Страница 3 из 41
Ныне мощи преп. Герасима почивают в соборном храме обители его[xiii].
Св. преподобномученика Акакия нового
Св. преподобномученика Акакия нового, пострадавшего от турок в Константинополе, в 1816 г. (См. Афонск. патерик, ч. II, стр. 214).
Празднование Царевококшайской иконе Жен Мироносиц
Стрельцы и жители Царевококшайска в 1648 году устроили в семи верстах от своего города монастырь по случаю явления на том месте, 1-го мая 1647 г., иконы Жен Mиpoносиц, которая и поныне славится чудотворениями.
2-ГО ЧИСЛА.
Страдание св. мучеников: Еспера, Зои, Кириака и Феодула
Христианское семейство: Еспер и Зоя и дети их Кириак и Феодул, родом из Фригии, были проданы в рабство одному богатому Римлянину, именем Катулу язычнику. В продолжение нескольких лет Еспер и Зоя усердно служили господам своим, помня и свято соблюдая слова Апостола: "Рабы, во всем повинуйтесь господам вашим по плоти, не в глазах только служа им, как человеко-угодники, но в простоте сердца, боясь Бога. И все, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для людей, зная, что в воздаяние от Господа получите наследие, ибо вы служите Господу Христу!" (Кол. 3:21—24).
В том же духе смиренного подчинения своей участи воспитывали эти Боголюбивые люди и детей своих Кириака и Феодула.
Между тем, придя в возраст, дети стали тяготиться тем, что им приходилось жить с язычниками и таить от них свою веру.
— Уйдем от нечестивых, — говорили они своей матери, — ведь сама же ты научила нас Священному Писанию, в котором сказано, чтобы удаляться от нечестивых... и зачем скрываем мы от них нашу веру? Не лучше ли смело высказать господину нашему, что мы христиане? Если он убьет нас, то мы знаем, что нам предстоит вечная жизнь с Христом Богом. Чего же бояться нам?
И не смотря на то, что Зоя, опасаясь, что дети ее еще слабы для исповеднического подвига, удерживала их в их святом рвении, Кириак и Феодул, встретившись однажды с господином своим, объявили ему, что они христиане... — "Души наши принадлежат Господу, — сказали они ему, — ты же не властен над нами, но только над нашими телами"...
Безумными показались эти слова тому, кто и не слыхал никогда о власти Владыки Небесного, — и Катул вознамерился испытать при удобном случае, что за люди рабы его и в какой вере, воспитаны их дети. Уж не принадлежат ли они к числу ненавистных христиан, которые отвергают богов?
Скоро представился случай разъяснить недоумение господина относительно рабов своих. У Катула родился сын. Это радостное событие должно было, по обыкновению языческому, отпраздновать торжественным жертвоприношением богам. В домашнем пире участвовали и слуги, вкушая от жертв идольских; таким образом, и рабам, неизвестным до сих пор христианам, предложены были мясо и вино от жертвоприношения. Но как могли они прикоснуться к этой пище, оскверненной обрядом в честь языческих богов?
— Господи Боже! будь с нами! — тихо промолвила Зоя, — кроме Тебя, другого Бога не знаем. Утверди нас в этом исповедании! — и с этими словами вылила вино и выбросила мясо на землю, и, зная, что ожидает ее за этот поступок, с грустью, но вместе и с твердостью обратилась к мужу и детям:
— Не убоимся гнева Катула и мук, которым он предаст нас... Вытерпим их мужественно и соединимся все в царствии Христа Бога нашего! — сказала она им.
Не замедлило исполниться ожидаемое ею. — На кого вы надеялись, что дерзнули так оскорбить святыню? — с гневом спросил у своих рабов господин, приказав привести их к себе, как только узнал о поступке Зои.
— Надежда наша — Иисус Христос, Сын Бога Живого! — с твердостью отвечали христиане.
— Увидишь, как Он спасет твоих сыновей, когда я повелю предать их мучениям! — сказал язычник и велел истязать юношей.
— Будьте мужественны! терпите! — укрепляла их мать, с твердостью смотря, как палачи стругают острым железом обнаженные тела детей ее.
— Мы не страдаем... Пусть изобретут мучения более чувствительные... — говорили юноши в своем святом возбуждении.
