Страница 96 из 150
Религія, по его мн?нію, не есть простое знаніе о Бог?, ни отвлеченное, идеальное отношеніе челов?ка къ Богу, но д?йствительное бытіе въ Бог?, существенное, реальное отношеніе къ Богу. Отсюда происходитъ совершенно особенный взглядъ на философію религіи, и между прочимъ происходитъ новое разд?леніе религіи.
Обыкновенно разд?ляютъ религію на откровенную (положительную) и естественную (выведенную разумомъ изъ своихъ понятій); оба взгляда на религію обыкновенно противополагаютъ одинъ другому. Подъ естественною разум?ютъ выходящую изъ чистаго разума, въ отличіе отъ той, которая непосредственно дана челов?ку извн?, сообщена откровеніемъ. Но если мы удовольствуемся этимъ разд?леніемъ, говоритъ Шеллингъ, то ни въ томъ, ни въ другомъ член? д?ленія не найдемъ особаго религіознаго начала. Ибо знаніе мое о религіи откровенной пріобр?тается не особеннымъ, ей исключительно свойственнымъ образомъ, но т?мъ же самымъ способомъ, какимъ я получаю св?денія мои о другихъ вещахъ, наприм?ръ, о событіяхъ историческихъ и т. п., сл?довательно, зд?сь н?тъ р?чи о какомъ либо особомъ, одной религіи принадлежащемъ образ? познаванія. То же можно сказать и о религіи естественной: ибо и наука религіи, основанная на выводахъ разума, не им?етъ особаго образа познаванія, одной религіи принадлежащаго; многія другія отрасли в?денія пріобр?таются такимъ же способомъ. Потому, если мы остановимся при такомъ разд?леніи религіи, то признаемъ, что въ челов?к? н?тъ особаго начала, которому бы исключительно принадлежало порожденіе религіознаго знанія, н?тъ смысла специфически религіознаго.
Съ одной стороны, религія, приписывающая свое происхожденіе откровенію, – въ отношеніи къ разуму то же, что исторія; съ другой религія естественная то же, что философія. Чтобы д?йствительно вывести начало специфически религіозное, необходимо отыскать религіозное основаніе, независимое отъ всякаго знанія , чрезъ которое челов?къ является въ живой зависимости отъ Божества, – основаніе, представляющее не одно идеальное , но вм?ст? и реальное отношеніе челов?ка къ Богу, начало, не только мысленно, разумно полагающее Бога въ знаніи челов?ка, но вм?ст? и д?йствительно, существенно.
Теперь спрашивается: возможно ли отыскать въ челов?к? такое существенно Бога полагающее начало? Отв?тъ заключается въ томъ, что прежнее религіозное бытіе челов?ка, его прежнія в?рованія, то есть ми?ологія, не можетъ быть ни понята, ни объяснена иначе, какъ чрезъ такое Бога существенно полагающее начало.
Челов?къ, выходящій изъ существеннаго, реальнаго отношенія къ Богу, долженъ чрезъ необходимый процессъ быть возвращенъ къ Богу. Ми?ологія можетъ произойти единственно изъ этого процесса. Но въ этомъ случа? ми?ологія будетъ уже не что иное, какъ естественная религія, сл?довательно, Религіи откровенной противополагается не только религія наукообразно порожденная, но равно и естественная религія, которая есть ми?ологія. Чрезъ этотъ третій членъ система выигрываетъ много. Ибо безъ предположенія этого третьяго невозможно понять откровенія. Изъ религіи раціональной р?шительно н?тъ перехода къ откровенной; ибо раціональная знаетъ только объ идеальномъ отношеніи челов?ка къ Богу, между т?мъ какъ откровенная предполагаетъ отношеніе реальное. Теорія откровенія не можетъ выходить изъ идеальнаго отношенія къ Богу, но изъ реальнаго. Она должна полагать это реальное отношеніе челов?ка къ Богу предразумно , фактически, существенно, бытословно, исторически . Это единственное основаніе, возможное для теоріи откровенія. Но такое, прежде всякаго знанія положенное, существенное отношеніе челов?ка къ Богу, не можетъ быть не что иное, какъ религія, которая бы сама изъ себя порождалась; а эта естественно самопорождающаяся религія есть не что иное, какъ ми?ологія, или въ ми?ологіи заключающаяся религія.
Такимъ образомъ явно, что реальную основу для теоріи откровенія надобно искать въ философіи ми?ологіи . Потому для собственной ц?ли теоріи откровенія противно становиться противъ язычества въ положеніе чисто противоположное, только исключающее. Христіанство освобождаетъ челов?ка не изъ подъ власти этого реальнаго отношенія, но только изъ подъ власти темнаго язычества. Потому реальность христіанства не можете уничтожиться понятіемъ о реальности язычества. Выраженіе: тьма языческая, означаетъ именно темную, сл?пую , естественно самопорождающуюся религію. Потому въ понятіи о самопорождающейся религіи противополагается раціонализму не только фактъ откровенія, но вм?ст? и фактъ ми?ологіи.
