Ерёмина В. М.

История. №30 (№2).

Начало христианского просвещения славянских народов. II период.

1. Архиепископия святителя Мефодия Моравского, ее историческая судьба.

2. Противление немецкого духовенства и князя Святополка Моравского. Исход борьбы.

3. Свидетельство и изгнание из Моравии учеников святителя Мефодия. Заключение.

После кончины равноапостольного Кирилла (+ 14 февраля 869 г.) его брату еще предстояли большие труды – и большие скорби. По слову преподобного Исаака Сирина, “никто не всходил на небо, живя прохладно; и путь Божий есть ежедневный крест”.

После кончины брата (так и оставшегося для Рима Константином Философом) святой Мефодий еще некоторое время оставался в Риме, в конце 869 года был посвящен в священнический сан и послан (в начале 870 г.) к князю Коцелу в Паннонию. Сразу возникает вопрос: почему не в Моравию, к благочестивому князю Ростиславу, уже принимавшему святых братьев и знавшему, конечно, что их апостольская миссия далеко не завершена.

Но обстоятельства существенно изменились. Весь 869 год в Моравии смуты, война, наконец, междуусобная война. Благоверный князь Ростислав действительно в 869 году ввязался в ненужную – и неудачную войну с Баварией (южно-немецким королевством) и Тюрингией. Поднялось, как бы в помощь ему, целое западнославянское ополчение; но проку от него вышло мало. И вот немцы наступают – и уже осадили Велеград, столицу Моравии. Правда, защитникам удалось город отстоять, осада снята, немцев гонят; да предал Ростислава его племянник Святополк, воспитанный в Германии у Каролингов – потомков Карла Великого. Ростислав был выдан своему врагу, немецкому князю Карломану, ослеплен и заключен в монастырь (в Баварии). Там вскоре и умер (в 870 году).

Необходимое пояснение о Святополке.

Как уже было сказано, воспитан он был в Германии; и по привычкам, по навыкам – немец; впоследствии он всегда (несмотря ни на какие вразумления) будет поддерживать немецкое духовенство – против святителя Мефодия и его учеников.

Это классический пример государя, чуждого стране, - без почвы, без корней, без национального идеала. (В России таков был Петр III – не знавший по-русски, выдававший во время Семилетней войны Германии российские военные секреты и открыто говоривший, что предпочел бы быть поручиком в Германии, чем в России императором).

На этот раз предательство Святополку даром не обошлось. Карломан овладел столицей, разграбил государственную казну и княжеские сокровища в Велеграде. Ясно, что вся ситуация в стране далеко не благоприятствовала духовно-просветительской деятельности.

Всё это как нельзя лучше было известно в Риме. Поэтому святой Мефодий и был послан не в Великую Моравию, а в Паннонию (столица Мосбург близ Балатонского озера).

Но и тут немецкое духовенство всячески затрудняет ему не только проповедь, но и церковно-административную деятельность. Князь Коцел – не хочет ссориться. Естественно, он ищет посредничества у папы и посылает святого Мефодия снова в Рим.

И вот тут, наконец, в 871 году святой Мефодий получает посвящение от папы Адриана II во епископа: архиепископа Моравии и Паннонии. Этого посвящения немецкие епископы не признали. В 873 году они, с некоторым опозданием, подали папе объяснительную записку со ссылкой на Карла Великого, акт 798 года: Паннония причислена Карлом к Зальцбургской епископии.

В ноябре 871 года, то есть немедленно по прибытии в Паннонию, святитель Мефодий был приглашен в Зальцбург на суд; он и поехал. Но оказался обман; немецкие пастыри всегда пренебрегали каноническим послушанием. (Это сказалось и в событиях 1075 – 1077 годов (т.н. “Каносса”) и даже и в том, что именно Германия стала очагом реформации). Никакого суда, в сущности, не было; была расправа: прямо на соборе святому Мефодию наносятся удары хлыстом.

Ответ Мефодия был полон спокойного достоинства: “Если бы я знал, что это ваша область, я бы и не пошел в нее, но так как это область св. Петра11, то мне не в чем оправдываться перед вами”.

Итак, святитель Мефодий исповедует каноническую верность Римскому папе; он и впоследствии пронесет ее как знамя во всю свою жизнь. Его заключают под стражу в Швабии и держат там до конца 873 года, то есть около 2-х лет.

