Страница 21 из 185
Народ так и не понял, кого встречают. И не желал понимать, как пишет в книге о своем учителе митрополит Иоанн. Это безразличие продолжалось в течение месяца. Но и после чебоксарцы говорили друг другу: 83 - Какой-то батюшка приехал... Первая встреча с паствой холодом отозвалась в сердце святителя. Если и были раньше сомнения, то теперь стало окончательно ясно, что и Чебоксарская кафедра, как и Чкаловская, - это всего лишь «благородная ссылка»1.
Тем не менее Владыка Мануил, хотя и посещали его горькие мысли, не позволял унынию овладеть им. С первых же дней в Чебоксарах взялся за работу, по которой истосковался в Темлаге... Он приступил к завершению литургических и библиографических работ. Первой такой работой стало составление «Мертвенного последования над скончавшимся архиереем»...
В этой работе активно помогал ему и отец Иоанн (Снычев). Зимой 1956 года в свободное от стипендиатской работы время он живет в Чебоксарах, помогая наставнику в составлении --- 1 Владыку Мануила из Чебоксар переведут в дальнейшем на Куйбышевскую кафедру. Поэтому любопытно отметить, что одновременно с возвращением Владыки Мануила на Волгу в соседнем Куйбышеве 29 декабря 1955 года дала ток Куйбышевская ГЭС, а 13 января 1956 года началось знаменитое «Стояние Зои».
Работница местного трубочного завода Зоя, не дождавшись на вечеринке своего молодого человека, сняла с божницы образ Николая Чудотворца и закружилась с ним в танце. Она прошла два круга, когда поднялся невообразимый шум. Все выбежали в страхе из комнаты, а Зоя окаменела. Вызванные врачи не смогли даже сделать укол, иголки шприцев ломались о кожу девушки.
Так, окаменев, Зоя простояла несколько месяцев. Дальнейшая судьба девушки неизвестна*. Уже на следующий день дом был оцеплен милицией, и никого внутрь не пускали... [*...Прошло четыре месяца - сто двадцать восемь дней, до самой Пасхи, которая приходилась на двадцать третье апреля по церковному календарю. А в ночь под Светлое Христово Воскресение Зоя стала кричать и взывать с мольбой, да так громко и страшно, что ночная стража в ужасе стала спрашивать ее: - Что же ты кричишь так ужасно?
И последовал ответ «каменной» Зои: - Молитесь, люди, во грехах погибаем! Молитесь, молитесь, кресты надевайте, в крестах ходите, гибнет земля, качается, как колыбель... В этот момент она вдруг ожила, а в теле появилась обычная для человеческого тела мягкость. Ее уложили на кровать, но она продолжала взывать и просить всех молиться о мире, во грехах горящем, о земле, в беззакониях погибающей. - Как же ты жила? - спрашивали ее. - Кто же тебя кормил? - Голуби, голуби... - был ответ Зои.
Этот ответ был возвещением помилования десницей Господней, милующей грешников и посылающей благодать Святаго Духа на создание Свое. Ибо Спаситель есть умилостивление за грехи наши и всего мира. Зоя жила Святым Духом, и ее сердце билось в окаменелом и холодном, как мрамор, теле. И Господь простил ей смертный грех кощунственного глумления над святыней - по предстательству святителя Николая Чудотворца.
84 «Мертвенного исследования». В конце января труд был завершен и передан на рассмотрение Святейшему Патриарху. Экземпляры «Последования» разосланы постоянным членам Синода. «Мертвенное исследование», как остроумно замечал впоследствии митрополит Иоанн, вступило в область прохождения земных мытарств и закончило свое шествие только в 1963 году...
Завершение работы над «Последованием» совпало с тяжелой болезнью Владыки. Началось воспаление почек. Врачи не надеялись на благоприятный исход, но архиепископ Мануил выжил. Сохранилась фотография - архиепископ Мануил на одре болезни. Владыка лежит под иконами на металлической кровати в своей келлейке... Келлейка крохотная, но Владыка совсем сжат болезнью, и узенькая кровать кажется необъятно-широкой для него...
4 НЕТРУДНО представить, как разрывалось сердце отца Иоанна при виде больного наставника. Он и сам разрывался в эти дни между Ленинградом и Чебоксарами, Чкаловом и Москвой... Между кафедрой сектоведения в духовной академии, своими духовными чадами в Чкаловской епархии и архиерейским домом на берегу Волги... «В академии я оставлен, как я тебе уже говорил, - писал он 22 мая 1956 года в Чкалов, - профессорским стипендиатом по кафедре сектоведения.
Моя работа состоит в том, чтобы в течение учебного года разработать тему, указанную профессором. Таковою темой у меня был "Обзор противосектантской --- Жители города и его окрестностей были настолько поражены чудом стояния и взывания Зои, что многие обратились к вере. Объятые трепетом, они спешили в храмы с покаянием. Некрещеные крестились.
