Страница 103 из 110
Рис. 10. «Чудо о трех иконах». Феофан принимает патриарха у себя в доме
Четвертому художнику принадлежит и изображение торжества иконы: после своего чудесного спасения Патриарх
І і«рЛІ«иїПІНкІИ£ҐО IlfAjnllh't . ііеіпыіш
l M ( помещает ее вначале в храм
Рис. 11. Перенесение иконы св. Николая в храм Св. Софии (вверху). Освящение церкви св. Николая (внизу)
Святой Софии (л. 181 об., верх (рис. 11), а затем в специально возведенную церковь (л. 181 об., низ (рис. 11)).
В последнем можно усматривать указание на Константинополь как место действия, и в то же время это может быть расценено как указание на связь образов свт. Николая и Христа.
Выдвигая икону святого на первый план, увеличивая ее размеры, подчеркивая живую мимику лица, миниатюристы создают впечатление не только равенства иконы свт. Николая иконам Христа и Богородицы, но и ее особое положение.
Миниатюры, посвященные чуду о киевском отрочати, когда утопшее дитя было обнаружено в храме Святой Софии под образом свт. Николая, вновь изображают икону святого в ряду других икон. На л. 199 и 199 об. она соседствует с образами Бориса и Глеба (рис. 12, 13). Так художники (пятый мастер и его ученик) иллюстрируют слова «Николе приспевши памяти и страстотерпцу и мученику Бориса и Глеба». Когда речь заходит о чудесном обретении дитяти «на полатех у Святей Софии», художник изображает интерьер храма,
подчеркивая с помощью архитектурных конструкции, что икона св. Николы расположена именно «на полатех», а внизу помещен Деисус из трех фигур (рис. 14). Симметрично расположенные группы персонажей, обращенные к образам, вместе с комплексом храма создают композицию, которая как будто сходится на иконе свт. Николая. Смещение к верхней части миниатюры только подчеркивает доминирующее положение иконы святого.
Рис. 12. «Чудо сотворшееся во граде Киеве». Семейство отправляется поклониться святым Николаю, Борису и Глебу в Киев
В сцене чествования иконы нал. 204об. Деисус, который теперь состоит из пяти фигур (к образам Богородицы и Иоанна Крестителя добавляются образы архангелов), отодвигается на второй план, а икона святого увеличивается значительно в размере (рис. 15). Ее окружают
фигуры поклоняющихся:«... слы-
Рис. 13. «Чудо сотворшееся ,
. г, „ шав же се князи боляри приеха-
во граде Киеве». Поклонение
ша видети дивное чюдо се, и
киевским святыням 14 м 14 весь град стечеся видети, слав-ляху Бога и святого Николу. Митрополит же сотвори праздник светел аки на память святого Николы егда бывает память его. И мы прославим Отца и Сына и Святого Духа ныне и присно и во веки веком аминь». Подобная композиция миниатюр, воплощающих идею поклонения иконе, когда на заднем плане появляются иконы меньшего размера, уже встречалась у других мастеров рукописи (рис. 9, 11).
В изобразительном рассказе о возвращении свт. Николаем зрения сербскому царю Стефану Дечанскому, ослепленному по навету собственным отцом, упоминание текста о молитве Стефана в большинстве случаев влечет за собой появление в миниатюре нескольких икон. Исключение составляет миниатюра на л. 216 об. (рис. 16). Текст говорит о молитве, которую ослепленный Стефан, страдая, возносит свт. Николаю. В интерпретации художника Стефан встает и обращается с молитвой к иконе святого, которая здесь выступает как символ этой молитвы. В следующих пяти миниатюрах (л. 217, 218, 218 об., 219, 219 об.), иллюстрирующих молитву слепого Стефана в церкви приютившего его монастыря, мы видим, как он обращается к образам Спаса и свт. Николая, расположенным рядом (рис. 17), тогда как текст не упоминает этих икон: «Честней памяти наставши чюдотвориваго отца Николы... стояше и Стефан ву наречением ему месте, из глубины душевныя воздыхая, и моления творя сердца сокрушением».
Рис. 14. «Чудо сотворшееся во граде Киеве». Объявление на торгу о дитяте, найденном в храме Св. Софии
Рис. 15. «Чудо сотворшееся во граде Киеве». Праздник в честь иконы св. Николая
Упоминание о дне памяти свт.