Ми?ологія и откровеніе, по Шеллингу, относятся взаимно какъ естественное къ сверхъестественному, но естественное содержится къ сверхъестественному, какъ предыдущее къ посл?дующему. Потому сверхъестественное есть не что иное, какъ поб?жденіе естественнаго. Потому сверхъестественное можетъ быть познано только въ своемъ отношеніи къ естественному.
Такимъ образомъ, вм?сто прежняго разд?ленія религіи на откровенную и естественную, Шеллингъ принимаетъ: 1) религію естественную – ми?ологію; 2) религію сверхъестественную – откровеніе; 3) порожденіе философіи и умозр?нія – разумную религію. Но не должно понимать этого разд?ленія такимъ образомъ, какъ будто эти три понятія о религіи должны быть разнородны и разрозненны; особенно два первыя находятся въ такой т?сной связи, то есть, сверхъестественное находится въ такомъ близкомъ отношеніи къ естественному, что не иначе можетъ являться, какъ только въ момент? своей поб?ды надъ естественными в?рованіями, надъ религіями древности. Всл?дствіе этого отношенія, ми?ологія и откровеніе отстоятъ не такъ далеко другъ отъ друга, какъ обыкновенно думаютъ; ложная религія есть только искаженіе истинной. Откровенію предшествуетъ потемн?ніе; откровенной религіи необходимо предполагается начало бол?е скрывающее, ч?мъ открывающее Бога. Потому именно откровеніе, какъ д?ло поб?ды, необходимо должно являться въ границахъ опред?леннаго времени, ибо заключается единственно въ момент? проблеска (между т?мъ какъ религія естественная постоянно порождается изъ саморазвивающагося начала). Отсюда видно, какая необходимая связь находится между философіей ми?ологіи и философіей религіи .
Философическое в?роученіе , говоритъ Шеллингъ, можетъ произойти единственно изъ примиренія религіи естественной съ откровенною, и по необходимости предполагаетъ ихъ об?. Ми?ологія, или естественная религія, какъ естественная, есть вм?ст? и необходимая , сл?пая, несвободная, религія оц?пен?нія, суев?ріе . Только отъ того, что откровенною религіей истина освобождается изъ сл?поты и несвободы, только отсюда возникаетъ собственно возможность свободнаго в?денія. И такъ, отношеніе сл?дующее: религія оц?пен?нія – освобожденіе въ откровеніи, – религія духовная. При такомъ отношеніи свободно духовной религіи къ необходимо предполагаемой естественной и откровенной, философское в?роученіе было бы лишено всякаго содержанія, если бы эти два момента не служили ему основаніемъ.
Такое же близкое отношеніе им?етъ философія ми?ологіи и откровенія къ философіи исторіи. Не только потому, что предъисторическое время можетъ быть понято единственно чрезъ ми?ологію, но также и потому, что отношеніе новаго міра къ старому можетъ быть постигнуто только изъ посл?дняго; ибо чрезъ откровеніе новый міръ находитъ себя освобожденнымъ изъ подъ той власти, которая необходимо д?йствовала въ старомъ силою необходимости и которая есть начало, породившее ми?ологію.
Не мен?е т?сно связывается это воззр?ніе и съ философіей искусства . Если и безъ того философія искусства не можетъ не касаться ми?ологіи, то новое воззр?ніе на отношеніе ми?ологіи къ откровенію объясняетъ впервыя истинное содержаніе древняго искусства къ новому, и такимъ образомъ могутъ разр?шиться многія загадки изъ художественнаго отношенія ми?ологіи къ откровенію. Наприм?ръ, какимъ образомъ религіозное чувство не м?шало художникамъ среднихъ в?ковъ сливать въ одну мысль или въ одно изображеніе предметы язычества съ предметами христіанства?
Но и съ философіей вообще находится философія откровенія и ми?ологіи въ необходимомъ сопроникновеніи. Конечно, съ перваго взгляда, н?тъ ничего разнородн?е какъ философія и ми?ологія; ми?ологія, по видимому, есть царство необузданнаго неразумія, между т?мъ какъ въ философіи должно созидаться царство самаго разума. Но самая эта противоположность заставляетъ насъ предпринять наукообразное изсл?дованіе: н?тъ ли въ видимомъ неразуміи – разума? нельзя ли открыть и представить въ наружномъ безсмысліи – смысла? – Для этого необходимо объективное представленіе смысла (смысла, проявляющагося не во внутреннемъ разум?ніи, но во вн?шнемъ бытіи), что естественно не можетъ быть исполнено безъ значительнаго расширенія области философіи вообще. Какъ всякая философія почерпаетъ свое первое содержаніе изъ непосредственныхъ фактовъ, которые въ челов?ческомъ сознаніи требуютъ себ? пониманія и размышленія, такъ никакая положительная, полная и доконченная система философіи не можетъ возникнуть, не сознавъ и не объяснивъ вс?хъ фактовъ, им?ющихъ р?шительное вліяніе на челов?чество. Сл?довательно, та система философіи, которая не приняла въ соображеніе такого факта, какъ ми?ологія, уже потому не можетъ назваться ни доконченною, ни полною.