Не носящие креста на груди стали носить. Даже недоставало крестиков для всех желающих приобрести. Храмы, наполнились людьми всех возрастов, которые со страхом и слезами молились о прощении грехов, повторяя слова Зои Самарской: - Спаси нас, Господи, во грехах погибаем, в беззакониях гибнем! На третий день Пасхи Зоя отошла ко Господу, пройдя тяжелый путь стояния ста Двадцати восьми дней пред Лицом Господним за свой тяжкий грех.
Дух Святый в виде голубя хранил жизнь ее души в «каменном» теле, чтобы в праздник Светлого Христова Воскресения воскресить ее и этим чудом укрепить веру многих в грядущее всеобщее воскресение и жизнь вечную. Ибо само имя Зоя означает жизнь. («Стояние Зои Самарской». Газ. «Жизнь вечная», июнь 1996 г. - ред.)]. 85 литературы Синодального периода".
Эту тему я разрабатывал в течение всего года. Ее я уже окончил. В первых числах июня буду подавать на рассмотрение профессора. Кроме работы я служу в Академическом храме, и, надо сказать, довольно часто...» В процитированном нами письме к духовной Дочери отец Иоанн не то, чтобы искажает факты, но многого Недоговаривает. С учебой и с подготовкой работы никаких проблем у него не было.
Были проблемы, как соединить с учебой в Ленинграде помощь Владыке Мануилу, проживающему в Чебоксарах; как суметь помочь перевезти из Чкалова в Чебоксары необходимые для работы материалы и книги. 11 декабря, как только становится известно об освобождении Владыки Мануила, отец Иоанн пишет заявление; *Ввиду окончания первого полугодия моей работы по стипендиатству я при сем представляю совету академии на рассмотрение свой отчет за первое полугодие 1955/56 г.».
Представленная часть работы была прорецензирована профессором Козловым, давшим на нее достаточно благоприятный отзыв: «Советом академии мне поручено руководить работой проф. стипендиата о. Иоанна (Снычева) по кафедре сектоведения. Темой работы был дан "Обзор полемической противосек тантской литературы за синодальный период". Рецензентом еще при рассмотрении кандидатской работы о.
Иоанна было отмечено его трудолюбие, которое проявлено им и сейчас. За истекшее полугодие он проштудировал 43 полемических сочинения с краткой аннотацией каждого. Хотя количественный признак не может быть особенно веским, но тем не менее иногда и его приходится брать во внимание. Автором в общей сложности прочитано около 8 тысяч страниц. Он не скользит по страницам, но умело отыскивает характерные черточки даже у малоизвестных авторов, не говоря о капитальном, хотя немного устаревшем, "Камне веры".
Принимая во внимание некую особенность полемических противосектантских трудов вообще, что требует от работающего над ними также особенного к ним подхода, можно согласиться с нашим стипендиатом, что намеченный им план работы выполнен удовлетворительно. Можно быть уверенным и в том, что о. Иоанн и во втором полугодии даст полноценный отчет о проделанной работе, а взятая в целом она, несомненно, будет полезна в его будущей пастырской деятельности. Профессор протоиерей И. Козлов 31 января 1956 г.».
86 Мнение профессора было учтено при рассмотрении пришедшей из Чебоксар телеграммы. «ЛЕНИНГРАД ОБВОДНЫЙ 17 РЕКТОРУ ПРОТОИЕРЕЮ МИХАИЛУ СПЕРАНСКОМУ ВВИДУ НЕЗАВЕРШЕННОСТИ ДЕЛ ЗАДЕРЖИВАЮСЬ ПРОШУ ПРОДЛИТЬ МНЕ ОТПУСК ПЯТНАДЦАТОГО ФЕВРАЛЯ РАБОТУ ПРОДОЛЖАЮ ЗДЕСЬ ОБЯЗУЮСЬ ПОДАТЬ ВОВРЕМЯ ПРОФЕССОР НЕ ВОЗ-РАЖАЕТ=ИЕРОМОНАХ ИОАНН СНЫЧЕВ». 26 января 1956 года в Чебоксары ушла телеграмма: «ИЕРОМОНАХУ ИОАННУ СНЫЧЕВУ КАНЦЕЛЯРИЯ ЛЕНИНГРАДСКОЙ ДУХОВНОЙ АКАДЕМИИ СООБЩАЕТ ЧТО ОТПУСК ВАМ РАЗРЕШЕН ДО ПЕРВОГО ФЕВРАЛЯ 1956 РЕКТОР АКАДЕМИИ СПЕРАНСКИЙ».
Однако хлопоты, связанные с устройством на новом месте Владыки Мануила, затянулись. Отчасти виною тому была продолжающаяся неопределенность положения Владыки. Сессия Синода, которая должна была утвердить его назначение на Чебоксарскую кафедру, откладывалась и состоялась только 7 февраля. Только после этого с большим запозданием - поджимали сроки отпуска!