Страница 20 из 80
Вся деятельность этого Божественного посланника или Христа тем и ограничивалась; смерть Его не имела у гностиков никакого значения, так как, по Александрийским гностикам, страдал человек-Иисус, а, по Сирийским, Божественный эон только казался страждущим. Христос сообщал людям двоякое учение: избранным преподавал духовное учение, которое и имеют гностики, как люди по преимуществу духовные, а чувственное всем вообще людям, которое заключено в книгах Священного Писания и которое содержит вся христианская Церковь. Средства к освобождению от зла, сообщенные Христом и сохраняемые гностиками, это — возвышение духа над материей при руководстве гносиса, борьба с ней и, наконец, действительная победа духа при посредстве аскетизма. Сирийские гностики, преимущественно перед Александрийскими, рекомендовали аскетизм, как средство к уничтожению материи и освобождению от нее, запрещая употреблять в пищу мясо, вино и пр., и, особенно, вступать в брак, так как все это есть служение сатане. В некоторых сектах Сирийского гносиса аскетизм сменился нравственной распущенностью, что, по мнению сектантов, также вело к поруганию и уничтожению материи. Для таких еретиков всякий нравственный закон представлялся только ограничением свободного духа, переходящей формой, которая не должна стеснять человека, достигшего высшего гносиса.
Еретики, державшиеся подобных взглядов, составляют разряд гностиков антиномистов. Последним актом мировой жизни, по представлению всех гностиков, должно быть восстановление всего, т.е. восстановление первобытного дуализма; причем духовный элемент сольется со своим источником, а материя обратится опять в состояние хаотическое, из которого была вызвана". Из представителей Александрийского гносиса наиболее известны: Василид, родом из Сирии, основавший свое еретическое общество в Александрии около 125 г. (василидиане существовали, главным образом, на западе до 4 в). Валентин, родом иудей из Александрии, принявший христианство. Три раза его отлучали от Церкви. Секту основал на о. Кипр, где умер около 160 г. Последователи его назывались валентинианами и существовали в 4 в. и даже позднее. Из представителей Сирийского гносиса более замечательны: Тациан, родом из Ассирии, ученик св. Иустина Философа, после смерти которого, возвратившись на Восток, уклонился в ересь (он проповедовал особенно строгий аскетизм, запрещая употребление вина даже в евхаристии. Его последователи получили название энкратитов, а вследствие употребления одной воды при совершении евхаристии — идропарастов, аквариан). Маркион, сын синопского епископа (за гностицизм, по преданию, сам отец отлучил его от Церкви. Маркиониты широко распространились в разных странах и держались до 4 в.).
Карпократ, родом из Александрии, где основал секту (его сын Епифаний распространил ее еще на острове Кефалонии). Система его принадлежит к антиноминистам. К последним принадлежат секты антитактов, или адамитов, и офитов, с выросшими из нее партиями сифитов, каинитов и проч.
Манихейство
В начале 3 в. гностические системы начинают терять свое значение. На смену им является новое еретическое учение, по началам сходное с гностицизмом, но отличающееся от него тем, что, при полнейшем отсутствии идей греческой философии и иудейского религиозного учения, оно представляет собой смесь христианскаго учения с началами религии Зороастра. Это еретическое учение есть манихейство, появившееся во второй половине 3 в. в Персии и принявшее характер не сколько ереси христианской Церкви, сколько новой религии. Происхождение манихейства следующее. В 227 году парфянская династия арзакидов, властвовавшая в Персии, сменилась национальной персидской династией сассанидавов. С восстановлением отечественного государственного устройства, у персидских магов появилось стремление восстановить и древнюю отечественную религию Зороастра во всей её чистоте. Но в среде магов произошло разделение: одни из них — и большинство — изменили несколько древний дуализм, подчинив оба начала, доброе и злое (Ормузда и Аримана), одному Верховному Существу: другие, напротив, придерживались строгого дуализма и образовали даже особую религиозную партию магуссеев.
Во время борьбы этих партий один из магов, принадлежавших к последней из них, по имени Манес, славившийся своей ученостью, под влиянием христианства, распространявшегося на границах Персии, и гностических воззрений, также бывших в ходу на востоке, задумал объединить христианство с дуалистической религией Зороастра, находя сходство между ними. Манес сначала было принял христианство и даже был пресвитером в Агваце, но был отлучен от Церкви за свой персидский дуализм; затем, он является при дворе персидского царя, Сапора I, приобретает его благосклонность, но, по проискам противной партии магов, около 270 года, принужден бежать в Индию. Здесь заключившись в пещеру, он обдумал свою систему и изложил ее в сочинении, известном под названием Ертенки-Мани, которое составило для его учеников как бы евангелие. Возвратившись в Персию, он снискал благосклонность царя Гормизда, но при его преемнике, Варане I (276 г.), признанный побежденным в споре с магами, был казнен. Система манихейства следующая. От вечности существуют два царства: царство духа—добра и света и царство материи—зла и мрака.