Ожесточенные удары и сожжение в огне всего христианского семейства было отзывом на, эти слова со стороны зачерствелого язычника, и — четырьмя новыми жертвами — победами увенчалась вера Христова.
Страдания мучеников совершились в Атталии Памфилийской в царствование Адриана (117 — 138).
Преставление благоверного князя Бориса-Михаила Болгарского
Правление князя Бориса, сына Звинича-Пресиама, третьего внука Грубошева[xiv], омрачалась несчастьями во все то время, пока оставался он язычником. Все, что ни предпринимал он, не удавалось ему. Он хотел (843 года) воевать с Греками, но должен был продолжать перемирие. Решился отмстить (850 года) Сербам за неудачи отца своего Звинича, но поход кончился поражением Бориса и он просил мира. Поход против Хорватов также не имел успеха. Попытка действовать в союзе с Паннонскими Славянами против Франков (в 853 году) окончилась поражением Бориса. В 860 году поразил Болгарию страшный голод, за которым следовал мор, народ погибал, а помощи не было ни откуда. К большему горю, Греки стали грозить войною[xv]. Столько неудач и бед заставят и самого твердого задуматься. Борис, хотя и язычник, но неиспорченный, видел гнев Божий над Болгарией. За что этот гнев? Ему пришлось припомнить слова дяди — мученика Бояна, что христианская истина одержит победу над языческою ложью[xvi]. О всем подобном напоминала · ему и сестра его. Она, еще в нежном возрасте взятая в плен, воспитана была при Греческом дворе по началам христианства. По условиям мира с Грецией 852 года она отпущена была в Болгарию, а Борис освободил знаменитого пленника — учителя Куфару, который также говорил Борису о пустоте язычества. Да и многие десятки тысяч были уже христианами между Славянами подданными Бориса!...
Было у кого учиться христианству. За язычество Болгарии стояли княжеский двор Болгарский, его министры и вожди и Славяне, перешедшие с князем с правого берега Дуная: но что язычество приносит Болгарии? Время было кончить борьбу с христианством, которого истины так светлы, так чисты, так отрадны для духа. Так Борис решился принять христианскую веру. Он вошел в сношение с Греческим императором о своем желании соединиться со Христом и заключил мир с Грецией, выгодный для Болгарии. Болгарам уступлено навсегда Загорье (южный скат Балканов), страна нужная им для поселения и очень выгодная в стратегическом отношении. "К Болгарам послан был епископ, который совершил крещение над Борисом, принявшим имя императора Михаила"[xvii]. Умный патриарх Фотий, приняв живое участие в просвещении Болгар, написал послаще к князю Борису. Святитель изложил князю не только начала веры и жизни христианской, но и правила, как управлять народом. "Начав усердием к проповеди слова Божьего, писал Фотий, не оканчивай небрежностью, а постарайся, чтобы конец соответствовал началу и жизнь вере. Созидай храмы во имя Божье и в честь святым по установлениям церковным; приучай народ собираться в них, дабы, в общем собрании умилостивляя Божество и принося Ему общее славословие, все утверждались в единомыслии и приобретали спасение и пользу"[xviii]. По примеру князя Бориса крестились некоторые из приближенных к нему.
Но с большинством пришлось еще бороться. Фанатики язычества, в том числе сильные вельможи, ера узнали о перемене веры князем, как подняли волнение за старую веру; целые десять областей подняты были боярами против Бориса; дело дошло до того, что в Предславе хотели убить Бориса и возвести на престол язычника. Михаил, оградив груд свою святым крестом, с 48 придворными и 7 духовными лицами вышел к толпе мятежной и та в смятении разорялась. На другой день 50 бояр, заправлявших бунтом, были схвачены и преданы смерти. Народ, оставшийся без подстрекателей мятежа, покорился Михаилу и сталь понемногу креститься[xix]. Так рассказывает об этом и один Болгарин — современник событий. "Я, говорил он, из новопросвещенного Болгарского народа, которого Бог просветил в эти времена избранником Своим Борисом, в крещении Михаилом. Силою Христовою и знамением креста победил он оцепенелый, непокорный народ Болгарский. Бог привел св. Иосифа, архиепископа, учителя и наставника, который устроил храмы и монастыри, поставил епископов, священников, игуменов, чтобы учили народ"[xx].