Страница 4 из 6
И говорит ему тот Старец:
— Ох, нехорошие мысли у тебя, чадо! Но да пусть будет по-твоему. Увидим-посмотрим, что из этого выйдет. Да только ты наказ бабушкин всегда помни, — и исчез, словно его и не было.
Стал Егорка вспоминать, что же ему бабушка наказывала? И вспомнил: “Как проснёшься, внучек, как глазки откроешь, так сразу, во-первых, Господа Бога вспомяни да Его Пречистую Матерь. Вставай — да к иконам. Свечечку затепли и молитовку, что я тебя научила, читай с радостью”.
Но не до молитвы утренней было Егорке. Хотелось ему всё про пирог думать. И решил он: “Не послушаюсь я бабушкиного наказа — буду про пирог думать, чтобы он сейчас же на столе появился!”
И только лишь мысль эта пришла ему в голову, тотчас увидел он, что по его постельке червяк ползёт!
Червяк ползёт,
словно воз везёт.
Червяк безобразный —
скользкий да грязный!
Сбросил Егорка червяка на пол и сразу сообразил: “Это, видно, мысли мои о том, чтобы бабушку не послушаться, в червяка превратились!
Ох уж и испугался он! Видать бабушку никак ослушаться нельзя!
Но так ему пирога с абрикосовым вареньем хотелось, что не до молитвочек было: всё про пирог думалось. Но если бабушкиного наказа не выполнить — пожурит она его непременно. И решил Егорка: “А я бабушку обману: скажу, что прочёл молитовки. А сам про пирог буду думать. Появится он на столе — пышный да пахучий — бабушка, может, и раздобрится — не будет журить”.
И только опять мысли такие у него в голове появились — видит он на своей постельке жабу!
Жабища-жаба,
как сварливая баба,
Пришла глаза пучить,
страхами мучить!
Опять испугался он. Сбросил жабу с одеяла и снова сообразил: “Это мои мысли про враньё в жабу превратились!”
Однако уж очень хотелось ему сладкого пирога!
И представилось ему, что сидит он за столом с самоваром в новой сорочке. Пирог ест. Друзья-соседи в окошки заглядывают. А Егорка весь напыжился: вот, мол, я какой — пироги умею надумывать!
И опять, как только эти мысли у него в голове появились, видит он —
змея на одеяле извивается—
над ним издевается!
Как гусь шипит,
укусить грозит!
Тут уж он испугался пуще прежнего. Понял, что это гордость его в змею превратилась!
Кинулся он тогда с постельки со всех ног к иконам. Свечечку зажег. И давай молитовки читать!
Да так стал усердно Богу, Богородице да Угодникам Божиим молиться, что очень уж сладко сделалось у него на сердце. Словно он пирога с абрикосовым вареньем поел! А, может, даже ещё слаще!
Закончил молиться Егорка и подумал: “Побегу-ка я, всем друзьям-соседям расскажу как сладко утренними молитвочками молиться!”
И только такие мысли пришли ему в голову, как смотрит он вокруг— ни червяка, ни жабы, ни змеи как не бывало!
А на пороге бабушка стоит и на расшитом полотенце горячий пирог с абрикосовым вареньем держит!
Увидела она, что свечечка горит, обрадовалась:
— Ох и умница! Молитовки раненько утром прочёл. — Пожалуй теперь, мой внучёчек, за стол! Я тебе твой любимый пирог испекла.
Вот-те диво-то какое!
— А можно, — спрашивает её Егорка, — я всех друзей-соседей за стол позову?
— Конечно, можно, Егорушка! И даже просто-таки без них не обойтись никак. Ведь у тебя сегодня День твоего Ангела! Поздравляю тебя!
Смотрит Егорка, а на белом-то облачке снова Старец святой появился! И только-то и сказал:
— Вот так-то вот! — И снова исчез.
А Егорка поцеловал бабушку и побежал друзей к столу звать.
Вот какая сказочка!
Тут можно еще и поговорку умную сказать на память:
“Сначала Бог, а потом пирог!”
А что же мне еще добавить к этой сказочке? Больше нечего! Вот так-то вот...
ЗЛАТОКУДРЫЙ ИНОК
содержание
ОТПРАВИЛИСЬ однажды из языческих стран паломники на Святую Русь.
А языческие страны — это там, где идолам всяким поклоняются. Истинного же Господа Иисуса Христа не знают. О Пресвятой Троице и представления не имеют.
А паломники эти были Помидор, Картошка и Подсолнух.
Вот пришли они в наши края.
Помидор подошёл к купеческому дому.
Глядит, толстый купец с толстой купчихой на крылечко вышли. Увидели они Помидор— диву дались:
— Вот ведь чудо-то какое!
И посадили они его у себя на огороде.
