Иудейская война

Иосиф Флавий сообщает в своей книге ряд уникальных сведений, которых мы не встретим в сочинениях других античных авторов. И это не только факты из истории Иудеи. Например, уникальны его сообщения о включении в Римскую империю Коммагены, описание современного ему Иерусалимского храма. Такое детальное и красочное описание организации, вооружения, боевых порядков и тактики римской армии исследователи находят только у Полибия.

Источники, используемые Иосифом Флавием, — это многочисленные сведения от времен Антиоха IV Эпифана вплоть до конца войны за независимость. Книги Маккавеев послужили прологом [27] к истории иудеев до римских завоеваний. Сочинения Николая Дамасского, придворного историка Ирода, широко привлечены в первой половине «Иудейской войны». В этой части много материала из легенд, устных народных преданий о семье Хасмонеев: смерть Антигона и Аристобула, злоключения Фазаеля, брата Ирода, и первосвященника Гиркана в лагере парфян. Часть глав первой книги (1,13–21) восходят к какому-то не дошедшему до нашего времени героическому эпосу, прославлявшему юного Ирода, его силу, ловкость, выносливость, охотничьи подвиги и воинскую доблесть (I, 21, 13). Привлечена также «Всеобщая история» Полибия. В освещении же самой войны Иосифу не потребовались какие-то источники — он сам был свидетелем происходящих событий. Как очевидец он описал все, достойное его внимания. Личные наблюдения, записи, которые он вел регулярно, материалы допросов перебежчиков и пленников — вот главные источники Иосифа Флавия.

Много, как уже было отмечено, Иосиф преувеличивал о многом умолчал, не договорил. Слишком тенденциозны его рассуждения и выводы. Его нельзя считать беспристрастным историком. Он — идеолог рабовладельческого строя, который для него извечен и установлен самим богом.

Убежденный сторонник Римской империи, Иосиф Флавий не мог по-другому осветить происходящие события. В многочисленных речах он постоянно призывал соплеменников к покорности. Его кредо: «И диким зверям, и людям предпослан нерушимый закон, чтобы уступали сильнейшим и чтобы побеждали те, у кого вся сила оружия» (V, 9, 3). Руководствуясь такими рассуждениями, Иосиф Флавий исказил сущность социальных отношений в Иудее, а поэтому действительные причины и движущие силы классовой борьбы и восстания против Рима остались нераскрытыми. Зелотов и сикариев он представил читателю в самых мрачных тонах. По его мнению, все несчастья народа от них; падение Иерусалима и уничтожение храма, печальный исход войны также связаны с ними. В противовес им представлены великодушные римские рабовладельцы, добивающиеся только того, что им положено по праву и освящено традицией.

И все же «Иудейская война» Иосифа Флавия для нас источник чрезвычайной ценности. Из введения к книге мы узнаем, что это произведение Иосиф написал «языком матери», т. е. арамейским, но потом перевел на греческий. Книга и сохранилась на этом языке. Она написана не ранее 75 г. н. э., так как автор (VII, 5, 7) говорит о постройке Веспасианом храма Мира в Риме. Позже 79 г. книга не могла быть написана, так как это год смерти Веспасиана, а он читал ее и одобрил. Книга была прочитана и Титом. Подтвердив точность описания фактов, императоры всячески способствовали распространению этого прославлявшего их произведения.

Большое влияние оказало сочинение Иосифа Флавия на последующее развитие духовной культуры. Его сюжеты привлекали и деятелей христианской церкви, и историков, и писателей, и художников. Многие люди средневековья впервые знакомились через нее с античной историей. Еще в прошлом веке ряд русских ученых [28] обратил внимание на то, что выдающееся произведение древнерусской литературы «Слово о полку Игореве» одним из своих источников имело «Иудейскую войну» Иосифа Флавия, весьма популярную в Киевской Руси.

Ныне известно более 30 списков древнерусских переводов «Иудейской войны». Они датируются XV–XVIII веками. Особое место среди них занимает Виленский список XV века. Но парадоксальным выглядит то обстоятельство, что до сих пор нет перевода «Иудейской войны» Иосифа Флавия на современный русский язык с языка ее оригинала. В конце XVIII века М. Алексеевым был сделан перевод с латинского текста, несовершенный и по точности, и по стилистике. Еще один перевод, на сей раз с немецкого языка, был осуществлен в самом конце прошлого века Я. Л. Чертком. Но и он, особенно его стиль, далек от оригинала. Остается только сожалеть, что один из важнейших памятников мировой культуры до сих пор не имеет полноценного русского перевода, Предлагаемый же читателю перевод Я. Л. Чертка мы попытались по возможности приблизить к современному языку, сохранив, правда, его стилевые особенности. Для уточнения была проведена сверка с новейшими переводами на немецкий язык и с древнегреческим текстом оригинала.

