Глаголева О.

Когда Ананию, Азарию и Мисаила подвели к нему, Навуходоносор, едва сдерживаясь, изрек: «Поклонитесь, иначе будете брошены в печь, и тогда какой Бог избавит вас от руки моей?» Но молодые мужи были непреклонны – истинные ревнители веры своих отцов, они понимали, что поклониться золотому истукану значило предать истинного Бога. И ответили они царю, не колеблясь: «Бог наш, Которому мы служим, силен спасти нас от печи... и от руки твоей, царь, избавит. Если же и не будет того, то да будет известно тебе, царь, что мы богам твоим служить не будем, и золотому истукану, которого ты поставил, не поклонимся» (Дан 3, 17–18).

Но Навуходоносор не воспринимал уже никаких слов – он видел перед собой лишь неблагодарных иудеев, которые принародно отказывались поклониться божеству их благодетеля! По его приказу связанные друзья были тотчас же брошены в самую середину пламени, вздымавшегося на двадцать метров и опалявшего все вокруг...

Смиренно принимающие все, что случилось с ними, полностью отдавшиеся в руки Всевышнего, в последние минуты своей жизни друзья обратились к Богу с молитвой: «Благословен Ты, Господи Боже отцов наших, хвально и прославлено имя Твое вовеки. Ибо праведен Ты во всем, что соделал с нами...» (Дан 3, 26–27). Приняв на себя грехи отцов и соотечественников, они продолжали так: «Согрешили мы, и поступили беззаконно, отступив от Тебя... Заповедей Твоих не слушали и не соблюдали их, и не поступали, как Ты повелел нам, чтобы благо было нам. И все, что Ты навел на нас, и все, что Ты соделал с нами, соделал по истинному суду... Но не предай нас навсегда ради имени Твоего, и не разруши завета Твоего... Ныне мы следуем за Тобою всем сердцем и боимся Тебя... избави нас силою чудес Твоих, и дай славу имени Твоему, Господи, и да постыдятся все, делающие рабам Твоим зло... и да познают, что Ты Господь Бог един и славен по всей вселенной» (Дан 3, 29–45).

И... произошло чудо: видя такую преданность, смирение и любовь, Всевышний послал Своего Ангела, который оградил отважных молодых мужей от пагубного жара – выбросил пламень огня из печи, и сделал, что в средине печи был как бы шумящий влажный ветер, и огонь нисколько не прикоснулся к ним, и не повредил им, и не смутил их (Дан 3, 50).

Навуходоносор, внимательно следивший за казнью, вдруг увидел в огне не трех, а четырех мужей, причем, по его словам, один был Сыном Божиим. Царь не верил своим глазам...

Такой чудесный поворот от гибели к спасению наполнил сердца Анании, Азарии и Мисаила глубочайшей благодарностью, и воспели они Всевышнего в восторженном гимне: «Благословите... Господа, пойте и превозносите Его во веки; ибо Он извлек нас из ада и спас нас от руки смерти... и из среды огня избавил нас» (Дан 3, 88).

Услышав пение, Навуходоносор подошел к огню и повелел друзьям выйти к нему. И когда они вышли невредимыми, потрясенный царь произнес: «Благословен Бог ваш, Который послал Ангела Своего и избавил рабов Своих, которые надеялись на Него...» (Дан 3, 95).

Этот случай чудесного спасения «отроков в пещи» лишний раз подтверждает, что для хранимых Богом праведников, надеющихся на Него, не страшны никакие опасности. Как здесь не вспомнить слова Самого Господа, записанные в книге пророка Исайи: «Будешь ли переходить через воды, Я с тобою, – через реки ли, они не потопят тебя; пойдешь ли через огонь, не обожжешься, и пламя не опалит тебя», «Не бойся, ибо Я с тобою...» (Ис 43, 2, 5).

Это невероятное, с точки зрения обычного человека, событие как нельзя более убедительно доказывало язычникам, что существует сила, которой подвластно всё. И сила эта – Господь Вседержитель!

Второй раз Навуходоносору был дан шанс поверить в Истинного Бога. Но при всей своей незаурядности, рожденный и воспитанный в язычестве, Вавилонский царь так и не смог изменить свое религиозное мировоззрение – отказаться от своих истуканов и поверить в Единого Бога Небесного, хотя и признал: «Нет иного бога, который мог бы так спасать» (Дан 3, 96).

