Страница 28 из 102
Государь благословил московское ополчение изображением «святого поборника российских военных сил», которое, по изгнании врагов из России, возвращено в Сергиеву обитель. Этой же святыней в 1855 году благословил московский митрополит Филарет Императора Александра II на брань с тремя державами; по заключении мира, она возвращена на свое место24.
23 Повседневных дворцовых записок, II. 219.
24 Путеводитель из Москвы в Троицко-Сергиеву Лавру, сост. И. Снегиревым. М., 1856 г., в 8°.
Гробница Кутузова-Смоленского в с.-петербургском Казанском соборе осенена св. иконой Одигитрии Смоленской Божией Матери, сопутствовашей ему в великой войне против двадесяти языкд. Эта святая путеводительница напоминает нам чудесное сближение евангельских слов с отечественными событиями и даже с самыми числами времени. Августа 6, когда русские войска уступили Смоленск напору неприятеля, чудотворная икона Одигитрии Смоленской Божией Матери была вынесена из собора; при этом священник заключил молебен словами Евангелия от Луки: «пребысть же Мариам с нею яко три месяцы, и возвратися в дом свой»е. Ровно чрез три месяца, 6 ноября того же года, лик Богоматери взят был из 3-й пехотной дивизии и возвращен в ее смоленский дом25.
25 Московские ведомости 1813 г. № 26.
В жизни государственной и гражданской даваемо было св. иконам значение дипломатическое и юридическое. Они принимались иногда в поруки и свидетели при заключении мирных трактовок и при разрешении споров. Великий князь Василий Темный привел в поруки ненарушимости договора хану Улу Махмету чудотворный образ Николая Гостунского. Но когда Темный нарушил этот договор, тогда Улу Махмет обратился с жалобой на него к самому поручителю, как бы к живому. «Человек святой и праведный,- сказал лику святителя Улу Махмет,- ты был порукою и свидетелем нашего договора; видишь мою правду и неправду московского князя! Он первый напал на меня! Будь же мне заступником и помощником»! Хан пошел с малочисленным войском против московского многочисленного и одержал победу26. Никольский крестец, на Никольской улице в Москве, у церкви, теперь часовне, святителя Николая возобновляет в памяти нашей судебный обряд крестного целования, как присяги в спорных делах, когда в свидетельство правоты целовали крест и образ св. чудотворца Николая. Для русского православного снять образ со стены то же, что поклясться и побожиться. При размежевании земель в старину ходили с иконой по межам, но при спорах о земле «не велось, чтобы иноческому чину земля велети отводити с образом»27.
26 Так гласит рукописное сказание в селе Гостуни на Оке, Белевск. уезда. Оно изображено на доске в тамошнем Гостунском соборе.
27 Юридические акты. СПБ, 1835 г., с. 30 и 83.
При заключении с шведами Столбовского мира 1617 года, февраля 10, с русской стороны дан им, вместо поруки, список с Тихвинской иконы Божией Матери, находящейся ныне в московском Успенском соборе28.
28 История Российской Иерархии. VI, 384.
Нельзя, впрочем, не заметить, что при всеобщем, укоренившемся в русском народе иконопочитании, иногда стригольники, жидовствующие, немногие последователи Лютерова и Кальвинова учения покушались проповедывать иконоборство; но оно не привилось к русской душе. Это были случайные явления, которые скоро исчезали, не оставив следов по себе.
Таким образом, в нашем обозрении св. икон в жизни народной открывается ближайшее, догматическое их отношение к православию, к Церкви, к государству, селению и дому; вместе с тем, осязательное влияние на дух народа, на дела общественные, военные, гражданские и семейные. Неиссякаемым источником тому вера и благочестие, сближающие поклоняющегося с поклоняемым и земное с небесным.
Но как внутреннее значение иконописи соединено и с внешним, то в следующей статье перейдем к последнему.
Примечания редактора
Печатается по: Душеполезное Чтение, 1862, ч. 2, с. 400-423. Иван Михайлович Снегирев (1793-1868) - профессор Московского университета, автор многих работ по русской церковной и гражданской истории.
а Стэнли, Артур Пенрин (1815-1881)-деятель англиканской церкви, автор «Лекций по истории Восточной Церкви» (1861).
6 В канун праздника Богоявления, так называемый Крещенский Сочельник, в храме совершается великое освящение воды. Эта «богоявленская» вода пользуется особым почитанием, ее хранят в течение года, а порой и более. В самый день праздника, 6(19) января существовал обычай совершать крестный ход к источникам, рекам или озерам, где вода освящалась в проруби, именуемой «Иорданью», в память о реке, в водах которой Христос принял крещение от Иоанна Предтечи. Эта вода носила название «иорданской».