За это время и в Риме произошли некоторые изменения. Папа Адриан II был, разумеется в курсе дела (святитель Мефодий пишет и жалуется – в Рим!), но, по-видимому, решил не связываться; а в 873 году он уже и скончался. Но новый папа Иоанн VIII, немедленно по вступлении, посылает клятву на всех этих деятелей Зальцбургского судилища и затворяет все церкви Зальцбургской епископии, пока держат в заключении Мефодия.

К счастью, немецкое духовенство ориентировалось на своего короля Людвига Немецкого; он же не хотел ссориться с папой и предоставил ему полную свободу в устроении Паннонии. Тогда папа восстановил Мефодия в его церковных правах в Паннонии; но напоминает, что пора и в Моравию. Участников же Зальцбургского “собора”, и с Мефодием пострадавшим, он вызывает на суд в Рим (конец 873 года – начало 874 года).

Тем временем события в Моравии разворачиваются с большой энергией. Народ поднялся на защиту страны от немецких оккупантов; нашелся и народный герой Славомир, возглавивший освободительное движение. Со своей стороны Святополк, испытав положение жертвы предательства, опомнился; он вскоре вошел в соглашение с восставшими, выдал им немцев и вновь устроил Моравию самостоятельным государством.

В 879 году заключен, наконец, мир между Моравией и Германией. По условиям этого мира Моравия признана свободной от притязаний баварского духовенства, то есть исключена из состава Пассавской епископии (2-я пол. 874 года).

И вот, наконец, святитель Мефодий в Моравии; он усердно занимается ее церковным устроением, подготовкой кадров священнослужителей, дальнейшим переводом Священного Писания и богослужебных книг.

Евангелие и книги Нового Завета к этому времени уже переведены целиком. Впоследствии, уже в начале 80-х годов, им и его учениками переведены все книги Священного Писания, а учениками – еще и “Номоканон” (собрание церковно-канонических правил).

Святитель Мефодий пребывает в Моравии безотлучно со II-й половины 874-го по 878 год. Вокруг него уже целая плеяда его учеников и помощников, местных уроженцев: Климент, Горазд, Савва, Ангеляр, Наум, Лаврентий (все прославлены во святых, память 27 июля ст.ст.). Совершается успешно перевод Священного Писания: сначала Нового Завета, затем Псалтири. Учениками святого Мефодия переводится уже и Пролог и назидательная литература.

В конце 874 года заключен союз между Моравским и Чешским княжескими домами – и влияние святого Мефодия распространяется и туда. По преданию, от него приняли крещение чешский князь Боривой и Людмила, жена его (позже, в 927 году приняла мученический конец).

И всё бы это было хорошо, но беда в том, что Святополк, как мы уже упоминали, был человек без почвы и, в глубоком смысле, без корней (в этом смысле он сильно отличался и от нашего Владимира Святого, и от равноапостольного Бориса Болгарского и даже от Симеона Болгарского). В сущности, страна, ее устроение для него всегда отходили на второй план, – а на первом оказывались личная власть, личные удовольствия, отчасти -–личная слава. Святитель Мефодий был ему тяжел; прежде всего, – пастырской строгостью, тем, что призывал к покаянию. А к Церкви, да и к спасению Святополк был равнодушен, пребывая в душе полуязычником.

На первых порах (в конце 874 – начале 875 годов) Мефодий удалил из страны немецких священников, – но они проникают вновь и получают доступ и к князю, потакая его слабостям (в частности, слабости к женскому полу).

И вот, в начале 879 года, к Римскому папскому престолу направляется первый донос на Мефодия – сомнение в его правоверии (Мефодий служил по православному обряду, на квасном хлебе); притом, донос подписан князем Святополком, но подготовлен теми немецкими священниками, которые в свое время были Мефодием удалены, но нашли приют у князя Святополка.

Если бы донос исходил только от клириков, то он бы не рассматривался, так как донос подпадал бы под каноническое понятие “ковы” и согласно 18-му правилу IV-го и 34-е правилу VI-го Вселенских Соборов – “за ковы клириков против своего епископа полагается извержение из сана”. Но поскольку донос был подписан Святополком, то Римский папа не имел возможности оставить его без последствий.