Страница 11 из 106
При ссылках на греческий текст сАпофтегм» мы имеем в виду алфавитную версию, изданную Минем (7. — P. Migne. Patrologia graeca, 65. Париж, 1864). Две дошедшие до нас греческие рукописи тематической версии, хранившиеся в Москве в Синодальном собрании, не изданы, но существует перевод одной из них (частично дополненный из второй) на русский язык («гДревний Патерик, изложенный по главамПеревод с греческого. 3–е изд., М., 1899; в ссылках — Патерик). Мы пользуемся им для дополнений и вставок в не полностью сохранившиеся коптские апофтегмы. Эти вставки даются в круглых скобках, без специальных указаний. Прочие дополнения, не из Патерика, указываются в сносках. При ссылке на латинский текст имеется в виду перевод, сделанный в VI в. римскими диаконами Пелагием и Иоанном и изданный Минем J. — P. Migne. Patrologia latina, 73. Париж, 1879; в ссылках обозначается как ПИ).
В дополнение переведены также рассказы о Макарии Великом, или Египетском, выборка которых из алфавитной версии ^Изречений» в переводе на бохайрский диалект содержится в коптской рукописи, хранящейся в Ватикане и изданной Аме- лино (В. Amelineau, Histoire des monasteres de la Basse — Bgypte. Париж, 1894, с. 203—234). Там всего 34 апофтегмы, из которых здесь дается перевод двадцати шести (№№ 300— 325), поскольку остальные восемь в тематической версии есть.
1. (Один, старец рассказывал, что некий брат желал удалиться в пустыню, но ему не позволяла родная мать. Он не оставлял своего намерения,) говоря: «Я хочу спасти мою душу». Она же старалась удержать его, (но) не смогла. После этого она отпустила его. Когда он пошел и сделался монахом, он впал в нерадение и проводил свою жизнь дурно. Случилось же, когда его мать умерла, спустя некоторое время и он заболел великой болезнью, так что случилось ему, в экстазе, быть повлеченным на суд, и он нашел свою мать там, вместе с судимыми. Она, увидев его, изумилась и сказала ему: «Что это, мой сын, что ты пришел тоже в это место, чтобы и тебя судили? Где твои слова, сказанные тобой: «Я хочу спасти мою душу?». Он устыдился того, что услышал, и стоял опечаленный, не смея ничего сказать ей в оправдание. По определению же Бога человеколюбца случилось, что он исцелился от болезни после того, как видел (видение). Он покаялся в своем сердце с тех пор, как это посещение было ему от Бога. Он стал затворником после этого и сидел, направив помыслы на свое спасение и оплакивая то, что он совершил сначала в нерадении. Сокрушение его было таково, что многие уговаривали его успокоиться, чтобы он не повредил (себе таким) обилием слез. Он же не хотел утешиться, говоря: «Если я не мог вынести укора моей матери, как я вынесу позор в день суда перед Христом и всеми Его ангелами?».
2. Говорил некий старец: «Если бы души людей могли умереть от страха после воскресения и при пришествии Бога, мир бы умер от ужаса и трепета. Каково видеть небеса разверзающимися, и Бога, являющимся в гневе и ярости с бесчисленным множеством ангельских воинств, чтобы все человечество видело это? Поэтому надлежит нам думать так, как если бы мы должны были давать отчет Богу ежедневно, потому что от нас потребуют ответа за то, что мы сделали в течение жизни».
3. Некий брат спросил одного старца: «Мой отец, почему мое сердце жестко и не боится Бога?». Сказал старец: «Я думаю, что если человек заключит в своем сердце порицание (себе), он приобретет страх Божий». Сказал брат ему: «Что есть порицание?». Сказал старец: «Чтобы человек порицал свою душу во всяком деле, говоря ей: «Помни, что неизбежно нам предстать пред Богом» и говоря еще: «Что мне до людей?». Если кто‑либо будет следовать этому, придет к нему страх Божий».
4. Говорил апа Поймен: «Некий брат сказал апе Паэсе: «Что мне делать с моим сердцем, ибо оно жестко и я не боюсь Бога?». Он сказал ему: «Ступай и пристань к брату, боящемуся Бога, и благодаря (бого) боязни этого (брата) ты тоже убоишься Бога».
5. Некий человек спросил одного старца: «Почему, когда я сижу в моем жилище, мое сердце бродит повсюду?». Ответил ему старец: «Потому что больны твои чувства внешние: зрение, слух, обоняние, речь. Если же ты направишь их деятельность на чистоту, то чувства внутренние будут в покое и здравии».
6. Некий человек спросил одного старца: «Почему я сижу в моем жилище и падаю духом?». Он ответил ему: «Потому что ты еще не постиг ни покой, на который мы надеемся, ни муку будущую. Если бы ты постиг это твердо, и если бы твое жилище было полно червей, так что они доходили бы до твоей шеи, ты бы оставался в них, и терпел их, и не падал духом».
