и написал архиепископу Александрийскому так: «Прими чад твоих, ибо они искренно раскаялись»». Старец же сказал: «Вот это‑то и есть исцеление человека, и сего хочет Бог от человека, чтобы человек грех свой возлагал на себя и просил Бога». Брат, услышавши сие, поступил по слову старца и, пошедши, постучал в двери брата. Тот же, как только почувствовал его вне, первый принес пред ним раскаяние и тотчас отворил двери. Они от души обняли друг друга, и был у них мир великий).
183. (Случилось однажды апе Памбо идти с братьями по стране Египетской и, видя некоторых мирян) сидящими, сказал он им: «Встаньте и приветствуйте монахов, чтобы вы получили благословение, ибо они говорят с Богом во всякое время, и их уста святы».
184. Говорили об апе Папнуте, что он не любил пить вино. Идя однажды, он набрел на разбойничью шайку и нашел их пьющими. Узнал же его тот, который был главарем, и, зная, что он не пьет вина, увидел, что он в великом изнурении, и наполнил чашу вином, причем меч был в его руке, и сказал старцу: «Если не выпьешь, я убью тебя». Знал же старец, что он желает исполнить заповедь Божью, и, желая принести ему пользу, взял и выпил (вино). Главарь разбойничий покаялся, говоря: «Прости меня, мой отец, что я принудил тебя». Сказал ему старец: «Я верую Богу, что Он сотворит тебе милосердие в этой жизни и грядущей». Сказал ему начальник разбойников: «Я верую Богу, что отныне я никому не сделаю зла». Старец же приобрел себе шайку всю, потому что отказался от своей воли ради Бога.
185. Говорил апа Иперехий: «Спасай ближнего твоего от греха всей силой, без поругания, ибо Бог не отвергает тех, кто обращается к Нему. Не помещай в твое сердце злое и лукавое слово против твоего брата, чтобы ты мог говорить: «Прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам [70]».
186. Один подвижник увидел некоего одержимого, который не мог поститься. (Движимый) любовью Божьей, не ища своей пользы, но пользы другого, он помолился, чтобы демон оставил того и вошел в него.. И тот стал свободным от мучения. И таким образом Бог услышал его. Вместо этого (человека) демон обременил подвижника. Он длил весьма посты и молитвы и увеличивал подвижничество. Ради же его любви Бог спустя немного дней изгнал из него демона.
187. Были два брата в келье. Один из них, старец, просил юношу: «Будем жить друг с другом». Он же сказал: «Я грешник и не могу жить с тобой, апа». Старец просил его: «Да, ты можешь». Старец же был чист и не желал слышать, что есть монах, в котором помысел блудный. Сказал брат: «Подождем неделю и (затем) еще поговорим (об этом)». Пришел старец (через неделю), и брат, желая испытать его, сказал ему: «Я впал в великое искушение в эту неделю, мой отец, ибо я пошел для служения в деревню и пал с женщиной». Сказал старец: «Есть покаяние?». Сказал брат: «Да». Сказал старец: «Я понесу с тобой половину греха». Сказал брат: «Мы сможем жить друг с другом». И они пребывали друг с другом, пока не умерли.
188. Говорил один старец: «Если кто попросит у тебя какую- либо вещь и ты не принудишь себя дать ее охотно, пусть твой помысел будет склонен к тому, чтобы дать то, что ты дашь, согласно тому, как написано: «Если кто принудит тебя (идти) одну милю, иди с ним две» [71], а именно, если кто попросит у тебя какую‑либо вещь, дай ее от всего твоего сердца и твоей души».
189. Говорили об одном из братьев, что он изготовлял корзины и приделывал к ним ручки. Он же услышал, как его сосед говорит: «Что мне делать, потому что скоро продавать, а у меня нет ручек, чтобы приделать к моим корзинам». Он же пошел, отвязал ручки, которые он приделал к своим корзинам, и принес их брату, (говоря): «Вот у меня есть лишние, возьми их и приделай к твоим корзинам». И он (таким образом) дал делу своего брата продвинуться, а свое оставил.
