Страница 239 из 379
б) Братіе! Не будемъ осмѣивать эту черту человѣческой природы, но, размысливъ, лучшее пожалѣемъ объ ней. Въ этомъ глухомъ недовольствѣ, преслѣдующемъ повсюду
Мѣ с я ц ъ октябрь. 487
человѣка, омрачающемъ его радости и губящемъ его счастіе, мы должны признать въ концѣ концовъ яркое доказательство высоты его назначенія. Вы думали, что человѣкъ могъ быть счастливъ на землѣ, и что счастіе заключается въ этихъ желаемыхъ имъ радостяхъ. Нѣтъ! намъ отвѣчаетъ на это вѣковая опытность и ваша собственная. Нѣтъ! счастіе не въ этомъ. По- чему-же такъ? Потому что наша душа сотворена для Бога и лишь одно безконечное можетъ ее удовлетворить. „О, Боже! восклицалъ нѣкогда блаженный Августинъ, Ты создалъ насъ для Себя*, вотъ почему наше сердце мятежно, пока не успокоится въ Тебѣ!сс Вы находите безумнымъ того счастливца на землѣ, который, попирая ногами всѣ радости, ищетъ новыхъ, невозможныхъ*, вы обвиняете того человѣка, который, будучи въ состояніи наслаждаться всѣмъ, отдается опьяненію страстей, стремленіе къ которымъ поглощаетъ всѣ его радости, подобно жаровнѣ, истребляющей сухіе листья. Узнайте же однако въ этихъ заблужденіяхъ тайную жажду, мучащую человѣческую душу, и, по необъятности ея желаній, измѣрьте величіе того, что единственно способно удовлетворить ее навсегда. Въ ту огромную пустоту сердца, гдѣ отсутствуетъ Богъ, вы напрасно бросали бы блага земныя: успѣхъ, славу, привязанности, однимъ словомъ все, что видимо, все, что любятъ, все, чему завидуютъ... Пучина останется отверстой, и что-бы вы туда ни бросали, вы не уменьшите ее...
Этому сердцу требуется болѣе, чѣмъ земное благополучіе, болѣе, чѣмъ даже самъ міръ: наполнить его могла бы лишь одна любовь Божія.
в) Какъ бы то ни было, православные христіане, неблагодарность къ Богу, къ сожалѣнію, весьма часто встрѣчается среди христіанъ.
Но ты -христіанинъ, братъ мой, ты научился при свѣтѣ евангелія познавать самого себя. Ты знаешь всю ту скудость, алчность и грѣховность, которыя заключаются въ твоей жизни и сердцѣ, ты извѣдалъ тѣ мрачные тайники твоей природы, которые непримѣтны для человѣческаго взора*, ты знаешь, сколько самолюбія и гордости примѣшиваются къ твоимъ лучшимъ дѣламъ*, ты измѣрилъ пропасть,
отдѣляющую тебя отъ любви Божіей. Намъ всѣмъ не безъизвѣстно, какова была бы наша справедливая участь, если бы Онъ насъ судилъ по Своему святому закону.
Однако вы христіане, т.-е. вы радуетесь, что нашли въ Богѣ Отца, а въ I. Христѣ Спасителя*, вы вѣрите, что были предметомъ необъятной Его любви, вы снова обрѣтаете эту любовь въ томъ божественномъ Провидѣніи, которое васъ находило въ вашихъ заблужденіяхъ*, въ томъ воплѣ вашей совѣсти, который побуждалъ васъ итти къ кресту Голгоѳы*, въ небесной радости, наполняющей наше сердце при благой вѣсти о прощеніи*, во множествѣ благодатныхъ даровъ, которыхъ вы были предметомъ, и въ упованіи на то высшее блаженство, которое вамъ назначается въ вѣчности въ силу искупительныхъ заслугъ Сына Божія.