7. Некий старец увидел одного человека смеющимся и сказал (ему: «Пред небом и землею мы должны отдать Богу отчет во всей своей жизни — и ты смеешься!»).
8. (Апа Иперехий сказал: «Как лев страшен) для диких ослов, таков и монах превосходный для помыслов похотливых».
9. Он говорил еще: «Пост — узда монаха, борющегося с грехом. Кто сбрасывает ее, тот жеребец женонеистовый».
10. Он говорил еще: «Тело иссушенное монаха извлекает душу из бездны низменной и иссушает наслаждение посредством поста».
11. Он говорил еще: «Монах целомудренный увенчан на земле, и на небесах он увенчан перед Богом».
12. Он говорил еще: «Монах, не сдерживающий своего языка» особенно во время гнева, такой монах не возобладает ни над какой страстью никогда».
13. Он говорил еще: «Не произноси никакого слова дурного из твоих уст, ибо виноградная лоза не производит терния».
14. Он говорил еще: «Хорошо есть мясо и пить вино, но не снедать плоть твоих братьев злословием».
15. Он говорил еще: «Змий соблазнил Еву, так что она была изгнана из рая. Тот, кто оговаривает своего брата, подобен этому (змию), ибо губит душу слушающего и свою также не спасает».
16. Праздник был однажды в Скиту [1], и дали чашу вина одному старцу. Он сказал: «Уберите от меня эту смерть». Когда же прочие, ядущие вместе с ним, увидели (это), они не приняли (вина).
17. Принесли еще меру вина нового, чтобы дали его братьям по чаше каждому. Один из братьев взбежал на беседку — он убежал от этого (т. е. от раздачи вина)—и тотчас рухнула беседка. Пришли же посмотреть (что случилось) из‑за шума, который произошел, нашли брата поверженным на земле и стали стыдить его, говоря: «Ты тщеславен, хорошо, что это случилось с тобой». Старец же защитил его, говоря: «Оставьте моего сына, ибо благое дело он совершил. Как жив Господь, да не отстроят эту беседку в мое время, чтобы мир весь знал, что беседка рухнула в Скиту из‑за чаши вина».
18. Некий брат был охвачен гневом на одного человека. Он стал на молитву и просил о даровании долготерпения к своему брату и о миновании искушения без следа. И тотчас увидел дым, исходящий из его рта. Когда же это случилось, он перестал гневаться.
19. Отправился однажды пресвитер Скита к архиепископу александрийскому. Когда он возвратился в Скит, спросили его братья: «Что это за город?». Он сказал им: «Поистине, мои братья, я не видел лица ни одного человека, кроме архиепископа». Они же, услышав это, укрепились благодаря (этому) слову, чтобы остерегаться развлечения для глаз.
20. Говорил некий старец: «Диавол обычно усиливает недостатки монаха. Если привычка пребывает с ним долгое время, она крепнет и становится сильной, как природное свойство. Особенно (подвержены этому) те, кто наиболее беспечен. Кушанья, которые ты находишь приятными для утробы — не давай их ей, особенно будучи здоровым, и того, что ты будешь желать, не ешь этого. Но ешь то, что Бог послал тебе, и благодаря Его во всякое время. Мы приобрели хлебы монахов и весь их покой, дело же монахов не выполнили. Скажи себе самому: «Брат, приобрети себе печать Христа, а именно смирение»».
21. Один из старцев пошел к другому старцу, и тот сказал своему ученику: «Приготовь нам немного чечевицы», и тот приготовил ее. Он сказал: «Размочи хлебы нам» [2], и тот размочил их. Они же пребывали, говоря о духовных делах весь день и всю ночь. (Старец говорит опять ученику своему: «Чадо, свари нам немного чечевицы». «Я вчера еще сварил», — отвечал ученик. И вставши, они начали есть).
22. (Рассказывали об апе Агафоне, что он с учениками довольно долго занимался строением кельи. Выстроивши келью, они перешли в нее жить. Но в первую же неделю апа Агафон увидел здесь что‑то неполезное для себя и сказал ученикам своим: «Встаньте, пойдем отселе!». Ученики сильно смутились и сказали: «Если у тебя было твердое намерение перейти отселе, то дЛя чего мы понесли такой труд, строив келью? И люди соблазнятся нами и станут говорить: «Вот эти непостоянные опять перешли на другое место!»». Видя их малодушие, апа говорит им: «Пусть некоторые соблазнятся, но другие получат назидание и скажут о нас: «Блаженны они, ибо ради Бога переселились и всё презрели»». Тогда ученики поверглись на землю и умоляли его, доколе не получили позволения) идти вместе с ним.