Страница 22 из 102
35 Даниил. 7. 9
36 Иоан. 1. 18. I. Петр. 1. 3.
37 Иоан. 3. 16.
38 Ефес. 3. 15.
39 2 Корин. 1. 3.
40 1 Иоан. 4, 16.
41 2. Корин. 1, 3.
Второе лице Св. Троицы Св. Писание именует Богом42, Единородным Сыном Отца Небесного43, рожденным прежде всех веков44, изображает Единодушным Отцу по Божеству45 и Сыном человеческим4б, потому что Он для спасения рода человеческого от чистейшей крови Пренепорочныя Девы воплотился, или, по выражению Апостола, принял на себя зрак раба47, т.е. был в подобии нашей плоти, кроме греха, обитал между людьми, открыл им истинное Богопознание, претерпел от людей крестные страдания, умер, погребен, воскрес из мертвых, вознесся на небо, воссел одесную Отца Небесного, придет судить живых и мертвых. Такие сообщаемые нам Св. Писанием понятия о Втором лице Св. Троицы дозволяют Иконописцу изображать Спасителя в человеческом виде от младенческого до мужского возраста, от положения в Вифлеемских яслях до крестных страданий и погребения, также нисходящим во ад, воскресшим, возносящимся на небо, восседающим одесную Отца небесного, грядущим на облаках судить и судящим весь род человеческий. Но Иконописец не должен забывать, что в лице Спасителя и во время открытого пребывания Его на земле имевшие очи видети усматривали славу яко Единородного от Отца48 небесного, что И. Христос есть Богочеловек. Посему от Иконописца требуется глубокое изучение Евангелия, неутолимое усилие и самая зрелая обдуманность в изображении лица Господа нашего.
Иконописец должен знать, что, как все Ветхозаветные Праведники предъизображали своими добродетелями лицо Христово, так добродетели Святых, благоугодивших Богу своею жизнию в Новом Завете, суть только подражание и как бы отражение добродетелей и совершенств И. Христа. Следовательно, как Пророки, Апостолы и вся Церковь главною целию своей проповеди и учения во все времена имели Господа нашего И. Христа, так Иконописец должен иметь в предмете преимущественно то, чтобы в уме и в сердце взирающих на изображаемые его кистию иконы Спасителя, вообразился Христос, чтобы в выражаемых кистию осанке, взоре, лице, движениях, во всем теле Спасителя можно было созерцать величие, бесстрастие, божественную любовь, благость, милосердие, смирение и кротость Господа.
Геннадия Патриарха постигла, как свидетельствует история, некоего Константинопольского живописца, дерзнувшего написать образ И. Христа наподобие языческого бога Дия. За такую дерзость сему живописцу усохла рука и только покаянием и молитвами Св. Геннадия Патриарха он получил исцеление49.
42 Иоан, 1,1. Рим. 9. 5.
43 Иоан. 1, 18; Иоан. 4, 9.
44 Колос. 1. 15.
45 Иоан. 10. 30.
46 Мат. 16. 13. Иоан. 3. 12.
47 Филип. 2. 7.
48 Иоан. I. 14.
49 S.Theophanis Chronographia, pag. 77. Σνοψις 'Ιστορ. Παρά κνρ Γεοργ Κεδρην., pag. 275 и в жит. Св. О. Геннадия Патриарха.
Для сообщения некоего понятия о Духе Св., Третьем лице Св. Троицы, кроме символов голубя и огненных языков и притом или в совокупности с первыми лицами существа Божия или с теми событиями, в коих Он под такими видами являлся или мог действовать, Иконописец не имеет права употреблять других символов; особенно должен беречься представлять Третье лицо Св. Троицы отдельно в виде юноши, как дерзали изображать Духа Св. некоторые живописцы Западной Церкви, которою и осуждено такое своеволие50.