Рис. 16. «Чудо о Стефане Дечанском». Стефан молится св. Николаю
Николая, общее содержание рассказа о чудесах именно этого святого, а также упоминание текста вскользь о том, что дело происходило «в монастыре Пантократорове», видимо, повлияли на изображение этих икон в данном случае.
Деисусная композиция из трех икон, где место Иоанна Предтечи занимает свт. Николай, появляется в двух других миниатюрах, иллюстрирующих упоминание о молитве Стефана. На л. 229 художник показывает, как Стефан «лице на землю положи со слезами моляшеся» накануне битвы с болгарами, а в миниатюре нал. 231 Стефан молится, «Бога благодаряше и доброму преселению вестника», узнав во сне от свт. Николая о сво-Рис. 17. «Чудо о Стефане ей близкой кончине (рис. 18).
Дечанском». Стефан молится Здесь присутствие образа святи-в церкви теля в ряду икон может в неко-
тором смысле рассматриваться как следование тексту, но в предыдущей миниатюре выбор икон для иллюстрации события текстом никак не определен.
Это чудо иллюстрируют те же художники, что и чудо о трех иконах, - третий и четвертый. Возможно, под впечатлением яркого обоснования места иконы святого рядом со Спасом и Богородицей они вводят этот деисусный ряд в миниатюры чуда о Стефане Дечанском. Од-Рис. 18. «Чудо о Стефане нако представляется более ве-
Дечанском». Молитва роятным, что частое соседство
Стефана
иконы святого с другими, по преимуществу иконами Христа и Богородицы, - одно из средств достижения той цели, которую обличает весь строй рукописи в единстве ее текста и миниатюр.
Само составление такой широкой компиляции, объединяющей тексты, обычно входящие в два разных типа жития святого10, и подробная иллюстрация этих текстов на фоне процесса сосредоточения в Москве икон святого говорят о стремлении создать новый всеохватный памятник, соединяющий прославление свт. Николая с максимумом информации о нем. Возможно, если учесть'факт создания рукописи в царской мастерской Ивана Грозного, рассматривавшего святого как своего небесного покровителя11, «Житие» имело особенно важное значение. Стремление показать максимально полную картину жизни и чудес свт. Николая и воплотить идею его исключительной значимости, которое ярко проявляется в миниатюрах первого художника рукописи, представляется осознанным подходом создателей рукописи. Подробное раскрытие клейм житийных икон свт. Николая, насыщение их многочисленными деталями соединяется у первого художника с большой выразительностью образа святого. Изображение рядом со свт. Николаем Троицы, Святого Духа, ангелов, архангелов, Богородицы, а иногда Ее иконы и иконы Спаса во всех случаях, когда текст дает к тому малейший повод, а иногда и без него, может рассматриваться как желание показать связь святого с Миром Небесным и его особое положение в небесной иерархии, неослабевающее внимание к нему Божественных сил и постоянное общение святителя с ними.
Мастера, иллюстрирующие уже не прижизненные события, а чудеса иконы свт. Николая, пользуются тем же приемом, только изображают не самих небесных покровителей, а их писаные образы. Икона и ее расположение в миниатюре становятся для них основным средством трактовки образа святого, возможностью продолжить работу первого мастера в плане создания образа гораздо более значительного.
Примечания
1 Мнения о том, что рукопись являлась частью Лицевого свода, придерживаются А. А. Амосов, А.П. Богданов и. А.М. Пентковский. См.: Амосов А.А. Лицевой летописный свод и библиотека Ивана Грозного // Библиотека Ивана Грозного. Реконструкция и библиографическое описание. Л., 1982. С. ЮЗ-104; Богданов А.П., Пентковский А.М. Житие Николы в Лицевом летописном своде // Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода. М., 1985. С. 102. Согласно другой точке зрения, «Житие» было создано в одной мастерской одними мастерами с Лицевым сводом, однако предназначалось именно как лицевое житие для какого-то храма. См.: Клосс Б.М. Никоновский свод и русские летописи ХѴІ-ХѴТІ вв. М., 1980. С. 250-251; Серебрякова Е.И. Лицевое житие Николы Чудотворца XVII в. из Николо-Угреш-ского монастыря // Вопросы источниковедения и палеографии. Тр. Государственного Исторического музея. М., 1993. С. 175.