Первое состоит из пяти чистых стихий: огня, воздуха, света, воды и земли, второе из пяти нечистых: бури, тины, тумана, дыма и бессветного жара; в первом—властитель Бог добрый, во втором—злой демон; первого окружают двенадцать истекших из него чистых духов-эонов, второго окружают духи тьмы, которые как между собою, так и со своим властителем, находятся в постоянной вражде. Между обеими царствами вечная и враждебная противоположность. Однажды демоны издали увидели очаровательный блеск царства света и, из зависти к гармонии и порядку, существующему в нем, на него напали. Но Отец света, для защиты границ своего царства, произвел из себя эона—Матерь жизни, который, для непосредственной борьбы с духами тьмы, производит еще нового эона—Первого Человека, называемого у манихеев еще Христом, Иисусом, Словом, Сыном Божиим. Первый человек, вместе с пятью чистыми стихиями, вступает в борьбу с демонами, но истощается в ней до того, что демоны успевают овладеть частью его светлого существа. В таких обстоятельствах Отец света, на помощь ему, производит еще эона—Животворящего Духа. Этот освобождает от опасности непоглощенную еще царством тьмы часть Первого Человека и помещает ее в солнце. Эта часть эона есть бесстрастный Иисус или бесстрастный Сын Человеческий, часть же, поглощенная царством тьмы, есть страждущий Иисус, страждущий Сын Человеческий.
Таким образом, через страждущего Иисуса, в середине между двумя царствами, происходит смешение светлой материи с материей тьмы. Страждущий Иисус в этом случае делается "душой мира", — при помощи Животворящего Духа он образует видимый мир, в котором перемешано духовное с материальным. Но световая материя стремится к освобождению от уз материи тьмы, чему помогает и бесстрастный Иисус, присутствующий на солнце, притягивая ее к себе, и Животворящий Дух, носящийся в эфире, очищая ее, и препровождая в солнце. Сатана замечает освобождение страждущего Иисуса, и чтобы положить этому конец, предлагает своим духам собрать все имеющиеся в царстве тьмы частицы света в одно место и заключить их в материю. Действительно, демоны собирают частицы света, — и сатана, облекши их в материю, творит, таким образом, человека, по образу Первого Человека — эона, красотой которого он был поражен. Частицы света, сосредоточенные в одном месте, в человеке, составляют его разумную душу. Чтобы последняя не узнала о своем духовном происхождении, сатана запрещает человеку вкушать от древа познания. Но бесстрастный Иисус, явившись на землю в образе змия, научает его вкусить от древа познания, и человек узнает, таким образом, о своем происхождении. Чтобы затмить это сознание, сатана задумал раздробить разумную душу человека.
Из материи и оставшихся еще небольших частей света он создает жену, в которой, по незначительности света, берет перевес материя, чувственность. От брачного союза человека с ней рождаются дети, от последних нарождаются новые поколения людей и т.д.; при этом разумная душа, разделяясь по отдельным личностям, дробится на мелкие частицы, которые удобно удерживаются в материальных телах, как в темницах. Царство тьмы, таким образом, совершенно овладело духовной природой и посредством ложных религий – иудейства и язычества—продолжало поддерживать свое обладание. Но, вот, для освобождения своей страждущей половины, бесстрастный Иисус сходит с солнца на землю, принимает только вид человека — Христа (докетизм), общается с людьми, открывает им об их духовном происхождении, и научает, как освободиться от материи. Ученики Христа, как люди, в которых материя взяла перевес над духом, извратили его учение. Предвидя это, Христос обещался после себя послать в мир паралитика – Духа Утешителя, чтобы он очистил Его учение от всякой примеси чувственности, продолжил и исполнил Его дело. Параклит, действительно, явился в лице Манеса и открыл царство Божие. Теперь душа мира, узнавшая вполне о своем происхождении, при помощи Животворящего Духа, обитающего в воздухе, освобождается от оков материи, впрочем, только в одном человеке, так как в нем только она дошла до самосознания.