Страница 14 из 23
Совершив переезд, Евфимий снял с себя свою одежду, надел заранее приготовленную Турецкую, простился со спутником своим и со всеми христианами (которые окружали его, стоя с непокрытыми головами, трепещущие и дивящиеся такому дерзновению и мужеству своего собрата), взял в руки крест и вчерашние освященные ветви (ваия), сошел на берег и, осеняя себя крестным знамением и воодушевляясь молитвою, явился в Великую Порту. Здесь, никем не замеченный, прошел в дом визиря и, представ пред ним, сказал ему: — "господин! я — христианин еще от предков; в удостоверение моих слов — вот крест, который неложная наша христианская вера дала нам в истинное оружие против всех врагов, вот и ваия — также знамение христианское; а чтобы ты еще более уверился в сказанном мною, то вот, я попираю знамение веры твоей в обманщика Магомета, которого вы называете пророком"...
— Зачем вы допускаете ко мне таких людей? — с изумлением и гневом обратился визирь к своим служителям, — кто этот дерзкий человек? Дурак он, или пьяный?...
— Ум мой здрав, — отвечал Евфимий, — потому-то и исповедую я Христа Бога истинного и желаю умереть христианином по любви к Нему... И не пьян я, вот уже три дня, что ничего не ел даже...
Визирь велел отвести Евфимия в темницу, где его заковали в цепи и наносили ему жестокие побои. Через несколько часов визирь потребовал его к себе, чтобы произвести окончательное испытание. Убедившись, что допрашиваемый сознательно и твердо поддерживает прежде выраженное им и отчаявшись поколебать его, визирь велел отрубить ему голову. Палач взял Евфимия и хотел связать ему назад руки, но мученик возразил: "для чего тебе связывать мне руки, когда я пришел сюда незваным? Ведь ты меня, не привел, как преступника?" После некоторого раздумья, палач оставил его.
Необыкновенная радость сияла на лице Евфимия, когда он шел к месту казни, держа в одной руке крест, в другой — ваия. Дойдя до назначенного места, палачи остановились. Евфимий стал молиться и, осенив себя крестным знамением, преклонил колена и голову и сказал: — "Господи! в руки Твои предаю дух мой!" — Тогда палач нанес удар, но неудачно. — "Секи вернее", — сказал мученик палачу. Но и вторым ударом отсечен был только кусок тела. После этого палач, не нанося третьего удара, заколол в горло мученика... Тело его, к удивлению присутствующих, и по заклании осталось стоящим на коленах.
С великим трудом и за большие деньги удалось спутнику Евфимия Григорию купить тело мученика у палачей, которые доставили его на остров Проту. Одев его по иноческому чину, Григорий положи его внутри храма Преображения Господня и по погребении его, возвратился на св. Гору вестником победы нового преподобномученика св. Евфимия.
Убиение его совершилось 22-го марта 1814-го г. в Вербное воскресенье, — на 25-м году его жизни. Существуют свидетельства о многочисленных исцелениях от болезни — с верою прикасавшихся к частям окровавленной одежды мученика, части которой Григорий роздал многим христианам во время пребывания своего в Константинополе.
23-ГО ЧИСЛА
Преставление преподобного Пахомия Нерехтского
Нерехта известна была в гражданском быту еще до появления Монголов[lxiii], но только в XIV веке прославилась она благочестием одного подвижника, преподобного Пахомия.
Преподобный Пахомий, в крещении Иаков[lxiv], сын Владимирского священника Игнатия, семи лет "отдан был учиться священным книгам". Воспитание, совершавшееся под наставлением слова Божьего, образовало в Иакове доброго отрока; когда "научился он Божественному писанию", то утешением для него было ходить в храм Божий и славословить Господа; самым же любимым местом его молитв был Рождественский монастырь. Здесь при мощах благоверного князя Александра Невского зажглось в душе его усердие посвятить жизнь свою на служение Господу. — По смерти родителя мать не препятствовала ему исполнить желание души своей; он поступил в любимый Рождественский монастырь и здесь был пострижен с именем Пахомия. Тогда было ему 21 год от роду. Молодой инок поручен опытному старцу; духовный отец строг был к духовному сыну, но ученик безмолвно выполнял приказания наставника. Воля настоятеля назначила молодому монаху послушание в пекарне; инок неутомимо трудился в пекарне и трудами усмирял плоть. Несколько годов Пахомий трудился в пекарне. По просьбе настоятеля святитель Алексий, тогда Владимирский епископ (1352 г.), посвятил его в иеродиакона. Пахомий зрел в жизни духовной. Когда св. Алексий возобновлял во Владимире монастырь Константиновский (а это было в 1365 г.)[lxv], он поставил Пахомия игуменом сей обители. Преподобный усердно выполнял желания святителя об обители.