Необходимые пояснения читатель может найти в комментариях и указателях. При подготовке их были использованы работы многих советских историков-античников,[1] и прежде всего профессора Г. М. Лившица, чьи труды по истории античной Иудеи до сих пор не имеют себе равных в нашей исторической науке.

К. А. Ревяко, В. А. Федосик

Предисловие автора

1. Иудейская война с римлянами‚ превосходящая не только нами пережитые‚ но почти все известные в истории войны между государствами и государствами и между народами и народами‚ до сих пор описана была в духе софистов и такими людьми‚ из которых одни‚ не будучи сами свидетелями событий‚ пользовались неточными‚ противоречивыми слухами‚ другие же‚ хотя и были очевидцами‚ искажали факты либо из лести к римлянам‚ либо из ненависти к евреям‚ вследствие чего их сочинения заключают в себе то порицание‚ то похвалу‚ но отнюдь не действительную и точную историю. А потому я‚ Иосиф‚ сын Маттафии‚ еврей из Иерусалима и из священнического рода‚ сам воевавший сначала против римлян и служивший невольным свидетелем всех позднейших событий‚ принял решение дать народам Римского государства на греческом языке такое же описание войны‚ какое я раньше составил для варваров внутренней Азии на нашем родном языке.[1]

2. Римское государство изнемогало от внутренних неурядиц[2]‚ когда началось это‚ как уже было замечено‚ в высшей степени знаменательное движение. Иудеи же‚ стремясь тогда к созданию нового положения вещей‚ воспользовались тогдашними беспорядками для восстания; они были так богаты боевыми силами и денежными средствами‚ что надеялись даже завладеть частью Востока‚ которую римляне вследствие многочисленных смут считали для себя чуть ли не потерянной. Иудеев‚ кроме того‚ окрыляла надежда‚ что их соплеменники из-за Евфрата примкнут массами к их восстанию; римляне же‚ напротив‚ были заняты усмирением соседних галлов‚ да и кельты заставляли беспокоиться. Наконец‚ после смерти Нерона все пришло в волнение; многие‚ пользуясь благоприятным случаем‚ пытались завладеть [31] престолом; войско в то же время в надежде на добычу жаждало перемены в правлении. Я считаю недостойным умолчать о таких важных событиях и в то время‚ когда парфяне‚ вавилоняне‚ отдаленные арады‚ наши соплеменники по ту сторону Евфрата и адиавины‚ благодаря моим трудам‚ подробно ознакомились с причинами‚ многочисленными превратностями и конечным исходом той войны‚ — чтоб рядом с ними оставить в неведении тех греков и римлян‚ которые в войне не участвовали‚ и предоставить им довольствоваться чтением лицемерных и лживых описаний.

3. Писатели берут на себя смелость называть эти описания историей‚ хотя последние‚ кроме того что не дают ничего здравого для ума‚ но‚ на мой взгляд‚ не достигают даже своей цели. Желая рельефнее выставить величие римлян‚ они стараются на каждом шагу унизить и умалить иудеев; и они даже не спрашивают себя — каким образом победители ничтожных противников могут казаться великими. С другой стороны‚ они не принимают во внимание ни долгой продолжительности войны‚ ни многочисленных потерь римского войска‚ ни‚ наконец‚ величия полководцев‚ которые‚ по моему мнению‚ теряют свою славу‚ если завоевание Иерусалима‚ доставшееся им в поте лица‚ не было вовсе таким особенным геройским подвигом.

4. Мое намерение‚ однако‚ ни в коем случае не состоит в том‚ чтобы в противоположность тем‚ которые превозносят римлян‚ преувеличить деяния моих соотечественников; нет‚ я хочу в точности рассказать обо всем‚ что действительно происходило в обоих лагерях. Вспоминая о происшедшем и давая скорбное выражение чувствам‚ возбуждаемым во мне бедствиями‚ постигшими мою отчизну‚ я этим удовлетворяю только внутреннюю потребность моей наболевшей души. Что именно только внутренние раздоры ввергли отечество в несчастье‚ что сами иудейские тираны были те‚ которые заставили римлян против собственной воли дотронуться руками до священного храма и бросить головню в него‚ — этому свидетель разрушитель его‚ император Тит‚ который во все время войны обнаруживал жалость к народу‚ подстрекаемому бунтовщиками‚ несколько раз откладывал наступление на город и нарочно продлил осаду‚ дабы дать виновникам время одуматься.