Страница 20 из 29
ή επιθυμία ) и раздражительная (ο θυμό ς ) силы. — Перев. вольное послушание в злострадании, которое показывает наше христианское исповедничест-во, которое мы пообещали в крещении. «Обет креста и смерти»1 — в этом весь смысл нашей веры и крещения. Второе добро заключается в том, что мы приобретаем как бы некую «платежную единицу», с помощью которой «погашаем» ведомые и неведомые долги.
Великий Максим говорит: «Если непременно должно мучиться, вследствие примешанного праотцем к [человеческому] естеству наслаждения, то перенесем мужественно временные страдания, притупляющие в нас жало наслаждения и освобождающие нас от вечных мук, которые оно влечет»2 . Если все святые, согласно апостолу Павлу (см.: 2 Кор. 1, 6 и др.), были научены страданиями, то возблагодарим Бога и мы, когда нас научают вместе с ними, чтобы мы удостоились иметь часть во славе их, ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает (Евр. 12, 6).
Кроме того, человеколюбие Господа выражается в том, что Он и Сам соблаговолил подчиниться закону злострадания для нашего утешения, ибо Он не принуждался Своим естеством ни к скорби, ни к смерти, как мы, поскольку рождение Его по плоти не было, как наше, соединено с наслаждением и страстью. Он стал причастником наших страданий через Свои страсти на Кресте, и теперь мы, имея в Нем пример нашего спасения, превращаем закон нашего естественного злострадания в любочестие, так как подражаем ради нас пострадавшему и распятому Спасителю, и оскорбление становится для нас досточтимой наградой.
Есть один мудрый способ для успеха на нашем подвижническом поприще. Когда кто-либо возжелает истинной жизни, он познаёт, что каждая скорбь, вольная или невольная, становится смертью для матери всех зол — наслаждения, и так принимает с благодарением всякое жестокое нападение невольных искушений. Терпением он превращает скорби в легкие и ровные пути, безошибочно ведущие в жизнь вечную.
В период моей жизни с нашим приснопамятным Старцем я допустил некую погрешность по неведению, и он наложил на меня епитимию — пройти пешком утомительный и длинный путь. Когда я его спросил, какова цель этой епитимии, он с печалью ответил мне: «Вместе с покаянием необходимо понести и деятельное злострадание, для того чтобы загладить вину, иначе на нас обрушится по Промыслу Божию невольное наказание и, возможно, оно будет гораздо тяжелее и больнее, поэтому мы предотвращаем его вольным удвоенным покаянием, и так устанавливается равновесие».
Старец всегда раскрывал нам до тонкостей смысл духовного закона и так называемого воздаяния, посредством которых осуществляется правда Божия по Его беспредельному человеколюбию. Взаимосвязь и переплетение событий убеждают нас, что нет ничего случайного в нашей жизни, и значит, все ежедневные искушения происходят по Божественному домостроительству, чтобы нам причинить злострадание, которое дает возможность деятельно доказать свое покаяние.
Вообще, испытания, по мнению святых отцов,— это результаты наших собственных нарушений закона, или нынешних, или прошлых, а иногда даже тех, которые могут случиться в будущем и которые Бог по Своему человеколюбию предотвращает ради нашего спасения. Также постигают искушения и благочестиво живущих, не имеющих скрытой вины, и это подтверждается словом Писания: Многи скорби праведным (Пс. 33, 20)
, и желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы (2 Тим. 3, 12). Ибо в зло-страдании заключается смысл креста, который Господь наказывает нам нести, как это делали и все святые. Если человек безропотно переносит различные скорби, которые с ним случаются, то это помогает ему всегда иметь память Божию. Его терпение питает память Божию, и так исполняется заповедь апостола Павла: Непрестанно молитесь (1 Фес. 5, 17).
Память Божия рождается в объятиях злострадания, которое попускается для хранения Божественных запо- --- 1 Эти слова относятся к постригу в великую схиму, но тот же смысл мы находим и у Апостола: Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились? (Рим. 6,3).— Перев. 2 Максим Исповедник, прп. Десять глав о добродетели и пороке. Гл. 10.— Перев. ведей.