И такъ, если благодарность должна гдѣ нибудь обрѣтаться на землѣ, то главнымъ образомъ не въ вашемъ ли сердцѣ, и не будете ли вы, не будемъ ли мы, христіане, самыми неблагодарными изъ людей, если останемся столь ^признательными? (См. „Бесѣды^ Берсье).
г) Но странно, что въ этой душѣ прощенной, освященной, наполненной любовью Божіей и ангельскою радостью, вы видите, какъ поселяется неблагодарность, подобно холодной змѣѣ. Кто же отнрылъ ей доступъ? Наше ли природное непостоянство, или то ужасающее легкомысліе, съ которымъ мы забываемъ наши самыя живыя и серьезныя впечатлѣнія? Нѣтъ, здѣсь требуется прослѣдить за одной изъ печальныхъ сторонъ нашего сердца. Это сердце неблагодарно, потому что всякое обязательство тяготитъ его, даже любовь Божія... Да, въ насъ скрывается остатокъ гордой независимости, не желающей принять иго Божіе*, мы какъ бы чувствуемъ, что Его благодѣянія насъ связываютъ, а мы не хотимъ быть связанными; щэи свѣтѣ искупленія мы чувствуемъ преступность нашего себялюбія.
Не трудно всякому видѣть слѣды неблагодарности въ той безпечности, по истинѣ животной, съ которой христіанинъ привыкаетъ быть предметомъ любви Божіей, взирая на свое положеніе, какъ на вполнѣ есте-
488 Мѣ с я ц ъ октябрь.
ственное. Мы ее находимъ въ сухой и оскорбительной манерѣ, съ которой онъ говоритъ о самомъ трогательномъ и священномъ дѣлѣ искупленія, котораго онъ былъ предметомъ. Мы находимъ ее въ роптаніяхъ■, вырывающихся у Hero., какъ только рука Божія отказываетъ ему въ одномъ изъ тѣхъ благословеній, къ которымъ онъ такъ быстро пріучается. Увы1 въ этой священной душѣ мы находимъ древняго человѣка, древнія презрѣнія, древнюю безчувственность. Вотъ почему также, братіе, Богъ насъ опечаливаетъ, призывая каждаго изъ насъ пройти .въ свой чередъ черезъ горнило бѣдствій и продолжая такимъ образомъ то божественное воспитаніе, котораго одно прощеніе не довершило бы-, вотъ почему Богъ насъ посѣщаетъ несчастіями, потому что въ скорби въ особенности мы умѣемъ различать Его присутствіе. РІ дѣйствительно, постарайтесь замѣтить это — только въ ту минуту, когда Богъ насъ поражаетъ, мы сознаемъ, что до сего времени Онъ щадилъ насъ. Въ Его гнѣвѣ проявляется Его любовь; справедливый Богъ открываетъ благаго Бога, и подъ ударами Его правосудія мы понимаемъ впервые безграничность Его милосердія!
III. Будемъ, братіе, благодарны Господу и за Его благодѣянія и за посылаемыя Имъ скорби, воспитывающія насъ для царствія Божія. Аминь. (Состав. свящ. Гр. Дьяченко по указ. источн.).
Поуч. 3-ье. Св. мученица Анастасія римлянка.
(Какъ научиться быть благодарнымъ Богу?).
I. Въ день св. мученицы Анастасіи римлянины, во время мученій воспѣвавшей словами псалмовъ царственнаго пророка хвалы и благодаренія Богу, умѣстно, братіе, побесѣдовать о томъ, какъ и намъ научиться благодарности къ Богу,*—намъ, которые, испытавъ тысячи благодѣяній Божіихъ, не цѣнили ихъ и не благодарили за нихъ Бога.
II. Мнѣ скажутъ, развѣ можно научиться быть благодарнымъ? Да, братіе, можно: всему можно научиться въ школѣ евангелія; испробуйте это.
а) Пытались ли вы когда - нибудь собрать, какъ бы въ связку, всѣ милости и всѣ благодѣянія, которыя выпали на вашу долю?