190. Говорили об одном старце в Скиту, что он был болен и захотел съесть немного свежего хлеба. Услышал (об этом) один из братьев–подвижников, взял свою милоть, наполненную сухими хлебами, пошел в Египет [72], обменял их и принес старцу. Он увидел их (еще) теплыми и подивился. Старец не хотел есть (их), говоря: «Кровь это этого брата». И просили его старцы, говоря: «Ради Господа, ешь, чтобы жертва брата не была напрасной». И когда они уговорили его, он поел.
191. Некий брат спросил одного старца: «Есть два брата. Один уединяется в своей келье, постясь шесть (дней в неделю) и утруждая себя весьма, другой же служит больному. Дело кого из них более угодно Богу?». Сказал ему старец: «Если тот, который постится шесть (дней), подвесит себя за ноздри, он (все равно) не сможет сравняться с тем, который служит больному».
192. Один из братьев спросил одного старца: «Каким образом некоторые изнуряют себя в (своем) образе жизни и (все же) не получают благодати, как древние?». Сказал старец ему: «В то время была любовь, и каждый влек ближнего своего ввысь. Теперь же, когда любовь охладела, каждый влечет ближнего своего вниз. Из‑за этого мы и не получаем благодати».
193. Пошли однажды три брата на жатву и взяли себе шестьдесят арур [73]. Один из них в первый же день заболел и вернулся в свою келью. И сказал один из двух своему соседу: «Брат, ты видел, что брат заболел. Принудь твой помысел немного, и я тоже немного, и мы верим, что его молитвами мы сожнем (и) его долю». Когда работа закончилась, они пришли получить плату и позвали брата, говоря: «Иди, получи свою долю из платы». Он же сказал им: «Какая плата? Я не жал». Они сказали: «Но твоими молитвами жатва была нам. Иди, получи твою плату». Тогда большой спор случился между ними, этот говорил: «Я не смогу взять», эти же не переставали (настаивать), говоря: «Непременно он должен взять». Они пошли, чтобы их рассудил главный старец. Сказал ему брат: «Мы пошли втроем, чтобы жать. Когда мы пришли на поле, я в первый же день заболел, и вернулся в мою келью, и не провел ни одного дня в жатве, а братья заставляли меня взять плату, которую я не заработал». Сказали братья: «Мы пошли на жатву втроем и взяли шестьдесят арур, и если бы мы были втроем, то сжали бы их с трудом. Молитвами же брата мы сжали (все это) вдвоем. Мы говорим ему: «Иди и получи твою плату», а он не хочет». Старец, когда услышал эти (слова), подивился и сказал: «Стучите (в било), пусть соберутся все братья». Когда они собрались, сказал он им: «Придите, братья, и выслушайте суд праведный». И старец рассказал им обо всем деле.
Брат был отослан, чтобы он рассчитался, чтобы получить свою долю платы. Брат же пошел, плача и сокрушаясь.
194. Говорил один старец: «Обычай наших отцов — посещать новоначальных монахов (букв, «растения новые», «молодые посадки»), приходящих, чтобы пребывать в одиночестве по своему желанию, (проверяя), в каком состоянии они находятся, чтобы не был искушен кто‑либо из них демонами, повредившись умом. Если же находили кого‑либо из них, что он повредился, доставляли его в церковь, ставили сосуд для омыва- ния ног и молились за страждущего, и все братья омывали свои ноги, и поливали его (этой) водой, и тотчас исцелялся брат.
195. Были два брата много лет в одном месте и никогда не спорили друг с другом. (Сказал же один другому: «Сделаем и мы распрю, как другие люди». Он, отвечая, сказал брату: «Не знаю, какая бывает распря». Он сказал ему: «Вот я кладу кирпич посредине и говорю: «Он мой, а ты говоришь: «Нет, мой. Это и будет началом». И сделали так. И говорит один из них: «Это мой». Другой же сказал: «Нет, мой». И сказал первый: «Да, да, он твой, возьми и ступай». И разошлись, и не могли вступить в распрю между собою). И они пребывали в мире до дня их кончины [74].
196. Некий брат спросил одного старца: «Если я вижу брата, о котором я слышал, что он совершил грех, мне неприятно принять его в свой дом. Если же я вижу брата доброго, я принимаю его, радуясь». Сказал старец: «Если ты делаешь малое добро доброму, то делай и другому [75], ибо он больной».