Под страхом смертной казни Навуходоносор запретил своим подданным хулить Бога Израилева и еще больше возвысил Ананию, Азарию и Мисаила: поставил их главными начальниками над всеми иудеями, жившими в Вавилонском царстве. А царские сановники, уже видевшие себя управителями царства, остались ни с чем...

Нетрудно представить себе, как ликовали все вавилонские иудеи, до которых, несомненно, дошла весть о случившемся чуде, как пламенели их сердца и как горячи были их молитвы, обращенные к Всемогущему Богу! Ведь нет ничего печальнее судьбы изгнанников, живущих в чужой стране под властью чужих царей. Эта тоска по родному краю нашла свое отражение и в их песнопениях: «При реках Вавилона, там сидели мы и плакали, когда вспоминали о Сионе... Как нам петь песнь Господню на земле чужой? Если я забуду тебя, Иерусалим, – забудь меня десница моя...» (Пс 136).

Под тяжестью постигшего их испытания – Вавилонского плена – у иудеев пробуждалось раскаяние в прежних беззакониях и прегрешениях, укреплялась преданность своей религии. Началось постепенное религиозно-нравственное возрождение всего народа.

Вразумление свыше

Шли годы... Могущество Вавилонского царства все усиливалось. Миллионы покоренных народов были на службе у Навуходоносора. Его богатства, свезенные в Вавилон изо всех завоеванных стран, были бесчисленны. Ну как тут было не возгордиться? Но Всевышний, видя, как вместе с блеском и могуществом Вавилона растет тщеславие и гордость его создателя, решил еще раз дать понять царю, что все происходит по воле Бога, а не человека, пусть даже такого славного и могущественного, как Навуходоносор.

И вот, на тридцать седьмом году царствования, Навуходоносору опять приснился странный сон: он увидел огромное дерево, достигавшее неба. Листья его были прекрасны, плодов на нем было множество, и находили на нем и под ним приют и всякая птица, и всякая тварь.

И увидел Навуходоносор Бодрствующего и Святого, Который сказал громким голосом: «Срубите это дерево, обрубите ветви его, стрясите листья с него и разбросайте плоды его; пусть удалятся звери из-под него и птицы с ветвей его; но главный корень оставьте в земле, и пусть он орошается небесною росою, и с животными пусть будет часть его в траве земной. Сердце человеческое отнимется от него и дастся ему сердце звериное, и пройдут над ним семь времен. Повелением Бодрствующих это определено, и по приговору Святых назначено, дабы знали живущие, что Всевышний владычествует над царством человеческим, и дает его, кому хочет, и поставляет над ним уничиженного между людьми» (Дан 4, 11-14).

И опять никто из мудрецов-халдеев не мог растолковать этот странный сон. Послали за главным мудрецом – Даниилом, которому в это время было уже около пятидесяти лет.

Выслушав царя и подумав около часа, главный мудрец Вавилона так разъяснил этот явно непростой сон: «Дерево, которое ты видел... – это ты царь,., ибо величие твое возросло и достигло до небес, и власть твоя – до краев земли. Но Всевышний владычествует над царством человеческим и дает его, кому хочет. И хотя царство твое, как главный корень дерева, останется при тебе, но ты будешь отлучен от людей на семь времен и будешь как зверь питаться травой и орошаться росою небесною» (Дан 4, 17–19, 22–23). Так истолковал сон Даниил и, провидя причину столь страшных грядущих бед в непомерной гордыне Навуходоносора, дал напоследок царю такой совет: «Искупи грехи твои правдою и беззакония твои милосердием к бедным».

Но Навуходоносор не стал утруждать себя размышлениями о собственных грехах, да и смешно ему было слышать все это: кто может лишить его царства, ведь он – владыка Вселенной!

Прошел год... Как–то расхаживал Навуходоносор по царским чертогам, говоря: «Это ли не величественный Вавилон, который построил я в дом царства силою моего могущества и в славу моего величия!» Царь не закончил еще эту фразу, как с Неба послышался голос: «Тебе говорят, царь Навуходоносор: царство отошло от тебя! И отлучат тебя от людей, и будет обитание твое с полевыми зверями; травою будут кормить тебя, как вола, и семь времен пройдут над тобою, доколе познаешь, что Всевышний владычествует над царством человеческим и дает его, кому хочет!» (Дан 4, 27–29).