Понравилось Помидору, что на него так много внимания обращают. Да и сам купец уж сильно понравился. И прижился он тут.
Растёт на грядке, такой же пузатый, как хозяин. И так ему хочется купцу с купчихой угодить, что аж красный весь делается от натуги. Чуть не треснет!
Картошка же попала к избе крестьянской.
Вышли на крылечко мужик с бабой. С ними детей семеро. Да попинали Картошку ногами — не понравилась она им.
А Картошке крестьяне приглянулись. Особенно же то, что у них семья большая.
И стала Картошка им подражать, да к осени много детишек рожать. После этого крестьяне признали её за свою и тоже на огороде посадили.
А Подсолнух попал на двор монастырский.
Увидел, как иноки с утра до вечера и с вечера до утра Господу Богу за весь мир молятся, да и остался тут навсегда.
Но загоревал Подсолнушек сначала. Опустил свою златокудрую голову;
— Что же это я раньше в языческой стране жил и Бога истинного не знал? Господи,— говорит,— прости меня, грешного, за это.
Так всю ночь и простоял с поникшей головой в молитве покаянной.
А наутро солнышко взошло, и Подсолнух поднял навстречу ему свою рыжую голову:
— Как хорошо, что я от безбожия на монастырский двор пришёл! Ведь здесь истинного Бога день и ночь хвалят! Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе! — говорит.
Приняли и монахи Подсолнух за своего.
Масло подсолнечное в лампадки наливать стали— пуще прежнего Христу и Его Пречистой Матери молятся.
И все люди стали картошку с помидорами есть. Но опять же, масла подсолнечного молитвенного всегда добавляют.
Так и живут до сих пор они с нами: толстый красный Помидор, многодетная Картошка и инок Подсолнух.
И уже очень-очень много лет подряд склоняет Подсолнух голову к тому времени, как вечер наступит, вздыхает и говорит:
— Боже мой, прости меня грешного!
А как утро настанет, поднимает он свою златокудрую голову к солнышку и повторяет целый день радостно:
Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе!
ПЫЛИНКА И КАПЕЛЬКА
содержание
ЖИЛА-БЫЛА на земле Пылинка. И очень уж она гордилась собой.
— Смотрите, как нас много! — говорила она.— Мы народ самый многочисленный на всей планете. И сила мы грозная. Поднимется ветер, начнётся пыльная буря — никому тогда не сдобровать!
А над ней, на самом краешке листочка полевого цветка висела Капелька утренней росы. Слушала она гордые слова Пылинки и молчала.
Увидела её Пылинка и стала ещё больше распаляться:
— Про наших сестер — песчинок,— когда хотят сказать, что чего-то очень много, говорят: как песок морской. А ты что про себя можешь сказать?
— А нас когда много в небе — льётся дождь. А когда много на Земле, получается река, озеро или даже море,— отвечает ей Капелька.— И мы народ сильный и славный пред Богом.
Не ожидала такого поворота дела Пылинка. Рассердилась она тогда и говорит:
— А знаешь ли, что из нас, пылинок, весь Шар Земной состоит? Да и самого человека Господь из земли создал. Так-то вот!
А ей скромная Капелька и отвечает:
— А я— вещунья небесная. Когда Бог звёздочкам Свою святую волю говорит, я спешу тотчас к людям — Его слова передать. Это для того, чтобы они эту Его святую волю и на Земле исполнили.
— Что же тебе сейчас Господь велел передать человеку? — ехидно спросила её Пылинка.
— А вот что...— тихо сказал Капелька. Скатилась она росинкой с листочка, да и упала прямо на Пылинку.
И из этой горделивой Пылинки обыкновенная грязь получилась..,
— Велел мне Господь передать людям,— сказала Капелька,— чтобы не гордились они. Потому что всякая гордость — как грязь пред Богом.
Наступило утро. Выглянуло солнышко. Грязь обсохла и снова Пылинкой стала. А Капелька испарилась!
— Так тебе и надо! — сказала Пылинка со злорадством.
Но всё сильнее пекло жаркое солнце. Да такое жаркое, что вся земля растрескалась.
Люди Бога стали молить:
— Видно, согрешили мы, Господи! Но пошли нам хоть капельку влаги. А то ведь земля урожая не даёт. В такую засуху голод может наступить. И нам, и нашим детям есть будет нечего. Воззри, Господи! Все былинки посохли! Одна только пыль на дорогах стоит!
Обиделась Пылинка, что так о ней люди говорят. Но, честно говоря, и самой ей невтерпёж — уж очень жарко!
И вдруг дождик пошёл! Да такой тёплый и ласковый, что все растения воспрянули. На хлебных полях пшеница вызревать стала.
То-то обрадовались люди!
И опять встретились Пылинка с Капелькой.
— Что же тебе на этот раз Господь велел людям передать? — спрашивает Пылинка.