Он пробыл в ней столько, сколько нужно было для устроения наружного и внутреннего порядка ее. Сердце его давно горело желанием составить обитель молитвы не в стенах города, а в пустыне, где могли иметь в ней нужду многие. И он решился исполнить это желание. Ночью, тайно от всех, Пахомий вышел из Константиновской обители, ничего не имея при себе, кроме псалтири и книжки канонов. Он пришел в Нерехтскую сторону. Место на речке Гриденке, впадающей в Салоницу и потом в Волгу, показалось ему красивым и удобным для пребывания иноческого; Сыпаново, так называлось то место, находилось в глухом лесу и представляло возвышенный полуостров. Преподобный пошел в посад Нерехту и просил жителей отдать ему Сыпаново для устроения обители молитв. Нерехтцы с радостью согласились на просьбу человека Божья. — Одни из них попили вместе с них и помогли ему очистить место для кельи; другие обещали помощь свою при устроении обители. Блаженный Памомий написал образ Святые Троицы. Отшельник остался подвизаться в молитве. Нерехтцы выполнили свое обещание: одни помогали ему в нуждах его, а другие приходили и оставались при нем жить. Строгая жизнь его одушевляла благочестием посещавших его. Являлись к Пахомию и иноки с желанием подвизаться под его руководством; мирян, изъявлявших то же желание, охотно принимал он и постригал в иночество.
Святитель Алексий, к которому ходил он в Москву, с любовью благословил его строить храм и обитель Святые Троицы в глухом краю. Храм Святые Троицы, украшенный иконами и утварыо, освящен с живым усердием преподобного.
Окончив построение храма, Пахомий занимался с ревностью устроением духовного порядка в новой обители. Он положил за правило, чтобы в его пустынной обители иноки сами обрабатывали землю и питались трудами рук своих. Он сам пахал, подавая пример другим. По его правилу, никто не должен иметь никакой своей собственности в обители. Построив кельи и трапезу для иночествующих, он построил и гостиницу, где по временам сам служил странникам и Богомольцам. Среди пустынного уединения подвижник преуспевал в жизни духовной. — Знавшие его видели в нем образец добродетелей и с особенною верою просили молитв его. Достигнув глубокой старости и чувствуя близость кончины, Пахомий назначил преемником себе Теодора, который пришел к нему из Рождественского монастыря. — Марта 21-го 1384 г. собрал он братию и простился со всеми; через день потом еще раз приобщился святых Тайн и мирно скончался. — Подвижническое тело его положено по правую сторону алтаря Троицкого храма.
Инок Иринарх, искренний ученик блаженного старца, много помогавший ему по устроению обители искусством иконописания, на другом году по кончине старца подвергся искушениям нечистого духа. Целомудренный измучен был восстанием плоти до того, что исповедал о том всей братии. Ночью то молился он со слезами пред иконою Спасителя и Богоматери, то выходил из кельи на могилу старца, прося его, чтобы помог избавиться от нечистого беса. Утомленный молитвою, заснул он и видит пред собою старца, с долгою и белою бородою, с жезлом в руке. Старец говорит ему: "брат Иринарх! так всегда молись Господу и Пречистой Матери Его; я молился о тебе и Господь помиловал тебя, более не греши, — ты исцелен". С этими словами ударил инока жезлом по левому бедру. Инок вскочил и увидел Пахомия, который прибавил: "не бойся, чадо: ты видишь меня, напиши образ мой, Господь причислил меня к лику преподобных; скажи о том и братии". Иринарх рассказал обо всем игумену и братии, показывая знак удара на бедре. Освободившийся от нечистой страсти написал образ Пахомия; над могилою устроили гробницу и тут поставили икону.