Тот, кто теряет память Божию, непременно обращается к сластолюбию и старается найти утешение во внешних развлечениях. Человек, который не познал сладости Божественной благодати, ищет утешения среди чувственных удовольствий и комфортной обстановки. А эта его тяга к удовольствиям вызывает противодействие, то есть злострадание и скорби. Напротив, тот, кто возлюбит Бога и охотно подчинится Божественной воле, получит как награду посещение Божественной благодати, которая восполнит все недостающее и покроет нашу нищету, ибо эта благодать становится всем для всех (ср.: 1 Кор. 9, 22)
: для жаждущих — питием, для алчущих — пищей, для нагих — одеянием, для неведущих — вразумлением, для опутанных страстями — свободой и воскресением. В человеческой жизни мы сталкиваемся с одной странностью. Повсюду приходится слышать об огорчениях, разочарованиях, скорбях, болезнях, и вот что вызывает недоумение: почему люди не ищут Божественного утешения, ведь оно так очевидно?
Пришествие Бога Слова разрешило все проблемы и даровало нам с избытком удовлетворение всех наших потребностей. Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас... ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко (Мф. 11, 28, 30). Признак духовного знания — когда человек долготерпит в находящих скорбях и при этом никого не винит, даже если ему известны вызвавшие их причины.
Когда мы так поступаем, то становимся подражателями нашего Спасителя Христа, Который молился за распинавших Его: Отче! прости им, ибо не знают, что делают (Лк. 23, 34). Многие из нас считают заповеди покушением на свою личную свободу и обвиняют Бога в том, что Он предъявляет какие-то требования! Но давайте посмотрим, каковы эти требования? Тот, кто воздерживается, становится свободным от неумеренности.
Бедный освобождается от корыстолюбия, умиротворенный — от суеты, целомудренный — от сластолюбия, девственный — от блуда, нестяжательный — от сребролюбия, кроткий — от гнева, смиренный — от тщеславия, послушный — от сварливости, прямодушный — от лицемерия, исповедник — от предательства, мученик — от идолопоклонства. Итак, каждая добродетель, которая возделывается до смерти, является опровержением соответствующего ей зла и греха, и в этом заключается долг нашего разумного естества. В чем же здесь нарушение свободы?
И даже Царство Небесное нельзя назвать наградой за добродетели, поскольку исполнение заповедей — наш естественный долг, а Царство Небесное — дар Божий. ПОДВИГ ЗАКОННЫЙ И оанн Предтеча, будучи в темнице, послал двоих из своих учеников вопросить Иисуса: Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого? И сказал им Иисус в ответ: пойдите, скажите Иоанну, что слышите и видите: слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют (Мф. 11, 3-5).
Хотя исторически эти чудеса действительно совершались, в более широком смысле они имеют и другое значение. Все эти болезни нашего естества символизируют страсти души, в которой действует закон развращения. Слепых в физическом отношении не так много среди людей. Но в духовном смысле не являемся ли мы все слепыми, когда не видим нашей цели и призвания?
Тот, кто прилепляется надеждой к мирским благам,— слеп и может обрести зрение только тогда, когда обратит к Богу свою веру и упование. Подобно и в отношении других устремлений против естества: того, кто пленяется ими и только в них имеет надежду и попечение, можно назвать и глухим, и прокаженным, и скорченным, и бесноватым. Господь наш Иисус Христос, Который взял на Себя наши немощи и понес болезни (Мф. 8, 17)
, есть истинный Врач нашего больного естества: всякий, кто верует в Него и следует за Ним, исцеляется. Его непорочные страдания, которые Он вольно подъял ради нашего спасения, имеют тот же смысл, ибо Христос не сделал ничего, достойного бесчестных страданий: Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его (1 Пет. 2, 22). Господь ради исправления наших членов, которые побуждались к нарушению заповедей и работе греху, предает всесвятые Свои члены на страдание.