в Артос - хлеб (греч.) - «хлеб живота вечного», в форме большого кулича, поставляется и освящается в день Пасхи в царских вратах «в воспоминание славного Воскресения» Иисуса Христа. В Субботу Светлой (пасхальной) седмицы после литургии совершается раздробление и раздача артоса.
г На Балчуге; сохранилась до настоящего времени.
д Т. е. народов: армия Наполеона была многонациональной по составу.
е Лк. 1, 56.
ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ О РУССКОЙ ИКОНОПИСИ. Федор Буслаев.
{...} Недавно полагали, что до времени Петра Великого у нас вовсе не было литературы. Относительно русского искусства и теперь большинство образованной публики того же мнения. Однообразие и неразвитость Древней Руси вследствие многовекового застоя, сравнительно с быстрым развитием Запада, дали повод к составлению таких взглядов на русскую литературу и искусство.
Но история неопровержимо доказывает, как излишнее развитие западного искусства повредило его религиозному направлению, как уже непосредственные ученики Рафаэля бросились в грубый материализм и язычество, как сам Микельанджело, завлекшись анатомиею, исказил в своем «Страшном суде» тип Иисуса Христа, как Реформация заменила глубину религиозного вдохновения пошлою сентиментальностью и как, наконец, бессмысленны и жалки стали все эти карикатуры на святыню, которые даже такими великими мастерами, как Рубенс и Рембрандт, были выдаваемы за иконы и предназначались для церковных алтарей.
Все, что было сделано западным искусством с половины XVI в., может иметь неоспоримые достоинства во всех других отношениях, кроме религиозного. Наша иконопись, в своем многовековом коснении, всеми своими недостатками искупила себе чистоту строгого церковного стиля. Этого могла она достигнуть по пути только своей собственной истории, которая предохранила ее от той заманчивой последовательности в развитии художественных сил, которую так блистательно открыло себе западное искусство в готическом стиле и в великих школах итальянской скульптуры и живописи XV и XVI столетий. В истории всякое позднейшее явление связано законами необходимой последовательности с предыдущими: и мы не должны сожалеть, что у нас не было Джиотто или Беато Анжелико Фьезолийского, потому что рано или поздно они привели бы за собою чувственную школу Венецианскую и приторно-сентиментальную и изысканную Болонскую.
Итак, неразвитость нашей иконописи в художественном отношении составляет не только ее отличительный характер, но и ее превосходство перед искусством западным в отношении религиозном.
В наше просвещенное время стали наконец отдавать должную справедливость ранним произведениям грубого средневекового искусства; и если немцы и французы с уважением и любовью обращаются к своим очень невзрачным, часто уродливым миниатюрам и скульптурным украшениям так называемого романского стиля, искупающим в глазах знатоков свое безобразие религиозной идеей и искренностью чувства, то в глазах наших соотечественников еще большего уважения заслуживают произведения древней русской иконописи, в которых жизненное брожение форм изящных с безобразными и наивная смесь величия и красоты с безвкусием служат явным признаком молодого, свежего и неиспорченного роскошью искусства, когда оно, еще слабое и неопытное в технических средствах, отважно стремится к достижению высоких целей и в неразвитости своих элементов является прямым выражением неистощимого богатства идей, в такой же неразвитости сомкнутого в таинственной области верования.
Чтобы эта общая характеристика русской иконописи не оставалась голословной фразой, необходимо войти в анализ некоторых подробностей.
Итак, первый признак русской иконописи - отсутствие сознательного стремления к изяществу. Она не знает и не хочет знать красоты самой по себе, и если спасается от безобразия, то потому только, что, будучи проникнута благоговением к святости и божественности изображаемых личностей, она сообщает им какое-то величие, соответствующее в иконе благоговению молящегося. Вследствие этого красоту заменяет она благородством. Взгляните На лучшие из лицевых святцев XVI или XVII в.- при всей неуклюжести многих фигур в постановке и движениях, при очевидных ошибках против природы, при невзрачности большой части лиц, все же ни одному из тысячи изображений не откажете в том благородстве характера, которое мог сообщить им художник только под тем условием, когда сам он был глубоко проникнут сознанием святости изображаемых им лиц. Это художественные идеалы, высоко поставленные над всем житейским, идеалы, в которых русский народ выразил свои понятия о человеческом достоинстве и к которым, вместе с молитвой, обращался он как к образцам и руководителям в своей жизни.