Страница 157 из 379
проводитъ въ удовольствіяхъ плоти,, тотъ уже отрекся Іисуса и поклоняется языческому богу — Афродитѣ или Венерѣ*, кто побѣждается гнѣвомъ, тотъ служитъ Арею или Марсу; кто предается пьянству, для того богъ Діонисъ;, кто сребролюбецъ, у кого сердце не трогается несчастіемъ ближняго, тотъ также служитъ идоламъ и у него богъ— идолъ языческій Аполлонъ. Подлинно,, слушатели, можно быть язычникомъ,, называясь христіаниномъ, но не творя дѣлъ христіанскихъ.
Не прямой ли долгъ такихъ мнимыхъ христіанъ сдѣлаться истинными послѣдователями Христова ученія и въ своей жизни исповѣдывать его предъ своею плотскою, зараженною грѣхомъ, природою, какъ предъ прямымъ врагомъ. Христа? И подвигъ такого исповѣданія вѣры по-истинѣ можетъ возложить на главу исповѣдника вѣнецъ духовнаго, мученичества.
б) Поборовши свои собственныя порочныя' наклонности, одержавши побѣду надъ самимъ собою, человѣкъ вполнѣ приготовитъ себя для борьбы съ другимъ врагомъ Христова ученія—съ невѣріемъ нашего вѣка.. Въ послѣднее время въ нашемъ отечествѣ появились люди, ослѣпленные сатанинскою гордостью, которые ставятъ себя съ своими новыми ученіями: превыше цѣлаго міра общественныхъ отношеній, религіозныхъ и нравственныхъ понятій, выше человѣчества, выше исторіи, выше яшзни духовной,, которою изъ вѣка въ вѣкъ жили всѣ. народы; эти нечестивые гордецы безъ. разбора и безъ всякихъ разумныхъ- доказательствъ отрицаютъ все духовное и святое, что возвышаетъ душу человѣка и говоритъ ей о высшемъ ея предназначеніи. Ругательства, насмѣшки, презрѣніе, клевету, упреки въ невѣжествѣ и отсталости дикую ненависть и т. п. проявленія злого сердца, дозволяютъ они себѣ по отношенію къ- послѣдователямъ православной церкви.
Долженъ ли христіанинъ при видѣ этихъ нападеній со стороны вольнодумцевъ на его святыя религіозныя вѣрованія упасть духомъ, малодушно скрывать предъ ними свои убѣжденія и христіанскія привычки, постыдно, безъ борьбы уступать имъ и наконецъ позорно измѣнить Христовой вѣрѣ, перейдя на сторону враговъ ея? Нѣтъ,и тысячу разъ нѣтъ: это неразумно, пре-
М ѣ с я ц ъ с е н т я б р ь . 309
ступню, грѣшно! Открыто и смѣло, словомъ и жизнію, безъ уступки., безъ послабленій, безъ боязливаго молчанія предъ врагами христіанства долженъ онъ исповѣдывать свою искреннюю вѣру во Христа Спасителя и свою пламенную любовь къ Нему; всегда и вездѣ онъ долженъ являть себя вѣрнымъ сыномъ православной церкви, которая одна только можетъ провести человѣка посреди подводныхъ скалъ и бушующихъ волнъ грѣшнаго міра въ единственно надежную пристань—въ царствіе Вожіе, въ вѣчную блаженную жизнь съ Богомъ. Онъ долженъ знать и помнить, что I. Христосъ есть единственно истинный туда путь, истина и жизнь, Начальникъ яашей вѣры и ея основаніе.
Не стыдиться и малодушно отступать предъ противниками Христовой вѣры, а хвалиться мы должны и отъ всего сердца благодарить Бога за то, что Онъ сподобилъ насъ сдѣлаться христіанами и членами св. православной церкви. Неужели мы настолько будемъ самолюбивы и неблагодарны Богу, предавшему изъ любви къ человѣчеству Своего Единороднаго Сына на •страданія и смерть за грѣшный міръ, что не снесемъ тѣхъ ничтожныхъ скорбей, въ родѣ презрѣнія, насмѣшекъ, клеветы, которымъ мы можемъ подвергнуться за свое неложное исповѣданіе Христовой вѣры и свою вѣрность уставамъ православной церкви? „Кто постыдится Меня и Моихъ словесъ, сказалъ Господь, того Сынъ человѣческій постыдится, когда пріидетъ во славѣ Своей., и Отца, и св. анге- ловъ“. (Лук. 9, 26). Такъ Господь предостерегаетъ отъ малодушія и измѣны Себѣ слабыхъ послѣдователей Своихъ, которыхъ Онъ давно предвидѣлъ.
Даже одно сознаніе своего человѣческаго достоинства, одно уваженіе къ себѣ, какъ разумно-нравственному существу: отцу семейства, члену церкви и гражданину отечества, должно не допустить насъ сдѣлаться простой игрушкой въ рукахъ людей невѣрующихъ, противъ всѣхъ и всего возстающихъ, сильныхъ только своею безграничною гордостію и дерзостію, самопроизвольно поставившихъ себя судьями всѣхъ явленій человѣческой жизни, безъ твердыхъ научныхъ знаній, безъ любви къ серьезному и честному труду, безъ уваженія къ законамъ нравственнымъ
и гражданскимъ, нещадящихъ для осуществленія своихъ мечтательныхъ цѣлей ничего святого, ни даже драгоцѣнной жизни человѣка—образа и подобія Божія на землѣ.
