Страница 3 из 9
Следовательно, одно есть сущность, которую свидетельство никак не выявляет, другое же - значение ее имен, даваемых по какой-либо энергии или по [ее] достоинству. Итак, из общности имен в энергиях мы не находим никакого различия Лиц. Мы не находим никакого очевидного доказательства различия по природе, как было сказано, того, что вокруг природы, потому что общность природы указывает на тождество энергий" [33]. А Дионисий великий, воспевая Божественный мир, говорит: "божеством-самим-по-себе мы называем - как нечто изначальное, Божественное и являющееся Причиной, - единое сверхсущественное и сверхначальное Начало и Причину, а как нечто причастное - подаваемую непричастным Богом промыслительную силу: само-по-себе-обожение, соответственным образом причащаясь каковой [силе], сущим и является, и называется обоженным" [34]. Когда же раскрывает Божественные имена Сущего, говорит: "слово не обещает разъяснить самосверхсущественную Доброту самосверхсущественного Божества, которые основаны, как говорят речения, превыше всякой Доброты и Божества в сокровенных, но только воспевает разъясненный благотворный Промысл, благо по преимуществу и причину всех благ" [35].
А когда пишет к Гайю, добавляет: "Если под Божеством ты понимаешь суть Божественного дара, то Тот, Кто сверхначально превосходит всякое начало, как Богоначальный и Начало [всяческих] благ, находится за пределами так называемого Божества" [36]. Но потом [Дионисий], продолжая богословствовать о Сущем, поскольку назвал Божество Божеством сверх причины всех благ, чтобы у слушателей не сложилось мнение, что эта причина считается самоипостасной, а не промыслительной силой и нахождением (όοο) сокровенной Сверхсущности, и они (слушатели - Пер.) не подумали, что этих сущностей больше, чем одна, [этот Дионисий] сказал: "Я не говорю, что причин много, или много превосходящих и подчиняющихся божеств, но о всех благих исхождениях Единого Бога" [37]. Так же и Василий Великий пишет врачу Евстафию: "не очень я одобряю тех, кто к природе Бога применяет наименование Божества. Нет же, но называет ли кто природу Бога Божеством - одна природа Трех Лиц, или считает кто энергию Божеством - одна энергия Трех Лиц" [38]. И снова великий Григорий Богослов говорит: "вы были озарены единым светом, будь то по определению [свет] сущности или Божества" [39]. И во втором Слове о Сыне добавляет: "Сущий и Бог как-то предпочтительнее для именования сущности, из них же лучше всего Сущий.
Ибо [наименование] Бог, восходит ли оно этимологически к глаголу έε ("бежать" - Пер.), или к ε ("воспламенять" - Пер.), все же относительное, а не абстрактное" [40]. А великий Максим говорит: "один Бог, поскольку одно Божество, простое, неделимое и недробимое" [41], невидимое и непостижимое. И Софроний, украсивший Иерусалимскую кафедру, пишет: "поскольку мы научены знанию Единого Бога, то и унаследовали исповедание Единого Божества" [42].
Итак, разве мы не научились считать Божество одной и не одной сущностью Единого Бога?
Феот.: Воистину так!
9. Феоф.: Что же, не следует ли нам определить в высшей степени необходимое, а именно - каким образом одна и не одна [сущность], и как провидел Исайя семь духов Единого Духа, почивающих на отрасли [от корня Иесеева] [43], которых Захария был научен ангелом называть семью очами Господа [44]?
Феот.: Конечно же, чтобы мы не противоречили самим себе. И мы надеемся заполучить для себя мнение Отцов по этому важнейшему вопросу вероучения. Итак, скажи, как [может быть] одна и не [одна] единая сущность Божества Самого Бога?