50 St. Wiest Institut. Theolog. Dogm. H, pag. 564. Calend. Eccl. Univ. Assemanii, Tom. 1, pag. 47.
Добрых Ангелов представляет Слово Божие и жития Святых в виде мужей и юношей51, весьма редко в виде отроков52, но нигде не говорится, чтобы они кому-либо являлись под видом младенцев и притом нагих, как обыкновенно изображают их художники Римской Церкви. Наименование их добрыми Святыми, Божиими, дает разуметь, что их лики должны быть оттенены святолепною красотою, кротостию и добротою. Для означения их духовности и быстроты, с которой они совершают волю Божию, издревле Иконописцами Ангелам всех девяти чинов усвоены крылья, хотя, по свидетельству Св. Писания, только Серафимы и Херувимы являлись окрыленные шестью крыльями. Греческие Иконописцы представляли Ангелов в Диаконском облачении, опоясанными орарем, так что сим на плечах и груди образуется крест, потому что в Церковной Иерархии Диаконы при совершении Священнодействий, по таинственному изъяснению, образуют собою служение на небесах Ангелов. Но как ни откуда не видно, чтобы Ангелы являлись кому-либо в Диаконском облачении, то Иконописец не погрешит, изображая их просто в светлых, как бы эфирных одеждах, коих складки (как представляли Ангелов некоторые живописцы средних веков) скрывают их ноги.
51 Деян. 1. 10. Марк, 16. 5. Лук., 24. 4.
52 В житии Св. Муч. Дорофея Февр. 6, также в житии Препод. Луки Елладского Фев. 7.
Один чин Ангелов Св. Писание именует силами, в Церковных книгах они означаются названием умных сил. Их изображают Иконописцы в виде младенческих человек с крыльями. Символ сей не только не заключает в себе ничего предосудительного, но даже весьма близко выражает их наименование.
В каких видах являлись Херувимы и Серафимы, Иконописец может усмотреть из самого Св. Писания53. Символические атрибуты, с коими издревле изображались Архангелы, описаны в Четье Минее под 26 числом месяца Марта.
53 Исайи 6. 2.3.6, Иезек. 1, 5, 12.
В сонме Святых, благоугодивших Богу своей жизнию на земле, Первое лицо Преблагословенной Матери Господа нашего, о которой предсказал Пророк Исайя, что Она, будучи Приснодевою, зачнет и родит Еммануила54, потому что, как говорит Св. Амвросий: «Та, которая могла зачать, могла и родить, не переставая быть Девою, так как зачатие всегда предшествует рождению»55. Благоговея пред непостижимою тайною воплощения Спасителя, коего орудием соделалась Пресвятая, вся вселенская Церковь исповедует Ее Пренепорочною Материею, без всякого сравнения честнейшею Херувимов и славнейшею Серафимов, Царицею неба и земли, высшею небес, светлейшею лучей солнечных, Ходатайцею и Споручницей нашего спасения пред Престолом Сына своего и Бога. Такие понятия о лице Богоматери достаточны к возбуждению в Иконописце ощущений и мыслей, долженствующих вдохновить его и просветить ум к изображению Богоматери. Изображает ли он Пренепорочную, внимающею благовестию Архангела во время его благовестия, полагающею в яслях или держащею в своих объятиях Богомладенца, сопутствующею Спасителю во время служения Его роду человеческому или стоящею у креста Его и, наконец, в небесной славе пред Престолом Сына своего и Бога - смирение, любовь, терпение, сострадание и кротость в соединении с величием и Боголепностию в высочайшей степени должны быть отличительными чертами лика Приснодевственной Матери.
54 Исайи 7. 14. Снеси: Матф. гл. 1.
55 Opera S.Ambrosii Mediol. De Virginibus, cap. 6.
Следовательно, лица их сияли горячайшей любовию к Богу, терпением и кротостию; тела их были истощены Богоугодными подвигами, в их взорах просиявало небесное упование, что им готовится венец правды, которым увенчает их праведный Судия, в день торжественного явления своего.
На иконах Св. Мучеников и Мучениц, представляющих страдальческие их подвиги, по необходимости допускаются обнажения некоторых частей тела. Но Иконописцу надлежит помнить, что Св. Мученики не были отчаянные атлеты с геркулесовскими формами тела, что они, быв вынуждены обстоятельствами времени свидетельствовать истину своей веры и упования на Бога претерпением мучений, были укрепляемы в своих подвигах Божественною благодатию; посему с таким спокойствием и кротостию переносили свои страдания, что приводили в изумление, и, наконец, терпением победили своих мучителей. Понятие об их сверхъестественном терпении можно почерпать из Церковной Истории, из творений древних Христианских писателей, а частию из Четий Миней. Так, напр. Св. Мученик Лаврентий, жегомый на железной решетке, не вопиял, не стенал, не испустил ни одного вздоха, и когда половина его тела, обращенная к огню, совершенно испеклась, он только сказал мучителю: поверни на другую сторону, эта уже изжарилась! Вообще же Иконописец должен помнить, что Христианское целомудрие допускает обнажение тела только в неизбежных случаях, притом изможденного страданиями и лощением, следовательно, немогущего действовать на волнение чувственности.