III. Примѣръ празднуемыхъ въ нынѣшній день черниговскихъ чудотворцевъ, которые за свое мужественное исповѣданіе вѣры умерли мученическою смертію, да напомнитъ намъ о нашемъ долгѣ съ терпѣніемъ, любовію и радостію перенести тѣ малыя скорби, какія мы можемъ получить за живое исповѣданіе своей вѣры во Христа и Его ученіе. Аминъ. (Свящ. Гр. Дьяченко, см. наше слово, напечат. въ X? 39, „Моск. Епарх. Вѣд.“, за 1881 г.).
Поуч. 2-ое. Черниговскіе чудотворцы: свят. благовѣрный князь Михаилъ и боляринъ его Ѳеодоръ.
(Для чего мы живемъ на свѣтѣ?)
I. Въ день черниговскихъ чудотворцевъ, при мужественномъ исповѣданіи предъ татарами своей христіанской вѣры пожертвовавшихъ своею жизнію, чтобы не лишиться небеснаго царствія и вѣчнаго блаженства со Христомъ, умѣстно будетъ нынѣ побесѣдовать съ вадои, братія мой, о томъ, что спасеніе души или полученіе царствія небеснаго есть высшій предметъ всѣхъ стремленій человѣка.
II. Въ самомъ дѣлѣ, для чего человѣкъ сотворенъ? Для чего мы живемъ на свѣтѣ? Вотъ важный вопросъ, который мы должны дѣлать себѣ какъ можно чаще! Ужели мы для того живемъ на свѣтѣ, чтобы только родиться, нѣсколько прожить и потомъ умереть, подобно промчимъ животнымъ? Ужели для того мы - сотворены, чтобы во, всю жизнь заботиться, хлопотать, искать, мучиться, страдать и потомъ исчезнуть? Нѣтъ! мы сотворены для блаженства. Искать блаженства — есть неизгладимое и не- заглушимое чувство въ человѣкѣ; и потому-то мы видимъ, что всякій человѣкъ, и умный, и глупый, и дикій, и просвѣщенный, и старый, и молодой—всѣ и каждый хотятъ себѣ добра, хотятъ жить лучше, всѣ ищутъ благополучія. И хотя не всѣ одинаково ищутъ, и не всѣ одно и тоже считаютъ верховнымъ своимъ благомъ; но нѣтъ ни одного человѣка на свѣтѣ, который
310 Мѣ с я ц ъ сент ябрь .
бы не хотѣлъ быть благополучнымъ по крайней мѣрѣ такъ, какъ онъ смыслитъ и понимаетъ. Такъ, дикій хочетъ быть сытымъ и довольнымъ и имѣть то, что нравится ему. Такъ, бѣдный хочетъ быть богатымъ, богатый хочетъ быть въ чести и славѣ*, чиновный и славный человѣкъ хочетъ быть знаменитымъ—и такъ далѣе. Словомъ, всѣ хотятъ быть счастливыми и блаженными по своимъ понятіямъ.
а) Но въ чемъ состоитъ наше благополучіе? Въ чемъ заключается наше счастіе? Чего именно мы должны искать для нашего блаженства: богатства ли, чиновъ ли, удовольствій ли, или чего другого въ мірѣ?.. Нѣтъ! все это пустое, все это тѣнь*, все это никогда не составитъ нашего благополучія. Да, правда, иногда веселитъ и радуетъ насъ что нибудь мірское. Но надояго ли? На минуту, и право, не больше. Спросите вы богачей, и даже не такихъ, которые родились богачами, потому что таковые богачи не знаютъ цѣны богатству,—но спросите и тѣхъ богачей, которые изъ бѣдняковъ сдѣлались богачами,— спросите ихъ: счастливы ли они? блаженны ли они? Да что спрашивать нынѣшнихъ богачей: всѣ они суть нищіе предъ Соломономъ. И такъ, мы посмотримъ на сего царя, послушаемъ, что онъ говоритъ о себѣ, счастливъ ли былъ онъ? Извѣстно, что Соломонъ былъ столько богатъ, что всякая домашняя посуда во всемъ дворцѣ его была изъ чистаго золота; Соломонъ столь былъ уменъ, ученъ и просвѣщенъ, что ни одинъ человѣкъ самъ собою никогда не можетъ сдѣлаться столь умнымъ, ученымъ и просвѣщеннымъ, какъ онъ. Соломонъ такъ былъ могущественъ, что все, что бы только онъ ни захотѣлъ, и почти все, что бы онъ ни пожелалъ, все'исполнялось. И, наконецъ, при всѣмъ томъ Соломонъ наслаждался здоровьемъ, спокойствіемъ, миромъ и благоденствіемъ своего царства, любовію своихъ подданныхъ и уваженіемъ сосѣдей.
Словомъ сказать, по-видимому, Соломонъ столь былъ счастливъ, что одна иностранная царица завидовала уже не ему самому, но даже тѣмъ, которые прислуживали ему. Но привоемъ томъ, доволенъ ли былъ Соломонъ всѣмъ тѣмъ, что онъ имѣлъ, счастливъ ли былъ въ самомъ дѣлѣ Соломонъ? называлъ
ли онъ себя блаженнымъ привоемъ своемъ видимомъ блаженствѣ? Ахъ нѣтъ! онъ вполнѣ испыталъ всѣ возможныя удовольствія міра, и подъ старость признался, что нѣтъ въ мірѣ истиннаго и прочнаго счастія: все на свѣтѣ суета суетствій и всяческая суета.— И такъ, ежели уже и Соломонъ не могъ найти благополучія въ семъ свѣтѣ, то когда и гдѣ мы найдемъ оное! Да и ужели въ самомъ дѣлѣ на. семъ свѣтѣ совсѣмъ нѣтъ для насъ никакого счастія и благополучія? Нѣтъ,, есть для насъ счастіе и блаженство — счастіе вѣчное, блаженство и истинное и неизмѣнное—царствіе небесное. Вотъ наше истинное и вѣчное благо,, счастіе, благополучіе и блаженство!