Опишите одну минуту изъ вашихъ воспоминаній. Припомните первые призывы божественной благодати, тѣ благословенія дѣтства, тѣ чистыя и сладостныя воспоминанія, которыми не обладаютъ множество вамъ подобныхъ! Вспомните дѣтскія молитвы въ отеческомъ домѣ, чистыя радости, свѣтлые порывы къ добру, которые всегда такъ отрадны; затѣмъ разочарованія, скорби, горечь, которыя вамъ показали дѣйствительную цѣну міра. Вспомните весь путь, предназначенный для васъ Провидѣніемъ, то покровительство, ту защиту, наконецъ, тѣ призывы, усилія и все обиліе милосердія, которыми ваше сердце было побѣждено! Сочтите все это, и вы не будете болѣе смущаться и лишь повергнетесь долу предъ Божественнымъ милосердіемъ.
б) Потомъ, возлюбленные братія, ко всѣмъ благословеніямъ прошлаго прибавьте благословенія настоящаго. Размышляли ли мы о нихъ? Ахъ! слишкомъ часто! но мы считали только то, чего намъ недоставало. Ясно умѣя различить это, мы въ то же время оставались слѣпы къ благодѣяніямъ Божіимъ. И однако почему не сосчитать ихъ? Мы васъ призываемъ къ ѳтому и смѣемъ сказать вамъ впередъ, что вы будете удивлены, открывши тайныя благодѣянія въ вашей жизни, какъ бы она по внѣшности ни была пуста и обездолена. Какъ заставить васъ понять, что мы говоримъ правду ? Новымъ испытаніемъ, которое отняло бы у васъ хоть завтра одну изъ вашихъ силъ или способностей, одну изъ при- вязанностей, одну изъ тѣхъ радостей, которыхъ вы вовсе не умѣете цѣнить? Теряя все это, увы! * вы поняли бы все ихъ значеніе, и ваши лишенія открыли бы вамъ ваши богатства. Не убѣждались ли мы весьма часто и жестоко въ этомъ? Когда являлась болѣзнь, мы узнавали цѣну здоровья; когда падала одна изъ нашихъ силъ, слабѣло зрѣніе или слухъ, мы понимали, какое горе ниспосылаетъ намъ Богъ. Когда пустота водворялась въ нашемъ жилищѣ, мы чувствовали, чего стоили тѣ привязанности, которыя
Мѣ с я ц ъ октябрь. 489
такъ мало освящались благодарностью въ тѣ дни, когда мы могли наслаждаться ими! Мы постигали, сколько силы и воодушевленія заключалось въ сочувствующемъ взглядѣ, въ пожатіи руки, и сколько безконечной радости могла намъ доставить улыбка малютки! Чего бы вы не отдали, чтобы ихъ снова найти? Но нѣтъ! уже слишкомъ позд- но, и всѣ ваши сожалѣнія не возвратятъ вамъ ихъ. И какая скорбь, какой стыдъ сознавать, что эти радости прошли неоцѣненными, что счастіе искалось не тамъ, гдѣ оно было опредѣлено Богомъ, и что самыя нѣжныя и трогательныя доказательства Его любви не были признаны! Но развѣ требуются подобныя испытанія, чтобы научить насъ быть благодарными? Развѣ не побуждало бы насъ къ этому одно счастіе? Братіе, счастіе производило это иногда. Мы, вѣроятно, всѣ видѣли счастливыя существа, растроганныя и наученныя благодарности счастіемъ. Участь, уготованная для нихъ Богомъ, казалась имъ столь прекрасна и въ то же время столь мало заслужена ими, что они были этимъ поражены и самая доброта порождала въ нихъ первыя пробужденія раскаянія и благодарности. О! тѣ изъ моихъ братій, которые еще молоды и пощажены Богомъ до сихъ поръ, почему вы не призываетесь, не трогаетесь и не обращаетесь этими многочисленными доказательствами божественной любви къ вамъ?