Феоф.: Скажу и об этом, как оно объясняется отеческими словами. Ибо всякий раз, как мы в качестве наименования сверхыменной сущности употребляем имя Божества, Божество Бога пребывает единым, простым, неделимым, неразличимым, невидимым, непознаваемым [45]. На это же указал и [Григорий Богослов]: "вы были озарены единым светом, именуемым сущностью или Божеством" [46]. Но и единое Божество Трех Лиц, разнящееся по личностным особенностям, никак не различается во всем остальном: "ведь чем бы ты ни назвал Божество, будь то силой, энергией или сущностью, единым пребывает [Божество] Трех [Лиц]", как и немного выше мы сослались на слова Василия Великого. И если кто единство всего охваченного [понятием] Божества, при том что Божество Трех Лиц едино, назовет сущностью и, разумеется, тем, что о сущности созерцается и богословствуется, то скажет как и Афанасий Великий, сочинивший проповедническое слово на ежегодный праздник Благовещения [47]. Когда же мы какую-либо Божественную силу или энергию называем Божеством, то [следует помнить], что много есть Божественных энергий, принимающих это наименование - это [энергия] и созерцания, и очищения, и обожения (εουή), и энергия тайноводственная (εοή), и вездесущие, и невместимость, и, скажем так, вечнодвижущийся и на Фаворе избранных учеников просветивший свет, как мы несколько раньше определенно узнали это от Святых [Отцов].
Но, с другой стороны, и Василий Великий во многих местах приводит доводы, из которых ясно следует, что "Дух Святой прост по сущности, но разнообразен по силам" [48], а также: "хотя энергии Бога разнообразны, сущность Его проста" [49]. Какие он называет энергии? Те, которые и сам там упомянул: промысл, силу, благость, предведение, творение (ουό), воздаяние, - и те, о которых Григорий Богослов, упоминая о семи духах у пророка Исайи, говорит: "энергии Духа Исайя называет духами" [50]. И богоносный Дамаскин говорит: "называются духами и силы Духа" [51], и, к чему я и клоню теперь, сущности энергии, хотя и не в собственном смысле этого слова. В собственном же смысле слова называемое Божеством Бога есть Его познаваемое и непознаваемое Божество, единое, как Единый Бог. "Как постигаемым привлекает к Себе, - по словам Григория Богослова, - так непостигаемым приводит в восхищение" [52]. "Ибо творения показывают премудрость, силу и художество, но не сущность Его. И не являют с необходимостью саму всю силу Творца" [53], как говорит Василий Великий. Имеешь ли теперь хорошо изготовленный, притом и для благочестия подходящий угломер?
10. Феот.: Прекраснейший и совершеннейший, как мне представляется. Остается же тебе посредством этого [угломера] опровергнуть того Варлаама и его ученика и последователя его злочестия Акиндина.
Феоф.: Варлаам и с ним этот другой нам и благочестию угрожавшие, соревнуясь не только с Арием, но и с Савеллием Ливийским, святых и всех православно называющих Божеством Самого Бога то одну - и это чаще - сущность, то не только сущность, как было указано выше, но и нетварную силу и энергию, [вот их-то Варлаам и Акиндин] называли многобожниками.
Ты же, сопоставляя их слова с мерилом благочестия, которое говорит, что Божество Самого Бога есть как одна так и не одна сущность, ты их самих изобличишь как многобожников, как злоречиво утверждающих, что Божество Бога тварно и нетварно, и учащих, что только Его сущность есть нетварное Божество, Божественную же силу и энергии всё прежде бытия Знавшего и достоинство Его, власть и промысел низводящих на уровень твари. Ведь таким образом и Бог у них будет то тварным, то нетварным и разделяющимся на противоположности. Ибо они не учитывают Сына и Святого Духа, поскольку каждый из Них невыразим, как и Отец. Если же опять говорят, что нет различия между сущностью и энергией, сливая их воедино, то ты, согласно с тем мерилом благочестия, снова скажи, как описывается познаваемое и непознаваемое Божество Самого Бога, неизреченным образом видимое достойными в силе Духа, а всеми остальными не видимое, причастное и непричастное. Поскольку неблагочестиво думать, что сущность Бога может быть познана в тварных [вещах] или увидена, или можно стать ей причастной, как мы уже показали это в предыдущем изложении [54].
11. Видишь ли ты, как такие противоречащие друг другу [представления] верным сияют светом благочестия, против неверных же обращаются огнем осуждения?
Феот.: Совершенно [так]. Ведь я же научился, пользуясь им (угломером - Пер.), приобретать более ясное представление об этих [вопросах] и отчетливо увидел всю истину благочестия. Таким образом, мы говорим о почитании Единого неделимого Духа, когда Дух называем сущностью или Самой Ипостасью, но и многочастным считаем Его и научены, что семь [духов] есть один Дух [55], и утверждаем, что Он различным образом причастен в Божественных проявлениях и энергиях Единого Божественного Духа. Итак, ты называешь непричастной сущность и природу Бога?